Стелла Камерон - Французский квартал

— Это еще что за намеки, интересно? — Шерман развернулась к Ламару, уперев руки в бока. — Ну-ка, ну-ка?

— Ты и ко мне пришла «выразить соболезнования» по поводу кончины Салли спустя минуту после того, как от меня отстала полиция. Как ты это объяснишь?

— Черт возьми, я… я по радио услышала!

— По радио об этом передали гораздо позже, — фыркнул Уилсон.

— Идиот, я прослушиваю полицейскую волну! — взвизгнула Шерман. — Я репортер, если ты еще не забыл!

— Ты постоянно на гребне волны, дорогая… — проговорил Уилсон, о чем-то задумавшись. Вдруг его как будто осенило: — Так это… ты взяла? Ты?

— Иди ты знаешь куда! — прошипела Шерман. — Ничего я у тебя не брала, и вообще… поговорим позже!

— Черт, как я сразу не догадался. Ты была на том вечере. Проследила за мной. А потом забрала из шкафа пленку. Все очень просто.

— Заткнись!

Присутствующие слушали их перепалку как завороженные. Первой пришла в себя Селина.

— Итак, я иду к отцу, — сказала она.

Джек последовал за ней. Они остановились в дальнем конце коридора перед дверью, из-под которой пробивался лучик света.

— Это Селина! — Она постучалась. — Папа, ты меня слышишь?

— Ты одна?

Она посмотрела на Джека, тот, вздохнув, отошел, правда, через минуту снова был у двери.

— Все гораздо хуже, чем ты можешь себе представить, дочка. Я хотел сделать как лучше… для всех нас, но у меня ничего не вышло. И теперь конец… Конец всему!

— Пусти меня к себе, пожалуйста! — Селине стало страшно. — Открой дверь, я прошу тебя, папа. Давай поговорим. Что бы там ни было, все будет хорошо. Только не делай глупостей. Ты нам нужен.

— Если бы я был тебе нужен, ты не выскочила бы замуж за гангстера, а приняла бы предложение приличного человека, который вернул бы нас всех к той жизни, какая у нас была раньше. Он умен, красив, перспективен во всем, за что ни берется. И ты ему нравишься. Он бы нашел способ замять это дело, но теперь… теперь все выйдет наружу. Мне конец.

Джек хотел поинтересоваться, о чем это Невил разглагольствует, но решил пока помолчать.

— Не надо было тебе рассказывать Эрролу про Уилсона. Это было ошибкой. Глупейшей ошибкой с твоей стороны. Зачем ты это сделала? А Уилсон… он не хотел, чтобы так все вышло. Просто он тебя любит. И всегда любил. Он не совладал с собой. Он собирался расстаться со своей женой — избавился бы от нее без вреда для своей избирательной кампании и женился бы на тебе.

— Я не буду больше говорить через дверь, папа, — сурово сказала Селина. — Либо ты открываешь дверь, либо я ухожу.

— Ты рассказала Эрролу про Уилсона, про то, что произошло. А Эррол пришел ко мне, рассчитывая на то, что я предприму какие-то шаги против Уилсона. Я поделился с Уилсоном. И тот сказал мне, что Эррол должен исчезнуть. И в этом виновата ты, дочка. Кто тебя просил впутывать его, совершенно постороннего человека?

Джек и Селина ошеломленно переглянулись.

— Мне пришлось подождать, пока эта шлюха, жена Уилсона, уберется оттуда. А потом я вошел в дом. Эта дура, ненормальная извращенка, привязала его чулками к кровати, ты можешь себе представить? Я боялся, что она не уйдет оттуда до утра, но она ушла. И я… Я все сделал как надо, но Уилсон каким-то образом проболтался этой сучке Бьенвиль, и теперь она пропечатает все в газетах. Она мне сама сказала.

Селина подняла глаза на Джека и, стряхнув с себя минутное оцепенение, стала колотить кулачками в дверь кабинета.

— Впусти меня сейчас же! Значит, это ты убил Эррола? Ты?! Боже, ты больной! Немедленно открой дверь!

В следующее мгновение раздался звук разбитого стекла. Джек чисто инстинктивно схватил Селину и упал с ней на пол, прикрывая своим телом. Невил истерично зарыдал, в кабинете поднялся какой-то шум и раздался суровый голос:

— Руки! Руки, я сказал!

В коридоре тотчас послышались быстрые шаги, и Джек увидел полицейского, который целился из пистолета прямо ему в голову.

— Спокойно… — пробормотал Джек. — Мне что, тоже поднять руки?

— Не шевелись, — ответил полицейский, и по тому, как он посмотрел на него, Джек понял, что перед ним профессионал и рука у него не дрогнет. Это радовало…

В холле пронзительно закричала женщина. Вскоре к ней присоединилась вторая, в которой Джек по голосу узнал Шерман. Она визжала и ругалась, как уличная баба. Уилсон также чем-то возмущался, но на полицейских это, похоже, не производило большого впечатления.

Через минуту все собрались в кабинете поверженного Невила — Джек, Селина, Битси, Шерман, Сайрус, Уилсон и Антуан. Последнему сразу же был предложен стул.

Стеклянная дверь на балкон была разбита. На полу и на столе валялись осколки. Невил сидел в своем кресле, руки его за спиной были скованы наручниками. Рядом с ним стоял детектив О'Лири и зачитывал всем их права.

— Мне не нужен адвокат, — заявила Шерман. — Черт возьми, вы все тут психи! Главное сейчас — позвонить редактору! Я здесь на задании, между прочим!

— Позвонить еще успеете, — хмыкнул О'Лири. — Боюсь, вам еще долго не придется писать статейки для газет.

— Я пытался помочь своим старым друзьям мистеру и миссис Пэйн, только и всего, — встрял Уилсон. — Прошу прощения, но я глубоко потрясен всем случившимся и был бы вам очень признателен, если бы вы отпустили меня домой.

— Все хотят домой, и все глубоко потрясены случившимся, — возразил О'Лири. — Но не стоит торопиться. А, мистер Шарбоннэ?.. Очень рад. Я предупреждал, что дам вам знать, когда у меня появятся улики.

Джек кивнул на Невила.

— Так это он убил Эррола? Чтобы прикрыть Уилсона и дать ему возможность беспрепятственно жениться на Селине?

— Замолчи! Замолчите все! — рявкнул Ламар. — Ни слова больше!

— Боже, какой бред! При чем тут Селина? — воскликнула Шерман. — Мы с Уилсоном давно вместе. И давно с ним все решили, правда, красавчик?

— Наручники ей, — отдал приказ О'Лири.

Когда Шерман наконец притихла и вроде бы смирилась, к ней подошел О'Лири.

Шерман смерила его испепеляющим взглядом.

— Вам нужно, чтобы я в чем-то призналась? Но я ничего не совершала!

— После того как мистера и миссис Рид обнаружили возле машины Ламаров рядом с трупом миссис Ламар, они были доставлены в участок. На допросе они показали, что видели, как было совершено убийство. Миссис Ламар убила женщина. Ножом. Шерман Бьенвиль, вы арестованы по подозрению в убийстве…

— Я никого не убивала, черт возьми! — завизжала Шерман, но голос у нее сорвался, и она закашлялась. — Чертовы проповедники, чтоб их разорвало! Они следили за ней, потому что боялись, что она настучит на их дорогого сыночка и тогда плакали их денежки!..

— За кем они следили? — нехотя уточнил О'Лири.