Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

— Мы с ней встречались… секс… с делами не путали. А потом появилась Ангелина…

— И ты её бросил из-за “деревенской красоты” помоложе, — буркнула, пряча ехидство в бокале с шампанским. Уже не первом, между прочим, потому и язык был более словоохотливым и колючим. — Фи, как это пошло и банально! — хихикнула, чуть не поперхнувшись пузырьками шипучего напитка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Прости, — без сожаления брякнул Ромка и тоже сделал глоток. — Я не говорил, что отличаюсь от других…

— Ты себя недооцениваешь, — улыбнулась мысли. — Не каждый мужчина, после первой же ночи секса, как честный и порядочный, громогласно заявит о помолвке.

— О-о-о, — зажмурился Кирсанов и помотал головой. — Прости за это! Я не хотел выставлять наши отношения на всеобщее обозрение, и тем более, без твоего согласия, но… мысль пришла в тот момент, когда я чётко осознал, что Ветта пытается меня в постель затащить.

— Это ты так себя обезопасил от домогательства что ли? — изумилась гениальной простоте Ромы.

— Знаю, глупо, но в статусе “не свободен” и “невеста рядом” мне спокойней, да и она не так откровенна. К тому же если окажется, что она ещё и любовница Понятовского, такие границы, помогут избежать конфликта.

— Боже! — захлопала ресницами, пытаясь уложить в голове, что это за мегабизнес-леди, которая крутит всеми. — Она что и с ним может спать? — при это чётко вспоминая, как тесно змеючина прижималась к Понятовскому во время нашей беседы. И теперь слова Ромы находили подтверждение.

— Не удивлюсь! — кивнул Рома. — Ветта из тех, кто может трахнуть всех в тайне друг от друга. Потом всех стравить, ну или примирить, если ей это будет нужно. Потому и хочу, чтобы она от меня держалась на расстоянии. А Понятовский пусть увериться, что у меня невеста… Но ты не волнуйся. Расторгнуть помолвку всегда успеем. И как по мне, “подружкасопровождение” звучит как-то уничижающе, в отличие от “невеста”.

— Так-то оно так, — даже не думала, что будет обидно от честности Ромы. Наверное, во мне глупая, романтическая прЫнесса куда глубже сидела, чем я думала. Потому и розовые мечты тотчас растворились, оставляя меня в серой действительности — Кирсанову так было удобно! — Но боюсь эта, с*ка, — не пыталась найти ей более литературное и мягкое слово, — если и купилась на твою уловку, не успокоится. Как бы ты её этим ещё больше не разозлил.

Кирсанов нахмурился сильнее, так торопливо пригубил бокал, что зубами стукнулся о стекло. Жадно хапнул шампанского:

— Думаешь?

— Сам говорил — женская месть, — бормотала задумчиво. — А это страшно вдвойне! — прикусила губу, тоже старательно выискивая спасительную идею. — Так что если не найдём способ как её остановить, она похоронит и тебя и твой проект. И поляка жалко. Он такой душка, — усмехнулась, вспоминая мужичка с усами и пронзительно искренним взглядом.

— Кто? — не понял моих нежностей Рома. — Понятовский? — хохотнул тотчас. — Поверь, в этом бизнесе “душки” не выживают! Только Акулы! И он, моя милая, ещё та тигровая! — категорично заверил. — Понятовский в эшелоне миллиардеров не последний, значит уже сожрал приличную стаю безобидных, а может и опасных рыб.

Я молча кивнула, спорить о том, в чём не сильна — не собиралась.

— Как же он лез в такое растратное дело, не зная языка? — это скорее мысль вслух.

— Крис, я довольно хорошо говорю на четырёх, польский туда, увы, не входит!

— Я о Поляке! — отмахнулась ворчливо.

— Так и он, — кивнул Рома. — Знает другие, а русский… — запнулся, а паузу заполнил глотком шампанского. — Сама подумай! Олег тоже нихера не поляк, но подстроился под партнёра по бизнесу. Понятовский не хуже Ветты умеет крутить. В общем, мужик не простак, если влез, значит видит выгоду, — задумчиво пожевал слова.

— Всё равно не получается уложить всё в голове, — призналась устало. — Если тебя не хотят и сливают, тогда как получилось, что проект тебе достался? — подивилась, стараясь упорядочить все перипетии отношений бизнесличное.

— А вот это как раз то, что мне придаёт сил и не позволяет опустить руки, — признался Рома. — Именно Понятовский настоял на моей фирме, — улыбнулся Кирсанов.

