Мерил Сойер - Поцелуй в темноте

– Меня обвиняют в убийстве? – Вопрос предназначался следователям.

– Нет. Пока…

– Тогда чего вам надо? – Она знала, что выглядит стерва стервой, но ее терпение иссякло. Ее уже трижды бросали на нары! Раньше она питала к полиции дружеские чувства, теперь полиция ассоциировалась у нее с нескончаемыми днями в камере.

– Ройс, я знаю, что у тебя на душе, но нам нужна твоя помощь, чтобы снять с тебя всякие подозрения, – сказал Митч.

Ройс плюхнулась на стул, стараясь унять гнев.

Здоровяк детектив с тяжелыми челюстями нажал кнопку на магнитофоне.

– Запись началась. Для начала назовите себя.

Она нехотя повиновалась, поглядывая на озабоченного Митча.

– Мисс Уинстон, вас не обвиняют ни в каких преступлениях, и вы делаете заявление добровольно, в присутствии вашего адвоката, так?

– Мне посоветовали сотрудничать со следствием.

– Вернемся к субботе. Скажите, чем вы занимались в тот день.

Она обернулась к Митчу. Тот кивнул.

– Я встала часов в восемь…

– Где вы находились?

Это строжайшая тайна!

– Адреса я вам не назову.

Детектив помоложе, до этого хранивший молчание, сказал Митчу:

– Я думал, она нам поможет.

– Скажи правду, – сказал Митч Ройс. – Всю правду.

– Я была в доме Митча. – Это еще не было полной правдой. – Я живу в квартире над его гаражом.

– Там вы и проснулись?

– Не помню. – У нее все кипело внутри. Какое это имеет отношение к убийству Кэролайн?

– Ройс, они знают, что ночь с пятницы на субботу ты провела в моей постели, – сказал Митч.

Зачем он все им выложил? Она воинственно уставилась на здоровяка.

– Разве это преступление?

Перед ней был тертый калач, которого невозможно было смутить.

– Вопросы задаю я. Расскажите, как вы провели субботний день.

Она как можно более коротко изложила события того дня. Прежде чем упомянуть появление Джейсона, она помедлила.

– Примерно в полночь явился мальчишка, приятель Митча.

– Долго он пробыл?

– Всю ночь. Он переночевал на диване. Я предупредила по телефону его мать.

– В какое время вы ей звонили?

– Примерно в два тридцать ночи.

– Вы назвали себя?

– Нет, представилась просто знакомой Митча.

– А потом возвратились в квартиру…

Она едва не ответила утвердительно, чтобы выгородить Митча, но он ткнул ее коленом, и она решила, что он побуждает ее не врать.

– Нет. Я провела ночь в доме.

– Где конкретно?

Она колебалась. Он опять толкнул ее коленом.

– В постели Митча.

– А где был при этом он сам?

– Не понимаю, какое это имеет отношение…

– Отвечайте на вопрос. – Детектив ослабил узел галстука.

– В одной постели со мной.

– Вы уверены, что он не вставал всю ночь?

Что тут происходит? Неужели Митч у них под подозрением?

– Я не засыпала до рассвета. Митч ни разу не вставал.

Следователи переглянулись. Тот, что помоложе, покачал головой.

– Ваши ответы подкрепляют показания мистера Дюрана.

– У меня с собой сделанные под присягой заявления разносчика пиццы и Джейсона Райли, – сказал Митч. – Мои телефонные счета подскажут вам точное время, когда Ройс звонила матери Джейсона.

– Железное алиби, – мрачно согласился молодой детектив.

– Алиби? – воскликнула Ройс. – Вы хотите сказать, что Кэролайн убили в субботу, а не в воскресенье?

Они хмуро кивнули. У Ройс вырвался истерический смех. Она никак не могла совладать с собой. Митчу пришлось обнять ее, чтобы привести в чувство.

– Коронер установил, что мисс Рэмбо была убита между полуночью и пятью тридцатью утра, – сообщил молодой.

– В два тридцать четыре она еще была жива! – выпалила Ройс.

26

Все трое впились глазами в Ройс, словно она призналась в убийстве.

– То есть я хочу сказать, что, по-моему, в два тридцать четыре она еще была жива. – Теперь она обращалась к одному Митчу. – Как только я поговорила с матерью Джейсона, зазвонил мой портативный телефон. Звонивший ничего не сказал и повесил трубку. Я решила, что это ошибка. Раньше я уже побеседовала с Вал, Талией и Брентом, то есть все знали, что я дома, но им было невдомек, что я с тобой. Видимо, звонивший хотел удостовериться, что я одна.

Следователи были в недоумении, но Митч сказал:

– Ты права. Наркотики тебе подложили для того, чтобы замаскировать подлинные намерения убийцы. Кто-то взял из холодильника банку коки с твоими отпечатками. – Он повернулся к следователям, навострившим уши. – Поэтому кока осталась в банках. Убийца не мог перелить ее в стакан – ведь на нем не оказалось бы ее отпечатков.

– Только там и были мои отпечатки? – осведомилась Ройс.

– Да, – нехотя признался дюжий детектив. Он с сожалением расставался с главной подозреваемой. Видимо, он уже мечтал, что вся эта история станет сюжетом телефильма, где он будет главным героем.

Митч улыбнулся Ройс.

– Между подушками кресла, на котором сидел преступник, найден твой браслет.

– И это все улики против меня?

Молодой посмотрел на старшего коллегу, вертевшего карандаш. Видимо, у них имелись и другие улики. Пузырьки надежды, только что поднимавшие ее на поверхность омута, сменились тяжелым свинцовым грузом, тащившим ее ко дну.

Митч усмехнулся.

– Насколько я понимаю, у вас есть несколько светлых волосков, которые вам хотелось бы сравнить с волосами Ройс.

– Ага, – подтвердил молодой. Глубокая осведомленность Митча не могла ему понравиться.

– Держу пари, что убийца взял эти волосы из щетки или расчески Ройс в ту ночь, когда подбросил наркотики. – Говоря это, Митч сжимал под столом ладонь Ройс. – С тех пор консультант распрямил ей волосы. Тождество установлено не будет.

Ройс вонзила ногти в ладонь Митча, чтобы не закричать. Неужели ей удастся так легко отделаться? Неужели психопат совершил столько ошибок?

– Да, дело рассыпается, – признал старший детектив, нажав толстым пальцем кнопку «стоп» на магнитофоне.

Они были настолько разочарованы, что убийство совершила не Ройс, что ярость, которую она так долго держала в себе, прорвалась наружу.

– Я сообщила о пропаже браслета сразу после того, как ваши приятели из бригады по борьбе с наркотиками расколотили витражи на двери, сделанные моим отцом, и перевернули мой дом вверх тормашками!

Митч положил руку ей на плечо.

– Успокойся, Ройс.

Она умолкла, но ее душил гнев, мешавший ясно мыслить. Ответив еще на несколько вопросов, она ушла, сопровождаемая Митчем. Как только сомкнулись дверцы лифта, она привалилась к стенке.

– Господи, Митч, как я переволновалась! Я думала, что ты от меня отказался.

Он уставился на нее в полном недоумении.