Испорченный... Книга 2 - Екатерина Юдина

его, встав передо мной и сложив на груди руки. Я опустила взгляд. Он был намного выше меня, почти как Помпей. — Считаете, что вправе жить, как хотите? Хорошо. Посмотрите вокруг. Богатые люди, которых вы встречали — кто они?

— Я не понимаю, о чем вы спрашиваете.

— Главы стай в вашем городе. Ваш отец. Люди, с которыми встречался на днях ваш муж. Они все альфы, не так ли? Мисс Мелисса, как эти люди получили свое богатство и власть?

— Заработали. Как еще? — мрачно ответила я, не понимая, к чему он клонит. Цезарь усмехнулся.

— Они получили это все силой. Так же, как ваш муж и человек по прозвищу Вавилон, делали в вашем городе. Каждый из тех, кто сейчас богат, был когда-то главой своей стаи. А что насчет обычных людей, скажите мне?

— Что с обычными людьми?

— Вы будто бы не понимаете. Обычные люди не в силах соперничать с альфой. В стаю их не возьмут, следовательно и к кормушке не подпустят. Можно б было оказаться причастным к хорошей жизни через брак или получив наследство, однако альфа может завести детей только с омегой. — Цезарь смотрел на меня каким-то пустым взглядом, говоря это, от которого в животе селилось странное ощущение опасности. — Вот так и получалось закрытое общество, владеющее большинством богатств, а у обычных людей даже шанса на хорошую жизнь не было.

— Вы хотите сказать, что создали эту систему только из-за того, чтобы ограничить альф и омег?

— Вы начинаете понимать.

— Я считала, что вы наоборот таким образом боретесь с вырождением альф. — у меня вырвался смешок. Черт. Все, что сейчас происходило, казалось каким-то ужасным сном. — Почему бы просто тогда не уничтожить всех альф и омег?

— Когда-то это почти сделали, но, тем не менее, вы полезны для общества. Уничтожить вас всех — и другие государства окажутся сильнее. Оставить бесконтрольно размножаться — и люди потеряют все привилегии. Поэтому все сошлись на том, что вашу жизнь необходимо держать под контролем. Именно мы решаем, стоит ли кому-то иметь детей, тщательно отбираем омег, чтобы не усилить чей-то род, и ввели систему меток, чтобы агрессивный альфа даже шанса не имел на продолжение рода.

— Значит, вы врали. — подвела итог я. — Без вашего контроля как раз все будет в порядке с рождением альф и омег.

— Нельзя говорить людям в лицо, что управляешь их жизнью. — пожал плечом Цезарь. — Система отлично работает, иначе бы вы сейчас не стояли передо мной, а я мыл бы машины где-нибудь на заправке, чтобы прокормить свою бедную семью.

Мужчина наклонил голову, задумчиво посмотрев на меня.

— Теперь вы должны прекрасно понимать, что ваши амбиции — наша большая проблема. Миссис Мелисса, мы прекрасно знаем о ваших планах. К сожалению, у вас ничего не выйдет.

Я отступила на шаг назад, чувствуя, что ситуация становится предельно опасной, но тут же выход оказался прегражден Аароном, появившимся сзади.

— Тем не менее… — продолжил Цезарь, разглядывая меня. — Мы не можем открыто бросить наследницу стороны Веста к остальным омегам. Ваш расчет был отчасти верен. Альфы и омеги все еще составляют влиятельную часть общества, поэтому подобное может вызвать проблемы и вопросы.

— Отлично. — произнесла я онемевшими губами. — На этом мы можем попрощаться?

Цезарь с усмешкой наклонился к моему лицу и я дернулась.

— Нет, миссис. — произнес он. — Просто так отпустить мы вас тоже не можем. Аарон, помоги Мелиссе Вест сесть в кресло.

— Мне не нужно… черт побери! — я выругалась, когда этот ублюдок сжал своей стальной хваткой мою руку и с силой подтащил к креслу, усаживая в него. В этот момент двери открылись, и в кабинет зашел еще один человек. Это был седой мужчина, и с собой он нес небольшой чемоданчик. Как только я его увидела, то мой голос дрогнул. — Что вы собираетесь делать?

— Как я сказал ранее, я в курсе ваших планов. — Цезарь встал рядом со мной, наблюдая за тем, как седой мужчина открывает чемоданчик и начинает перебирать что-то в нем. Его глаза казались совершенно прозрачными, как чистый лед, без капельки души. Смертельно холодные и безжалостные. — Я позабочусь о том, чтобы они не сбылись. Судя по тому, что готовит мистер Норд, вы собираетесь чаще бывать на публике. Хотите поддержку общества?

Он усмехнулся, прервавшись на секунду.

— Истинная пара. Такая красивая история. Думаю, даже люди будут за вас, несмотря на то, что альфы и омеги когда-то забирали у них почти все. — Цезарь достал телефон, разблокировав экран и что-то посмотрев на нем. — У этого альфы буквально недавно был гон. Вы скрывались почти неделю, а до этого мои люди отчетливо видели вас без метки. Значит, метку вы получили тогда же. В гон никто не может контролировать себя. Мелисса, вы, скорее всего, беременны, верно?

Я уставилась на него, не зная, что сказать. Просто нечто внутри будто оцепенело перед этим человеком, и мой голос перестал работать.

— Если в таком случае мы что-то предпримем, это и впрямь может вызвать огромное неодобрение. Вы создадите прецедент, после чего Эйдан Дагер станет не единственным, кто рискнет оставить себе омегу. Вы понимаете, что этого мы не можем допустить?

— И как же? — выдохнула я. — Вы сами сказали, что не можете ничего с этим сделать.

— Разве? — он улыбнулся. — Просто избавим вас от истинности. Что вы сможете поделать, если останетесь одна?

— Это невозможно.

— Миссис Мелисса, с чего бы? Думаете, вы первые омега и альфа, которые получили подобную метку? — его рука в черной перчатке обхватила мою, с меткой, и прижала ее к подлокотнику кресла. Как бы я не пыталась вырваться — Цезарь не отпускал меня. — Вам недоступны некоторые вещи, но государство может сделать все, что угодно с вашим организмом. Убрать метку, запустить течку, остановить ее.

— Прекратите. — я в панике попыталась ударить его. Вскочить с кресла, вырваться и убежать. Надо было привлечь внимание, чтобы хоть кто-то это увидел и, возможно, остановил этого ублюдка… Но Цезарь внезапно жестко схватил меня за волосы, отбросив обратно на спинку кресла и наклонившись ко мне. Белая рубашка натянулась на его мышцах, и до меня донесся запах его одеколона. Такой тяжелый и липкий.

— Успокойся, омега. — тихо сказал он мне на ухо. Я почувствовала, что начинаю дрожать от страха перед этим человеком, и даже боль от укола иглой показалась мне чем-то отдаленным. — Когда твой альфа умрет, я лично проконтролирую процесс суда. Тебя изымут, но ты не отправишься к другим омегам. Я заберу тебя себе. Мне хочется послушать, как ты выживала на