— Но… тендер же?… Конфиденциально… — пробормотала я.

Рома с дьявольской улыбкой развернул меня к себе и положил руки на плечи.

— Ты такая наивная, — его ухмылка дала понять, что не всё так кристально в этом мире. — Я прямо-таки дьявол по сравнению с тобой. Корочки, говоришь, есть? В торгах понимаешь?

— Ой, спасибо, дядя, что просветил, — я скинула руки “жениха”. — Продолжай!

— Олег и Ветта ему другие фирмы и проекты предлагали. Но его решающее слово… и он выбрал меня, — Рома пододвинул бармену пустой бокал и тут послушно его наполнил.

— Значит, — у меня настроение поднялось, — ты его чем-то зацепил! — кивнула убеждённо, понимая, что именно такое окрыляет. И если я начала парить, то Кирсанов просто не имел права впадать в отчаянье. Его козырь ещё не разыгран. Он не имеет права облажаться перед Понятовским. — ты сам говорил, что он не так прост, как кажется. У него чутье! Нюх… на таланты и гениев! — свои пять копеек вставила, желая подбодрить Кирсанова. — НЕ позволь ему в тебе усомниться. Давай попробуем ему раскрыть глаза, чтобы…

— Я не буду ссорить соучредителей, — отрезал Рома, брякнул бокалом по столу. Я замолчала, только что в тоне Кирсанова услышав те самые нотки решительности и категоричности, которые невозможно обойти. — Это как вклиниться с советами между любящими мужем и женой. Они рано или поздно примириться, а ты останешься крайним и огребёшь от каждого!

— Тогда, боюсь, ты обречён! — брякнула мысль прежде чем осознала, что могла ранить чувства Ромы. — Либо, — пожевала губу, потому что идея не нравилась категорически, но при этом из-за своей простоты могла сработать как ни одна другая, — ты можешь ублажить Ветту, — я всё же это сказала, хотя так боялась звучать. — Притупишь бдительность крышеносным сексом и она…

— Я не собираюсь с ней спать! — вытаращился на меня, как на полоумную Кирсанов. — Бл*, поверить не могу, что ты это сказала! — негодование запил большим глотком шампанского.

— А что такого? — кривила душой. — Совместишь приятное с полезным…

— Я не шлюха! — плюнул в сердцах Кирсанов.

— И даже ради проекта? — робкая попытка переубедить.

Ромка потягивал игривое вино, пиля меня недовольным взглядом.

— И даже ради твоего детища? — ещё одна, а вдруг он сломается — молчал ведь, а молчание, как говорят, знак согласия…

— Не выводи на лишние эмоции, — грозно отрезал Кирсанов. — Сам придумаю, как решить вопрос. Не впервой меня сливают, не впервой выплываю, — покрутил в руках бокал. — Я привык к предательству, подставам, так что не удивляюсь ничему, — глоток. Пару секунд смаковал шампанское. — Но знаешь, — проникновенным тоном, от которого дыхание затаила, потому что ждала услышать нечто важное. Настолько важное, что обязана застыть и не пропустить ни слова. — Сегодня я понял, — поднял на меня глаза, хотя последние минуты упорно изучал содержимое своего бокала:

— Я готов к любому предательству и удару, но только не твоему, Кравчик Кристина Анджеевна.

А вот это настоящий удар. Мне в сердце… разрядом. Да так, что оно понеслось выбивать дикий ритм безграничного счастья о котором не мечтала. Душу затопила такая нежность, что я чуть слезу не пустила.

— Я не люблю оголять свои чувства, нелепая девчонка, Кристина, но… ты… твоего предательства я не переживу.

Я наверное большая дура, чем всегда думала. И куда эмоционально-нестабильней чем считала, но пошла на поводу тайфуна чувств, которые во мне вызывал этот мужчина своими простыми и такими глубокими признаниями:

— Кирсанов Роман Игоревич, — решила ему ответить тем же. Наплевав на толпу, веселье и важные дела, обвила его за шею, глядя в самые потрясающие глаза на свете и выдохнула с чувством, которое меня переполняло: — Я буду вашей невестой, сколько скажете. Я даже готова ради вас на мелкие преступления. И не мечтайте. Я вас не предам! Слышите. Никогда, — пристально смотрела глаза в глаза, требуя внимания. Требуя к себе веры: — Я НЕ ПРЕДАМ!