Наталия Батори - Ненавижу и прощаю...

- Добрый день, Сергей, Вы что будете, чай или кофе?

«Сережа, не надо!»

Как же сладко звучало на ее губах его имя. Сережа. Слабый хрипловатый шепот с придыханием, от которого у него все внутри сводило, а внизу живота начинался пожар. Сережа. Так беззащитно и открыто. Так, что он хотел еще это услышать. Сережа, а не холодное «Сергей»…

- Кофе…

- Подождите минутку, сейчас я все приготовлю…

- Я Вас подожду, - отозвался Столяров, стараясь взять себя в руки.

Суетливо Анна сновала по кухне, сначала делая кофе, потом добавляя в свою чашку сливки, потом выкладывая на тарелку маленькие пирожки, глядя на которые Сергей вспомнил, что забыл позавтракать… Вспомнил и тут же забыл.

Собрав все на маленький серебристый поднос, Анна направилась в кабинет. Сергей шел следом, пытался не смотреть, не вдыхать, не думать. Только вперед, глядя в пол. Не туда, где покачиваются ягодицы, а только в пол… В пол, где шагали две маленькие ножки в черных чулках со швами, которые по икрам уходили вверх… Черт!

«Тряпка!»

Не смог. А впереди был кабинет, и неизвестно, сколько времени они проведут в нем… Черт! Прикрыв за собой дверь, он прошел к креслу перед столом, и этого времени хватило с лихвой, чтобы уснувшая было фантазия рванула с места в карьер…

Поставив поднос, Аня отодвинула его в сторону и, обойдя стол, присела на подлокотник. 3адумчиво потерла ладошкой лоб, закусила губу и, взяв чашку, сделала глоток. Выдохнула и, наконец прямо посмотрев на Сергея, проговорила:

- Я думала о Вашей идее с кафе…

Равнодушный деловой тон, равнодушие в глазах…

«Неужели ей совсем все равно?!»

Желая скрыть смятение, Столяров потянулся за своим кофе. Глотнул, снова посмотрел на Анну:

- К какому решению Вы пришли?

- Все это ново для меня… И честно говоря, я имею очень смутное представление о том, что нужно детям…

Наклонившись, она взяла со стола какую-то папку и, поджав губы, обошла свое маленькое укрепление. Приблизившись к Сергею, протянула ему папку и оперлась о стол.

- Что это? – раскрыв, спросил Сергей.

- Это документы на помещение.

Что?! Документы?!

- Вы что, купили его?! – выпалил Сергей первое, что пришло в голову.

- Нет, это договор аренды. Пока. Но я хочу, чтобы сначала Вы с ним ознакомились… Нам не нужны потом какие-то сюрпризы…

- То есть, Вы будете заниматься кафе для детей?

- Да… По крайней мере попытаюсь…

- Буду рад Вам помочь…

- Спасибо…

Она хотела улыбнуться, но в последний момент передумала и, облизнув губы, отвернулась. Опустив глаза, Сергей попытался читать, но в этот момент Анна повернулась к нему спиной и потянулась за мобильным. И снова черная полоска на чулках, и снова попка под темной тканью. И снова здравый смысл кричал, что надо думать головой, а не членом, но руки уже отложили папку, а тело двинулось к ней. Без лишних прелюдий он вжался в нее, быстро убрав волосы, сдвинул воротник блузки и прижался губами к шее. Руки жадно скользили по телу, то погладить животик, то сжать грудь, прикусить мочку ушка под слабый шепот – Анна пыталась его образумить, но только сильнее возбуждала…

Черт, он чувствовал себя наркоманом, который разворачивал очередную дозу, когда руки, комкая ткань, тянули ее юбку вверх. Дрожа, он прижимался лбом к ее лбу, ощупывал кожу над резинками чулок и едва не стонал от жара в паху…

- Сереж… Сереж, ну пожалуйста, нам надо оговорить все детали…

Сделав шаг к креслу, Сергей опустился в него и усадил девушку к себе на колени. Она нервно хихикала, ерзала, порываясь встать, убирала его руку, когда он расстегивал пуговки на рубашке, пыталась что-то говорить о делах, но вскоре ее речь перешла в стоны, когда рука Столярова, скользнув под юбку, накрыла крохотный треугольник ткани. Погладив, он отодвинул трусики в сторону и продвинулся дальше, нащупывая чувствительную бусинку.

- Ненавижу…

Это сдавленное шипение заставило его улыбнуться. Склонив голову, Сергей накрыл губами сосок через тонкое черное кружево бюстгальтера и, легко сжав его зубами, потянул, не прекращая движения пальцем.

- Ненавижу тебя!

Новый рык, и тонкие пальчики суетливо и неловко стали расправляться с пуговками на рубашке.

- Поцелуй меня! - выдохнул Сергей, откидывая голову.

Дважды просить не пришлось. Нежный и неуверенный поцелуй быстро перерос в нечто с ума сводящее. Осмелев, она уже не стесняясь гладила его тело, сжимала пальчиками плоские соски, царапала ноготками грудь. Он ласкал ее все яростнее, подбадриваемый тихими стонами и слабой дрожью. Не в силах терпеть, мужчина расстегнул брюки, стянул их с бедер, насколько это позволяло его положение, и заставил себя оторваться от Ани.

- Садись верхом… Быстро…

Нетвердо держась на ногах, Анна встала, но слушаться его не спешила. Столярову хотелось придушить девушку все то время, пока она наклонялась и медленно стягивала трусики. Только злость и помогла ему сидеть на месте, а не загнуть прямо на стол эту заразу… Но как только она приблизилась, как только ее бедра коснулись его, терпению пришел конец.

***

Тяжело дыша, она лежала на его груди. Опустошенный, он прижимал девушку к себе и успокаивающе поглаживал по плечам и спине. Иногда касался губами душистых волос. Улыбался непонятно чему и чувствовал себя удовлетворенным. И дело было не только в сексе. И даже не в том, что их тела все еще были соединены, ее грудь прижималась к его груди, а сердца бились в сумасшедшем ритме. А в том, что она была рядом, и он мог чувствовать ее… Осмотревшись по сторонам, Сергей подумал, что неплохо бы переместиться на маленький диванчик у стены, зашевелился, намереваясь встать и перенести ее на руках туда, но Аня встала сама. Неуверенно, нетвердо держась на ногах она поправила юбку, следом бюстгальтер, одну за другой застегнула пуговки на блузке и пригладила волосы.

- А теперь займемся делом, - выдохнув, проговорила Корту и прошла к креслу по другую сторону стола, тем самым словно отгораживаясь.

Мягко говоря, Столяров чувствовал себя идиотом, сидя в растерзанной нетерпеливыми ручками рубашке и распахнутых брюках. Мысленно он городил небоскребы, а внешне, сжав зубы, приводил в порядок одежду и пытался слушать, что говорила Анна.