Керстин Гир - Чистосердечно привирая

Большие настенные часы показали ровно десять.

Я быстро огляделась и поняла, что никто, кроме Кордулы Рот из отдела «Косметика, фитнесс и диета», не придал своему лицу приветливого выражения. А Кордула была не в счёт, поскольку после перманентной татуировки на её губах играла перманентная улыбка. Причём она этого не заказывала: процесс о возмещении ущерба за причинённое телесное повреждение всё ещё шёл.

Прежде чем минутная стрелка перескочила на одну минуту одиннадцатого, появился Бирнбаум.

После обмена приветствиями – ну, вы помните – я: «Доброе утро», остальные: «гмммм», – он захотел узнать, что мы подготовили для мартовского номера «Анники».

– Представляя свои идеи и проекты, помните о нашем девизе: «Юная, модная, современная и сексуальная». Ах да, я всё ещё точно не знаю, с каким именем какое лицо связано, так что, пожалуйста, представьтесь ещё раз.

Первой выступила Монашка с её страничкой о здоровье. Обычно её никто не прерывал, и она из года в год беспрепятственно бубнила о межпозвоночных хрящах и профилактике остеопороза, но Бирнбаум положил этому конец. Он сразу отмёл репортаж о бессоннице, хотя Монашка всячески подчёркивала, что статья не касается проблем засыпания при старческой деменции. И очерк «О малом тазе» вызвал у него возражения. Оставался репортаж о противозачаточных пилюлях, которые одновременно помогали при прыщах, а также заметка о натуральных средствах для снятия болей при менструации. Монашка глядела мрачно.Тема малого таза явно запала ей в душу.

После неё Кордула из раздела косметики рассказала нам о полезных советах для тонких волос, о кремах с фруктовыми кислотами и о диете на яблочном уксусе, части 2 и 3, и все с нетерпением ожидали комментариев Бирнбаума.

Но он, очевидно, понял, что это темы вне возраста – он только кивнул, хотя и несколько разочарованно. Кордула улыбнулась – ну да она улыбалась постоянно.

За ней пришла очередь Штеффи, которая руководила отделом «Домашнее хозяйство и творчество» – руководила, правда, издалека. С начала беременности она резко отказалась заниматься приправами, жареным и пареным, а также – во всяком случае, теоретически – лаками, красками, клеем и замазкой. Тему готовки она полностью переложила на одну из сотрудниц, а что касается творчества, то творить можно и без красок с клеем. «Мы смастерим рождественскую деревушку для подоконника: вам нужны лобзик и необработанная сосна» или «Покончим с клейстером и обоями: стены в детской можно обтянуть материей!».

Штеффи, выпятив грудь, гордо назвала свою двойную фамилию и принялась в своей обычной манере безудержно расхваливать пасхальный набор из шести предметов, в который входили свалянные из войлока пасхальные яйца, подставка в форме курицы, а также скатерть, салфетки и подушки с куриными аппликациями и огромными сатиновыми бантами – всё это было изготовлено по её эскизам студентами пошивочного факультета местного народного университета.

Дураку понятно, что это было никому не интересно.

– И главное – всё выполнено в модных цветах этого сезона: лавандовом, малиновом и топлёного молока, – заключила она, гордо двигая по столу гнездо из войлочных яиц и сиреневых кур. – Разве не очаровательно? На пятницу мы заказали фотосессию в одном чудесном антикварном магазине. Ещё мы сфотографируем пасхальное меню с семью переменами блюд, все блюда с курятиной либо яйцами.

У Бирнбаума был такой вид, словно у него началась зубная боль. Вероятно, он прикидывал, достаточно ли Штеффины куры юны, модны и сексуальны для новой линии «Анники».

– Как очарова-а-ательно! – вскричал Лерой, руководитель нашего отдела моды, и захлопал при этом в ладоши. Он всегда вёл себя так, будто только что сбежал из какой-нибудь «Клетки для безумцев». – К тому же эта цветовая гамма великолепно соответствует нашему модному репортажу «Платья и блейзеры в красках весны».

– Когда, вы говорите, начинается ваш декретный отпуск? – спросил Бирнбаум у Штеффи.

– Я ничего такого не говорила, – ответила та обиженно. Она ожидала похвалы – фрау Цимперих всегда была в восторге от её поделок.

– Но вы же беременны? – уточнил Бирнбаум. – Или просто… хм… полноваты?

– Я бы сказала, и то, и другое, – злобно пробормотала Марианна, а у Штеффи, которая за последние восемь месяцев набрала примерно столько же, сколько весит слон, слёзы брызнули из глаз.

– В основном это отёки, – выдохнула она со всхлипом. – Я ничего не могу с этим поделать!

– Как вы сказали? Когда? – спросил Бирнбаум.

– Через две недели, – высморкалась Штеффи.

– Очень хорошо. – В Бирнбаумовом голосе прозвучали нотки облегчения. Более не беспокоясь о Штеффиных всхлипываниях, он повернулся к Сабине Херц, именуемой Сердечком, тоже беременной – правда, всего месяца три.

– А вы?

– Я ухожу только через пять месяцев, – ядовито сообщила Сердечко.

– Вы тоже беременны? – Бирнбаум потёр подбородок. Мне становилось его жаль. Сам того не подозревая, он попадал в одно осиное гнездо за другим. – Я хотел, собственно, услышать, какие у вас идеи по поводу нашего репортажа про любовь-онлайн.

– Ах вот что, – сказала Сердечко немного помягче. – Ну, я подумала, что мы можем описать историю женщины, которая услышала тиканье своих биологических часов.

Бирнбаум перестал тереть подбородок и застонал.

– Наверное, это та самая женщина, которая в недавнем номере «Анники» занималась проблемой выпадения позвоночного диска? Наша целевая группа, как вы знаете…

– Женщины могут довольно рано услышать тиканье своих биологических часов, – перебила его Сердечко, в глазах которой также заблестели слёзы. Это были наверняка те же гормоны, которые сделали из Штеффи ходячий фонтан. – Именно в наше время, когда большое значение придаётся семье, женщина чувствует сильное давление общества. Сейчас уже в двадцать лет женщине приходится оправдываться за то, что она одна.

Бирнбаум смотрел недоверчиво, но остальные согласно кивнули. К сожалению, в этом была доля истины.

– Ну хорошо, – нетерпеливо сказал Бирнбаум. – И что, по-вашему, сделала эта женщина, когда затикали её часы?

– Она разместила объявление в интернете, – ответила Сердечко. – На одном из этих сайтов знакомств, ну вы знаете, но сайт солидный. А потом она стала встречаться с мужчинами, откликнувшимися на это объявление. – Сердечко сделала сердитое лицо и продолжала: – И хотя она массу откликов забраковала в самом начале, но… Вы не поверите, сколько лысых, старых, жирных, мало зарабатывающих и вонючих мужиков считают возможным откликнуться на объявление образованной, красивой и стильной женщины!