Анжелика Терешкова - Танцорка

Кручусь себе, смеясь, глазами нахожу в толпе наших ребят, на лицах полупьяные улыбки, Виталик подтанцовывает и смотрит на меня. Мило... и безумно приятно. Значит, я встретила его с ними, с ними же и проведу. Ильи нет, как ни искала я его в толпе, но так и не нашла... Может, так и нужно? Может, именно такой должен быть исход?

Оттанцевав свой первый выход, спускаюсь прямо в зал. Подхожу к команде...

- Ну, ты зажгла, ну, зажгла, - хохочет Дерек. - Почему не сказала, что в таком крутом месте работаешь?

- Я не знаю, - пожимаю плечами, улыбаясь, пытаюсь хоть как-то вздохнуть в железных объятиях Кексика. Сдавил же в ручищах, аж ребра хрустят.

- Ром, ты крутая, я тебе говорил? - шепчет тот, и я чувствую что-то холодно на запястье. - С Новым годом!

- И тебя, - целую его в щеку и смотрю, что он там мне прицепил. Браслет из белого золота, с россыпью камней. Литой, холодный и безумно красивый. Поднимаю глаза и замечаю, что из-за спины Виталика смотрит Саша.

Сегодня он был как принц из сказки, ей-богу. Облегающая майка, белая, со смешным рисунком, черный пиджак расстегнутый великолепно сидел на нем. Джинсы светло-синие, потертые, местами рваные, с очень низкой посадкой, в тон пиджаку туфли. Очень вкусно, я вам скажу, с виду. И стильно. На голове у него творческий беспорядок, на щеках легкая щетина. Красив...

- Привет, - улыбается, гладя своей пронзительной голубизной. Тону. Затягивает и не отпускает, как гипноз. А я-то думала, что после секса с Ильей на других и не посмотрю...

- Хэй, с праздником, - отвечаю ему тем же.

- Потанцуешь со мной? - тянет руку. А почему нет? Принимаю ее и оказываюсь в его объятиях.

- У меня скоро выход, так что всего один танец, - говорю ему на ухо, ведь музыка громко орет.

И если танец - вертикальное выражение горизонтальных желаний, то я прекрасно поняла, чего он хочет. Его горячие руки смело исследовали мое тело. Мягкие губы скользили по шее, однако в такт музыке двигаться мы не забывали, причем переливаясь идеально телами. И если у каждого есть половинка души, то он моя половинка в танце, мой идеальный партнер. Что бы ни произошло, я уверена, что лучше этого мужчины для моей пары в танце я не найду.

Как же приятно от него пахло, не привычным табаком и лаймом, как от Ильи, это было что-то сладкое, но не приторное, а в смеси с его истинным запахом тела - просто великолепный коктейль. Я жадно дышала им, поглаживая его шею и плечи. Наслаждалась моментом, прикрыв глаза, пока мелодия не оборвалась, но даже это не убило очарование момента.

- Мне пора.

- Знаю, я буду здесь, приходи после танца, - легкое касание его губ. Мазок горячим язычком по ним. Легкая дрожь - и я отстраняюсь.

Ухожу с лукавой улыбкой, поднимаюсь в гримерку, надеваю повязку и меняю обувь. Выхожу...

*Бонус*

POV Илья

Знал ведь, что зря приду. Чувствовал, но все равно пошел в этот долбанный клуб.

Народа много, что селедок в бочке, еле уломал пропустить меня, пришлось переплатить.

Пришел я за полчаса до полуночи, устроился на стуле у стойки, заказал себе шампанского и сидел ждал. Чего ждал? Ее выхода... это ведь очевидно.

Весь день сходил с ума, помня ее руки и губы. Закрывал глаза и видел выражение удовольствия на ее лице... Вся моя самоуверенность, маска самовлюбленного ублюдка сползала при ней. Тяжело...

Ее танец прожег. Взорвал сознание...

Я смотрел и улыбался, улыбался, зная, что все они пускают свои паршивые слюни на нее, а я с ней был. Или еще буду... Правда, я думал она позвонит, но видимо, ей нужно время обдумать то, что случилось.

Я обещал - я пришел. Только вот она меня не заметила. Не заметила, когда спустилась и пошла в толпу и висела на шее Витали, не заметила, когда флиртовала с высоким брюнетом... не заметила и тогда, когда стала с ним танцевать.

Как удар под дых, как яд внутривенно... как серпом, мать его, по яйцам... Больно.

Я ждал, я думал о ней, я сходил с ума, проворачивая в голове нашу ночь. Как последний придурок, как законченный идиот я приперся сюда увидеть ее... а она...

Сижу, смотрю, по живому режу себя изнутри, понимаю, что потерял, что упустил... и как это обидно.

Музыка сменяется, ее улыбка, ее руки... их поцелуй. Меня словно затопило горечью всего, от макушки до пяток, пропитало.

Острая боль в руке, опускаю глаза... я раздавил бокал. Дожил. Алая кровь, как ее костюм, капает на мои светлые туфли, а мне плевать, так плевать, что вы себе представить не можете. Не на нее, на кровь. Какая-то девица, помощница бармена стала помогать мне достать осколки из ладони, перевязала, чуть ли в задницу не целовала.

Глаза против воли возвращаются к тому месту, где она была, но там остался лишь он. Один... Подойти? А смысл? Не бить же ему лицо, ее ведь выбор. Уйти нет сил, нет сил и остаться. Скольжу глазами по залу, рассматриваю контингент, вижу парочку знакомых.

Утыкаюсь взглядом в спину... Малика? Встаю и иду к нему, перед этим вытерев нос туфли от крови.

- А ты что здесь забыл-то? - спрашиваю у него, подойдя сзади.

- Аналогичный вопрос, - приподнимает бровь, обернувшись.

- Отдыхаю, - огрызаюсь. Я не в том настроении, чтобы дерзить, я могу лишь рычать...

- Как и я, только ты не слишком доволен. Что же испортило тебе праздник, брат мой? - отпив глоток из бокала, спрашивает.

Ах, ему, скоту, приятно, что я на грани. А когда на грани, я не могу контролировать себя так же хорошо. О чем он тоже знает, и попробует сейчас вытянуть побольше подлинных эмоций. Зря я подошел, ой, зря.

- Неважно. Что ж, развлекайся, младший, - ставлю его частично на место и ухожу. Точнее, пытаюсь, хочу курить, а в толпе это нереально. Надо в курилку или на улицу... а может, к чертям все, уйти вообще?

- Эй, стой. Поговорим? - нагоняет, вот липучка. Если тому что-то надо, то он хер отцепится. Поговорить? Я даже знаю о чем, точнее, о ком.

- Поговорим, - иду к бару, сажусь на стул, заказываю выпивку и закуриваю, наконец. Вдыхаю едкий дым, немного расслабляет. Отпускает... Еще одна жадная затяжка никотина, выдыхаю...

- И как давно ты знаешь, что она тут? - его глаза сосредоточены. Лицо каменное. Со стороны мы совсем не братья, я вам скажу.

Догадаться несложно, о ком речь, потому я усмехаюсь, залпом выпиваю двести грамм вискаря, затягиваюсь, но молчу. Он злится... и злился бы и дальше, если бы на сцену не вышла Ромина.

- Давно, - отвечаю, переводя свой взгляд на сцену.

Ее танец... Описать его мне сложно, я просто не слишком красноречив для этого. Но это возбудило, пробудило воспоминания нашей ночи, и нахрен выбило все мысли из головы.