Линн Смитерс - Потери и обретения. Книга первая

Наконец дальнейшее ожидание стало для нее невыносимым.

- Я знаю, месье, что вы очень заняты. Но не могли бы вы посмотреть мою папку сейчас?

- Один момент. Сначала я хотел бы узнать, почему такая красивая женщина предпочитает трудиться за кулисами, когда она легко могла бы стать преуспевающей моделью.

- Я недостаточно худа для модели. И рост не тот. Кроме того, я всегда хотела стать модельером.

- Всегда? - переспросил он с легкой насмешливой улыбкой.

- Ну, с тех пор, как увидела Бетти Мелоун в «Колодце». Это один очень старый американский фильм, - пояснила Джоанна, заметив вопросительный взгляд Бертье. - Она в нем играет модельера. С первого раза, как увидела, втрескалась по уши.

- В Бетти Мелоун? - Он нахмурился.

- О нет. - Джоанна рассмеялась, уловив его мысль. - Не в актрису. Меня покорил волшебный мир этой профессии. А потом увлечение сменилось всепоглощающей страстью. - Она улыбнулась с трогательной застенчивостью. - Мои друзья сказали бы вам, что профессия модельера - единственное, что по-настоящему занимает меня.

- Неужели? - У Поля Бертье глаза были как у сестры, но не холодные. Он неторопливо разглядывал ее лицо. - В это трудно поверить. У красивой молодой женщины, как вы, должны быть и другие увлечения: вечеринки, танцы… мужчины. Или, может, один мужчина.

Теперь он настороженно следил за ней, голубизна его глаз почти исчезла, заполненная черными расширившимися зрачками. У Джоанны сжалось горло, она с трудом сглотнула.

- Позвольте, я покажу вам свои наброски.

Папка лежала у нее на коленях. Непослушными от волнения пальцами она пыталась развязать тесемки.

- Вероятно, я должна сразу признаться, что большинство преподавателей в Институте моды не одобряли мою манеру. И хотя я считаю, что это мои лучшие работы, я была бы в высшей степени благодарна, если бы по их поводу высказался мастер. - Слова вылетали у нее с такой скоростью, словно она торопилась от них избавиться.

- Не понимаю, почему Вивьен не сказала мне о вашем даровании, - размышлял вслух Бертье, пока Джоанна боролась с тонкими тесемками папки.

У нее были собственные соображения по этому поводу, но, зная, какая близость существует между братом и сестрой, она оставила эти соображения при себе.

- У нее так много дел. - Наконец-то! Джоанну прошибло холодной испариной, пока она развязывала этот взбесившийся узел.

Поль Бертье взял у нее листы и положил их на стол изображением вниз. Он достал из кармана пиджака золотой портсигар, закурил дорогую сигарету и лишь тогда обратил свое внимание на выложенное перед ним богатство красок.

Джоанна волновалась как никогда в жизни. Но она набралась терпения и ждала от него слов… каких угодно! Бертье все перебирал листы, смотрел их с начала до конца, потом возвращался к первому, перебирал листы в обратном порядке и вновь с начала до конца.

Нравятся ему эти модели или вызывают неприятие? На самом деле они интересны и современны или кажутся такими только ей? А может, прав тот преподаватель, который пришел в такую ярость, что обозвал ее модели одеждой для проституток?

Время тянулось черепашьим шагом. У Джоанны от напряжения пот заструился по спине.

- Вы чрезвычайно талантливы, - наконец произнес Бертье.

- Вам действительно понравилось?

- Эти модели самые новаторские из тех, что мне довелось увидеть за многие годы.

Джоанна лучезарно улыбнулась.

- Но они совершенно не годятся для продажи. - Эти слова произвели на нее эффект удара в спину, на какой-то момент она лишилась дара речи. - Вы плюете в лицо традиции, - продолжал он резко и категорично, не щадя ее чувств. - Ваши модели - это костюмы для театра, а не для реальной жизни.

Такое обвинение приходилось ей слышать и раньше, но никогда еще она не воспринимала его столь болезненно.

- Я пыталась стать новатором. Как Шанель в двадцатые годы со своими твидовыми костюмами, как послевоенный «новый взгляд» Диора. Как Ив Сен-Лоран, который совершил революцию, введя в моду женские брючные костюмы. И, конечно, как Куреж с его мини-платьем. - Она перевела дух. - Вы сами только что сказали - кутюрье всегда на грани риска. Все великие законодатели мод, да и вы сами, завоевали славу людей, добившихся права не изменять собственному вкусу.

- У вас есть талант, но вы не совсем ясно понимаете, в чем состоит задача модельера, - подытожил Бертье. - Модельер должен увидеть женщину такой, какой она хочет быть увиденной.

- Да, верно, - пошла на попятный Джоанна, хотя это утверждение противоречило ее идее: вместо того чтобы подсказывать женщинам, что им нужно, получалось, что модельеры обязаны спрашивать у них, чего они хотят.

«Терпение» - словно услышала она голос матери, предостерегающий ее.

- Вот, например, эта модель. - Он держал в руках набросок из числа ее самых любимых - вечернее платье из золотых кружев на черном шифоне, покроем напоминающее наряд танцовщицы фламенко. - Такой наряд подошел бы ряженой для вечеринки в честь американского праздника Всех Святых.

Его слова задели ее.

- Не понимаю, что плохого в том, если воспринимать жизнь как праздник. - «Терпение!» - послышалось ей. - К тому же я подумала, что оно еще и сексуально привлекательно.

- Первое, что вам нужно усвоить, Джоанна, это то, что мужья хотят видеть своих женщин одетыми как леди. Особенно отличаются этим американские мужья, которые имеют привычку менять жен и с каждым разом жениться на все более молоденьких, не узнав толком их родословной.

Он не дал ей вставить слово, хотя она уже набрала воздуха для очередного возражения, и продолжал:

- Поскольку именно мужья оплачивают счета, то мудрый дизайнер создает свою модель, ориентируясь на их вкус.

- Но это же неслыханный шовинизм!

- Пожалуй, тоже верно. У англичан есть выражение - молодящаяся старушка. Никогда не забывайте, мадемуазель Лейк, что нам платят именно за то, что мы учитываем такие вещи.

- А как же быть с торжеством женственности… - Джоанна не могла остановиться и продолжала спорить, - если ориентироваться в своей работе только на бесполых женщин, похожих на гермафродитов?

По его реакции она поняла, что сказала бестактность, задев самого Бертье. Ведь именно этот стиль в его новых работах доведен до предела. Застывшее выражение его лица заставило бы осторожную женщину отступить. К несчастью, Джоанна осторожностью никогда не отличалась.

- Вы считаете, что мы должны создавать модели для мужей, - горячо продолжала она, подавшись вперед. - Но я не могу поверить, что все мужчины так уж жаждут видеть своих любимых женщин похожими на страдающих от недоедания преждевременно состарившихся мальчиков.