Его сокровище - Эмилия Росси

и наблюдать за закатом, а на заднем плане тихо играл струнный квартет. Сегодняшний вечер должен был быть идеальным. Она не заслуживала меньшего.

Сердце бешено стучало на протяжении всего ужина. Я почти не ощущал вкус еды. Какого черта я так нервничал? Я был Доном, а София уже была моей.

Я сделал глоток вина и сосредоточился на ней, чтобы отвлечься от злобного жужжания шершней в моей груди. Она сияла. Свет от свечей сверкал в ее глазах, когда она рассказывала обо всех своих любимых моментах нашего путешествия. Она была так полна жизни, когда подпрыгивала на стуле, говорила с официантом и издавала одобрительные звуки при каждом укусе еды, от чего мой член становился неловко твердым.

София протянула мне руку, и я взял ее. Она провела пальцами по моим костяшкам пальцев.

— Ты выглядишь нервным. Все в порядке?

Мы только что закончили есть десерт.

— Все идеально, tesoro, — я поднес ее руку к губам и поцеловал. — За исключением одного.

Она склонила голову набок, но, когда я встал со стула и опустился на одно колено, ее губы приоткрылись, а глаза расширились. Я вытащил маленькую бархатную коробочку и открыл ее.

— Это кольцо, которое ты заслужила с самого начала.

— Боже мой, — глаза Софии сияли, скользя между моим лицом и кольцом. Мое сердце стучало, когда я надевал его на ее палец.

Это так отличалось от того, когда я в последний раз надевал ей кольцо. Во время нашей церемонии я сосредоточился на союзе и на том, что наш брак может сделать для Семьи. Теперь, стоя на коленях перед центром своей вселенной, я знал, что нет ничего, чего бы не сделал для нее. Я ласкал ее руку, чувство собственности наполнило мою грудь, когда увидел еще одно доказательство того, что она принадлежит мне.

Она провела пальцами по моим волосам, и я приблизился к ее прикосновениям.

— Разве ты не должен предложить мне выйти за тебя замуж?

— Мы уже женаты.

— Ну да. Но знаешь, это традиция.

Я посмотрел на нее с суровым выражением лица.

— Ты выйдешь за меня замуж, tesoro.

Она фыркнула.

— Достаточно близко.

Она обхватила мое лицо и притянула к себе для поцелуя. Когда мы отстранились, ее глаза сверкали.

— Не могу поверить, что я помолвлена. Надеюсь, мой муж не узнает.

Я зарычал и схватил ее за подбородок.

— Ты дразнишь меня?

— Всегда.

Я прищурился, но мои губы дернулись, когда я втянул ее в новый поцелуй.

79

СОФИЯ

Я смеялась, пока мой муж нес меня на виллу, не в силах отвести взгляд от кольца. Оно было идеальным: большой бриллиант огранки «маркиз», окруженный круглыми бриллиантами, благодаря которым оно выглядит почти как цветок.

— Тебе нравится?

— Я влюблена в него. У тебя хороший вкус.

— Мне помогли.

— Сиенна?

— Мила.

— Серьезно?

От этого у меня подступил комок к горлу. Будучи девчонками, мы провели так много часов, обсуждая кольца и свадьбы, это создавало ощущение, что она стала частью моей новой жизни.

— Как у нее дела?

Маттео уложил меня на кровать. Большие французские двери были открыты наружу, нас овевал теплый океанский бриз.

— Хорошо. У нее было четкое представление о том, как должно выглядеть кольцо.

— Могу поспорить, что так и было.

Я провела по нему кончиком пальца.

— Это так мило.

— Я куплю тебе миллион таких.

Я ухмыльнулась.

— Не знаю, как бы я надела столько.

— Надеюсь, ты примешь вызов.

Мы лежали лицом друг к другу, глядя в глаза, а затем оба сломались — наши губы соприкоснулись. Маттео схватил меня за шею, откинув мою голову назад, чтобы получить полный доступ к моим губам, но мне хотелось большего. Я хотела заставить его потерять контроль так же, как и я.

Я потянула его за руку, Маттео отпустил меня, в глазах читалось замешательство. Это длилось недолго, пока я расстегивала его рубашку и брюки, целуя тело.

— Черт, детка, черт.

Он резко вдохнул.

— Ты собираешься сосать мой член этим хорошенькими ротиком?

— Да, — сказала я, издав небольшой стон, когда его твердый член выскочил из боксеров.

Из кончика вытекала капля предэякулята, затем я встала на колени между его ног и лизнула ее, но эта поза была неудобна для моих коленей и бедер. Я попыталась сменить положение, но у меня плохо получалось координировать свои движения.

— Прости, извини, — сказала я, когда мое колено ударилось о его ногу.

— Ш-ш-ш, не извиняйся.

— Просто хочу быть сексуальной и не испортить все.

Я почувствовала странную эмоциональность, волны смущения захлестнули меня. Маттео так хорошо обо мне заботится. Благодаря отдыху, который он мне навязал, моему инвалидному креслу, новым лекарствам и началу физиотерапевтических процедур, болеть стало намного меньше. Но беременность также увеличивала количество подвывихов, и мне нужно было быть осторожной.

— Я могла бы попробовать встать на колени на пол.

Маттео издал звук, который можно было назвать только рычанием, прежде чем притянуть меня к себе.

— Или мы можем сделать это в нашей постели, где моей королеве будет удобно.

Он нахмурился, когда я открыла рот.

— Нет ничего важнее твоего комфорта, tesoro. Но не волнуйся, мы найдем позу, в которой ты сможешь отсосать мой член.

Я фыркнула, но почувствовала себя намного лучше. Мы бы разобрались с этим вместе. Я ничего не испортила.

Он осторожно снял с меня одежду, прежде чем снять свою и лечь рядом со мной, заключив меня в свои объятия.

— Тебя никто не заставляет делать мне минет. И я запрещаю тебе делать что-либо, если это причиняет тебе боль.

— Знаю, — пробормотала я. — Но я очень хочу. Хочу, чтобы ты взял управление на себя. Просто хочу, чтобы мое тело было более податливым.

— Ну, если я буду главным, твое тело будет вынуждено подчиняться мне и сотрудничать.

— Такой высокомерный.

Он ухмыльнулся и намотал мои волосы на руку, оттягивая мою голову назад, так что мне пришлось встретиться с ним взглядом.

— Тебе есть чем заняться.

Он дерзко вскинул бровь.

Меня охватила дрожь от его доминирования, когда он вел меня вниз по своему телу, пока я не оказалась на боку, а мои губы не оказались на уровне его члена. Он положил подушку мне между ног и одну за спину, давая мне необходимый комфорт. Я провела рукой по его бедру и сжала его задницу.

— Хватит дразниться, — прорычал он. — Возьми меня в рот. Я хочу услышать, как ты подавишься.

Ох, блять.

Это не должно быть так горячо.

Я сделала то,