Клеймо на душе - Ольга Вадимовна Горовая

— Окей. Ты меня убедил, — уже действительно, казалось, целиком успокоившись, согласилась Юля, с довольным вздохом устроившись головой на его плече, позволяя Дану и дальше держать ее на руках. — Будем праздновать!

— Шампанское? — тоном искусителя предложил Дан, пытаясь прикинуть, как бы так и любимую с рук не спускать, и их рюкзак с пола забрать. Пора было уже домой двигать. — Уверен на сто процентов, что в винном магазине у нас в доме есть в холодильнике то Просекко, что ты так любишь. Сейчас зайдем…

— Не-не-не, праздновать будем мороженым! — решительно заявила Юля, немного удивив его.

Как бы февраль на дворе, не то чтобы жара. Но, ладно, какая разница, ему-то главное, чтоб ей хорошо. Да и Дан мороженое любил в любое время года и суток.

Жена тем временем, явно заметив его трудности, спрыгнула с рук Дана и схватила их куртки, а он подбирал остальные вещи, пострадавшие от вспышки Юлиной «жажды справедливости».

— Хорошо, купим, — согласился на десерт.

— Знаешь, ты прав, конечно, — тем временем продолжала Юля, пока они, еще раз осмотрев все, чтобы быть уверенными, что ничего не забыли, вышли из гримерной и пошли по коридору. — Оксана немного нервничала и зажималась, не привыкла еще к такому вниманию и масштабу. Но танцевала она все равно лучше, — немного упрямо, с таким любимым, Даном, чуть упертым выражением лица, вздохнула жена, явно не желая отступать.

В принципе, хороший настрой, куда лучше, чем обида.

— Вот как раз и потренируетесь за год, натаскаете ее, — поддержал Дан, набросив Юле куртку на плечи. Машина стояла недалеко, но в любом случае не хотел, чтобы она замерзла и минимально, добираясь до авто. — Тут главное практика, я уверен.

— Да, только нам няня будет нужна, думаю, — согласилась Юля с его планом. Плюхнулась на пассажирское сиденье, пока он держал для нее дверь.

Дан же немного удивился.

— Нафига? Юль, они у тебя все взрослые, двенадцать-тринадцать лет. Какая няня? Ты о чем? С ними уже нянчится не нужно, да ты и так круто справляешься с ними, по правде говоря, я не ожидал, — честно признал Дан, вырулив с парковки.

— С ребятами, да, няня не нужна, это понятно, — как-то странно смешливо согласилась Юля.

И так глянула, что Дан против воли скосил глаза, немного отвлекаясь от дороги. Уж больно непривычно жена на него смотрела, нетипично как-то, будто мысли его угадать пыталась. Почему-то напрягся, не мог понять такого поведения, а потому, чего скрывать, сразу на что-то не особо приятное настроился.

— Юль? Ты чего?.. — но выяснить не успел.

— А вот с тем, кто родится где-то в августе-сентябре, кому-то точно придется сидеть в зале в то время, когда я буду отшлифовывать своих ребят, — ее рука легла на живот под худи. — Сразу скажу, дома оставлять ребенка не хочу. Мне кажется, лучше, чтоб как можно больше времени с нами проводил. И, если ты не готов передать бразды правления в компании, взяв это на себя, чтобы я группу и сольников к соревнованиям подготовила, то без няни нам не обойтись, — явно забавляясь и все также лукаво глядя на него, произнесла Юля. — Хотя можно, конечно, маму попросить и Диму… и Михалыча еще посменно поучаствовать в воспитании внуков… Но, блин! Сложный и неоднозначный момент. Как-то мне стремно им это доверить, как думаешь? — она прикусила губу, словно раздумывая.

А вот Дан… Он ни хрена не понял. И в голове шумело почему-то… Причем так, что показалось не особо разумно продолжать управлять машиной. Да и вопросов к жене вдруг появилось дофига!

— Юля?! — включил поворотник и довольно резко перестроился в правый ряд. Затормозил у обочины… Забавно, что чуть ли не там же, где откачивал ее когда-то после того отравления, когда тоже с соревнований забирал. — Ты, елки-палки, не могла придумать лучшего времени и обстановки, а?! — уже развернувшись к жене всем телом, все-таки ошарашено уставился на нее Дан.

— Ну прости, — развела она руками, кажется, давясь смехом. — Оно как-то так само вышло. Я тоже думала, что вечером и при свечах… Да, видимо, романтик из меня еще тот, — признала Юля. — Но ты же все равно рад, любимый? — Юлин взгляд изменился, став немного напряженным.

— Ты беременна? — как самый идиотистый идиот, уточнил Дан, обхватив ее плечи руками.

Блин, да, он был в таком ступоре, что еще это головой не понял. Информация будто бы и попала в мозг, но вот проанализировать ее не выходило.

— Ну, я об этом тебе сейчас как раз и сказала, — нахмурилась Юля, словно удивленная и сбитая с толку его заторможенностью. — Вот только не говори, что ты не в восторге! — похоже, с реальной претензией возмутилась Юля.

— Я в восторге… — как-то совсем без эмоций проговорил Дан на автопилоте, все еще в упор пялясь на жену. Секунда, вторая… И тут расхохотался, наконец уложив в голове эту мысль! — Я в восторге, малая! — притянул ее к себе, крепко-крепко обхватив руками, прижался щекой к щеке Юльки. — Просто нельзя же меня так… огорошить, а потом ждать, что я моментально сориентируюсь! — честно, ни капли не упрекая, а объясняя свой ступор, продолжая лыбиться во все лицо, прошептал в растрепанные волосы жены. — Еще и посреди дороги! И не подготовила никак! — вот тут типа упрекнул, ага, а сам обнимает все крепче.

— Ну, знаешь, меня тоже никто не подготовил, когда я утром тест делала. А тут соревнования! — расхохоталась все же Юля, обхватив его за пояс руками также крепко. — И, вообще, кто тут беременный? Это со мной носиться вроде как положено! — посмотрела на него снизу вверх лукаво и смешливо, но и так счастливо!

— Понял. Усек. Все осознал и принял. Буду носиться… Хотя я и так с тобой ношусь, малая, — поцеловал Юльку в кончик носа, ощущая себя так, будто хлопнул где-то алкоголя: горячо внутри, безумно тепло в душе, а в голове тихий звон безграничного счастья какого-то, и… Ок, по-честному, замаячившего впереди нового смысла и цели.

Очень вовремя, если откровенно. Дан стал догадываться, что ему нужны новые вызовы по жизни, а то уже в бизнесе все как-то приелось. Нет, понятно, что это нужно, дело отца, да и от прибыли они все зависят, чтоб жить в свое удовольствие. Но хотелось и чего-то большего, нового, неизведанного. Не мог понять, куда тянет. А когда Юля вот сейчас ему череп в ошметки своим признанием порвала, как-то щелкнуло и совпало! «Оно»! Собственно то, ради чего и работать можно с новой