Джастин Валенти - Протеже

Диана любила живопись, однако не считала себя талантливой художницей. Кент выбрал специальность, близкую к живописи, и стал архитектором. Окончив университет в Орегоне, он осел в Портленде, женился на девице из местных и надеялся вскоре стать партнером в фирме, взявшей его на работу.

Диана, как более активная и склонная к авантюрам, всегда мечтала о шумной и беспокойной жизни и инстинктивно ощущала, что брат так и не простил ей столь головокружительного успеха, хотя сам добился всего, чего хотел: женился, завел ребенка, поступил на престижную и перспективную службу. Для Дианы путь наверх оказался на удивление легким и не потребовал каких-то особых жертв. Она не была обременена пи мужем, ни детьми. И теперь, глядя на Патти с ее малышкой, Диана слегка завидовала, однако прекрасно понимала, что никогда не уживется с кем-то вроде Кента. Даже четыре дня рождественских каникул она выдерживала с трудом.

Патти вернулась за стол, удовлетворенно улыбаясь, и поспешила доложить мужу, что Джесси уже заснула, дома все в порядке и нянька предупреждена, что они вернутся сразу после окончания шоу.

Патти была сверстницей Дианы – миниатюрная, миловидная и чуть-чуть полноватая. Диана подумала, что ее невестка просто душечка, и к тому же очень покладистая. Она умеет и любит возиться с детьми, готовить, ухаживать за садом и обожает мужа. Короче, с такой женой, как Патти, у Кента не будет никаких проблем.

Не спрашивая согласия дам, Кент заказал три коктейля «Бренди-Александр».

– Он тебе понравится, – заверил Диану брат. – Здесь его делают лучше всего.

Диана промолчала, хотя терпеть не могла сладких напитков.

– Ах, Диана, ты только попробуй! Напиток богов, настоящий нектар! – воскликнул Кент, когда официант принес им коктейли. Он пригубил коктейль и зажмурился, изображая восторг.

– Замечательный, – подхватила Патти.

Диана убедилась, что коктейль слишком сладок для нее, но назвала его неплохим. Ведь Кент искренне старался доставить ей удовольствие, хотя и на свой лад. Он даже пригласил на этот вечер ради сестры кого-то из сослуживцев, но тот подхватил грипп и свалился в последнюю минуту.

Это значительно облегчило Диане жизнь: как она помнила, ни один из парней, которых Кент приглашал для нее, не показался ей привлекательным. Было бы просто здорово, если бы брат наконец сообразил, что Диана давно выросла и вполне способна сама выбирать для себя и выпивку, и кавалеров. А пока даже лучше жить с ним в разных частях континента.

Разглядывая публику в зале, Диана почувствовала себя неловко. Она и так надела самое простое платье – свинцово-серое, с пышной юбкой и отделанным кружевами вырезом, возможно, слишком глубоким. С одной ниткой жемчуга и жемчужными серьгами этот наряд был бы весьма к месту в Нью-Йорке, однако в кабаре, популярном у портлендских студентов, в их свитерах и джинсах, Диане казалось, что она разряжена до неприличия.

Тем не менее она твердо решила получить от этого вечера все, что можно. Публика пришла сюда повеселиться и добродушно хохотала даже над самыми неудачными номерами. Местный пародист Вуди Аллена порадовал зал на редкость безвкусной пародией, а у рыжеволосой тощей певицы едва хватило голоса на две песни.

– Погоди, скоро ты услышишь Нелли, – уже в третий раз пообещал Кент.

У Дианы вертелся на языке язвительный ответ, но она знала, что брат не выносит ее ехидства.

Покончив с коктейлем, Диана настроилась на благодушный лад, чувствуя себя приятно в непринужденной атмосфере кабаре. Это было особенно необычно после напряжения и суеты, царивших в Нью-Йорке. Она даже не возразила, когда Кент заказал еще по порции «Бренди-Александра».

Внезапно ее внимание привлек новый артист, появившийся на сцене у микрофона. Невероятно высокий, он поражал своей всклокоченной золотисто-рыжей шевелюрой. Его костюм больше подошел бы официанту: черные брюки, красный жилет, белая рубашка с рукавами, закатанными до локтя. Широкие плечи и тонкая талия говорили о недюжинной силе, таившейся в рослой фигуре, и оттого гитара в его руках казалась игрушечной.

«Свой парень», – с улыбкой подумала Диана. На телевидении было полно вот таких обаятельных, услужливых здоровяков.

Тем временем артист, имя которого она пропустила мимо ушей, обратился к залу, не спеша перебирая струны гитары. У него был довольно приятный баритон, однако местный акцент делал речь похожей на пародию. Диану это позабавило и слегка заинтересовало. Он что, собирается петь? Или представлять комическую сценку для одного актера?

Судя по всему, парень собирался сделать и то и другое. Он начал с игривой истории про грузовик, напоминающий «гнездо доисторической птицы с выдранным дном». Совершенно нелепая и бессвязная концовка заставила застонать даже благодушно настроенный зал.

И все же в этом горе-артисте, с терпеливой улыбкой поджидавшем, пока уляжется недовольный гомон, было что-то привлекательное. Он буквально источал невозмутимость и чувство собственного достоинства.

Следующий номер – короткий скетч о сборщиках яблок – зал слушал довольно внимательно, несмотря на грубые шутки и слишком прозрачные намеки.

Диана следила за артистом со все возраставшим любопытством. Несмотря на приветливую улыбку, парня никак нельзя было назвать красавцем. У него был слишком длинный и острый нос, а подбородок тяжелый и квадратный. Он был не слишком молод – судя по загрубевшей коже, что-то между тридцатью и сорока.

Его следующая история об озабоченной бабенке, у которой «в душе был сущий ад», не снискала никакого успеха, так же как и исполненная затем песня. Но это словно не имело для парня значения. Его интересовал только он сам, непробиваемый упрямец с таким обаянием, что оно необъяснимым образом подчинило себе всю аудиторию. Диана не могла не признать, что артист произвел впечатление и на нее, хотя сама не понимала почему. Она лишь запоздало обнаружила, что вся подалась вперед, к сцене, словно желая приблизиться к нему.

Хлопая вместе с другими, Диана осведомилась у брата, кто же это такой.

– Какая разница? Сейчас выйдет Нелли!

Однако среди бессвязного гомона, царившего в кабаре, Диана все же уловила имя Люк.

В следующую секунду под гром аплодисментов к микрофону вышла Нелли. Довольно симпатичная, она порадовала зал приятным, но ничем не выдающимся голоском. Диана была разочарована после всех похвал Кента, однако вся публика приняла Нелли с энтузиазмом. Ну что ж, их тут вообще нетрудно расшевелить.

Погрузившись в собственные мысли, Диана рассеянно оглядела зал. Ей показалось, что где-то в дальнем углу она заметила рослого Люка, прислонившегося к стене.