Марио Портер - Лебединая песня

— Доброе утро, мистер Лестер, — сказал приятный женский голос и Брайен про себя выругался при слове «доброе». — С вами сейчас будет говорить мистер Харпер.

— Это ты, Брайен? — раздался знакомый голос Ли.

— Нет, это его труп. Я напился вчера до состояния бревна. Я даже не знаю, кто меня принес в мой номер.

— Теперь я понял, почему я тебе не мог дозвониться.

— По всей видимости, где-то пожар, если ты мне звонишь в такую рань.

Ли засмеялся. Он знал слабость Брайена к выпивке.

— Пожар начнется, если я когда-нибудь увижу тебя трезвым.

— Речь идет о сценарии, который ты мне недавно принес. Я прочел его и думаю, что с хорошими актерами и с тобой в качестве режиссера успех фильму будет гарантирован.

Несмотря на то, что голова у Брайена соображала плохо, он сразу понял, чем тут пахнет.

— Я же говорил тебе! Ты уже говорил с кем-нибудь о фильме?

— Еще нет. Но сегодня после обеда я собираю совещание у Вильяма, так что ты должен там обязательно присутствовать. Вдвоем мы сможем его убедить. До этого мы должны отобрать претендентов на главные роли, а также внести кое-какие изменения в сценарий. Ты знаешь автора? Он не будет против?

— Куда он денется?!

— Вот и отлично. Тогда возьми его с собой на совещание. Встречаемся в полдвенадцатого. И приведи себя в нормальный вид, чтобы не выглядеть там алкоголиком. Засунь свою жирную тушу под душ, выпей какую-нибудь таблетку, подвигайся, ну да что мне тебя учить.

— И то верно. За меня не волнуйся. Как Энн?

— Нормально, передает тебе привет. Если ты через пару дней не окажешься в больнице для алкоголиков, то можешь прийти к нам в гости.

— Спасибо, я постараюсь не пить эти два дня, только пойду вот сейчас попью пива и все.

— Прекрасная мысль, но не пей больше пяти бутылок, иначе я тебя не увижу сегодня.

Брайен и Ли дружили уже много лет. Брайену было 47 лет, и он принадлежал к элите голливудских режиссеров. Бывало, что он на неделю уходил в самое беспросветное пьянство, но в работе ему не было равных. От своих актеров он требовал безупречной игры.

Ли сидел на своем кожаном диване в кабинете, когда пришел Брайен вместе с рыжим парнем с ослепительно белой кожей.

— Чарли Росс, автор сценария, — представил парня Брайен. Выглядел он явно неважно, хотя после пива он вернулся в свое обычное веселое состояние. Разве что по его опухшему лицу можно было определить, что накануне он сильно пьянствовал.

— Я заказал шампанское с апельсиновым соком, — сказал Ли. — Кто-нибудь против?

— Я за, — откликнулся Чарли Росс.

— Мне кофе, желательно покрепче, — пробурчал Брайен, но потом, подумав, тоже заказал себе шампанского.

— Теперь к делу, — сказал Ли после того, как все отхлебнули по глоточку. — Я прочел сценарий, Чарли. Кажется, вещь называется «Пассия»? Довольно многозначительно звучит. Но это даже к лучшему. Я думаю, что главную роль Дженис сыграет Николь Крайслер. Я давно уже подбирал для нее подходящую роль. И еще я хочу, чтобы вы изменили несколько ее сцен с Аленом. Концовку тоже придется менять.

— Но тогда придется менять характер Алена, — позволил себе возразить Чарли, хотя понимал, что это бессмысленно.

— Я знаю, что говорю, — голос Ли не допускал комментариев. — У вас после смерти Брута Дженис возвращается к своему мужу и детям. Так уже было во многих фильмах.

— Ладно, — уныло сказал Чарли, — я напишу новую концовку.

— Вот и замечательно, — удовлетворенно сказал Ли. — Теперь надо прикинуть, кто будет Брутом.

Они немножко поспорили и сошлись на том, что Брута должен играть какой-нибудь молодой красавчик, в которого могла бы влюбиться достаточно солидных лет женщина и бросить ради него мужа и детей. Что касается Алена, то его мог сыграть кто угодно, а вот с Брутом было все не так просто.

— Это должен быть парень с фигурой атлета, который возбуждал бы девчонок прямо с экрана. У меня пока нет никого на примете. Я хочу слетать в Нью-Йорк и присмотреть кого-нибудь в Бродвейском театре или среди выпускников университета. — Ли как всегда был настроен по-деловому. — Ты знаешь, Брайен, с пустыми руками я не возвращаюсь.

— Я поеду с тобой, — сказал Брайен. — Как режиссер я должен знать, кто будет играть роль под моим руководством. Брайен налил себе шампанского и выпил фужер залпом.

— Так ты к вечеру опять напьешься, — убедительно сказал Ли. — Ладно, я скажу тебе, когда мы отправимся в Нью-Йорк. Теперь самое главное, убедить Вильяма.

— Честно говоря, — сказал Брайен, — я бы не хотел связываться с Вильямом. Ты же знаешь, насколько это скупое животное. Он еще никогда не платил лишнего цента.

— Но у Николь Крайслер контракт с его «Хантер Продакшенз». Ему надо только намекнуть, что он обогатится, и все будет в лучшем виде.

Втроем они спустились в ресторан, где сделали заказ и уже собирались пообедать, как вдруг Брайен дернул Ли за рукав.

— Боже мой, — зло зашептал Ли, — я бы с удовольствием спрятался под стол. Но было уже поздно.

— Ли Харпер! Я не верю своим глазам! И Брайен Лестер тоже!

Салли Райли, девица ростом метр пятьдесят, толстая, как цистерна, в туфлях с каблуками тридцать сантиметров и с крысовидного типа собачкой под мышкой, уже стояла у их столика.

— Паршивец Лестер! Почему ты мне не позвонил и не сказал, что уже вернулся из Европы? Я бы с удовольствием написала бы статью о тебе и о твоем фильме. Это было бы бесподобно.

Все трое мужчин встали, и Салли Райли протянула каждому из них свою пухлую, украшенную десятком колец и браслетов руку. Ее детские глаза изучали Чарли Росса.

— Мы уже знакомы? — с надеждой спросила она.

— Вряд ли, — вступился Брайен. — Это мистер Фостер, кузен моей жены. Мы пригласили его провести пару недель у нас.

— О, вы так любезны, мистер Чарли, — захихикала Салли и снова принялась рассматривать Чарли.

— Имеете ли вы что-нибудь общего с кинематографом, мистер Фостер? — спросила она.

— Нет, он абсолютно нормальный человек, — сказал Ли, прежде чем Чарли успел раскрыть рот. — Он торгует автомобилями в Лондоне. Как идет торговля, мистер Фостер?

— Превосходно, я работаю на Бейкер-стрит, знаете?

— О, вы говорите абсолютно без этого британского акцента, — снова начала было восхищаться Салли, но, проглотив эту утку, она вскоре снова сосредоточила внимание на Ли и Брайене. От нее не ускользнуло, что Брайен выглядит неважно.

— Вы, по всей видимости, много работаете?

— Как обычно, — усмехнулся Брайен, — а что, заметно?

— Это, наверное, из-за той актрисы, которую вычеркнули из контракта? Она много пила и пропускала реплики, насколько мне известно.