Джен Хадсон - Приди ко мне во сне

– Это тебя, – сказала Вэлком, держа трубку. – Рэмсон Габри.

– Я не хочу с ним разговаривать. Уверена, что это тот старый развратник, – нетерпеливо отмахнулась Мери. – Он еще в посольстве положил на меня глаз и вот не отстает. Пошел он ко всем чертям, а я пошла принимать душ.

Некоторое время спустя, когда Мери сушила волосы в своей комнате, к ней вошла Вэлком с небольшим пакетом в руке. Пакет из золотистой фольги был перевязан розовой ленточкой.

– Посыльный только что принес, – сообщила Вэлком. – Тебе. И опять от Рэмсона Габри.

– Я ничего не хочу принимать от этого извращенца. Отправь это назад.

– Я с ним разговаривала по телефону, и, ты знаешь, мне показалось, что он совсем не извращенец. Я сужу, разумеется, по голосу. Очень вежливый, очень тактичный.

– Вежливый? Тогда посмотри на мою попу, там до сих пор остались следы его вежливых пальчиков.

Вэлком потрясла пакетом у своего уха:

– Если я немедленно не узнаю, что там внутри, то умру. Ты же знаешь, какая я любопытная.

– Ну, тогда открой и посмотри, пока я закончу с волосами.

Вэлком развернула пакет и присвистнула так, что Мери сразу же отложила фен.

– Я думала, что цветы – это уже с его стороны очень сильный ход, но, дорогая, сейчас этот парень, кажется, решил применить тяжелую артиллерию.

Она поднесла к лицу Мери сверкающий браслет. Это было великолепное произведение ювелирного искусства. Браслет был из чистого золота, инкрустированный множеством маленьких жемчужин и бриллиантов.

– О Боже мой! – Мери вздрогнула, в ее воображении возник старый толстый султан, сидящий среди своего гарема и мрачно почесывающий бороду.

Надо отсюда куда-то спасаться. Мери уже начала окончательно терять рассудок. Постоянно звонил телефон, а в промежутках приходилось принимать парад посыльных с подарками. А так хотелось провести вечер спокойно, пристроиться с книжечкой в своей комнате, отдохнуть. Но Мери была одна – Вэлком ушла куда-то с Филиппом Ванхорном, а без нее кто будет отвечать на телефонные звонки? Потому что… разговаривать с этим дегенератом, у которого глаза как две маслины и который все еще не отказался от идеи провести с ней вечер, она категорически не желает. Ей очень хотелось отключить телефон, но она не знала, как это сделать. А портье уже в третий раз ей терпеливо объяснил, что ничем не может помочь, так как звонят по внутреннему телефону.

Вконец выбившись из сил, она впопыхах кое-как оделась и собиралась уже выйти, но тут случайно бросила взгляд в зеркало. Кулон. Она о нем почти забыла. Почти.

Нахмурившись, она сняла его и начала внимательно изучать, водя пальцами по кусочкам цветного стекла, которыми были инкрустированы его золотые расправленные крылья. Сокол казался теплым мурлыкающим котом, пристроившимся у нее на ладони.

Ну как же объяснить появление этого сокола у нее в руках? Единственное – это если ее возлюбленный, являющийся к ней во снах, действительно существует. Вчера на базаре она отдала кулон маленькой девочке. Каким образом он снова возвратился к ней? Телекинез и прочие потусторонние фокусы лучше в расчет не принимать. Пока она спала, кто-то побывал у нее и принес этого сокола.

Но кто? Или, может быть, что?

Она вздрогнула. Если у нее осталась еще хоть частица здравого смысла, она должна сейчас же, немедленно выбросить эту чертову вещь в окно. Но от одной только мысли, что ей придется снова расстаться с кулоном, Мери вдруг стало невыносимо грустно. Где-то глубоко в ее душе вдруг начали подниматься смутные тени каких-то воспоминаний. Сердце ее затрепетало, а на глаза навернулись слезы.

Как в трансе, Мери надела цепочку на шею и прижала кулон к груди. Он был теплый!

Снова зазвонил телефон, и чары рассеялись. Она чертыхнулась, схватила сумочку и выбежала из комнаты. Резко открыв дверь, девушка чуть не сбила с ног молодого посыльного, поднявшего руку, чтобы постучать.

– Что вам нужно?

– Для вас пакет, мисс Воэн.

– Я отказываюсь принимать его. Отошлите назад. И захватите с собой весь этот остальной хлам.

Оставив испуганного молодого человека на пороге, она прошагала к себе в спальню и схватила браслет и еще несколько пакетов, которые в течение последних часов поступали к ней с пугающей регулярностью. Когда она вернулась к двери, посыльного уже не было, а на столе лежал еще один пакет, завернутый в золотистую фольгу.

– Подумать только! – воскликнула она в отчаянии, и в это время снова зазвонил телефон.

Побросав все, что держала в руках, на стол, девушка выскочила в коридор, с силой захлопнув за собой дверь. Она гордо прошествовала через холл на выход, на прогулочную аллею. Юбка кружилась и волновалась вокруг ее длинных ног, обутых в босоножки на шпильках. Мери торопилась к зданию, стоящему рядом.

И вот она наконец в «Аль Рубайяте», главном ресторане отеля. Гнев ее слегка поутих. Может быть, здесь, в каком-нибудь тихом уголке, можно будет спокойно провести время.

У огромных дверей, покрытых искусной резьбой, стоял улыбающийся метрдотель. В уютном холле изрядное количество людей дожидалось своей очереди. Они расположились на бархатных диванах. Когда Мери приблизилась, метрдотель вежливо поклонился:

– К вашим услугам.

– Я хочу поужинать. Мне нужен тихий столик для меня одной. Пожалуйста. Но заказать его я, к сожалению, не успела.

Прежде чем произнести следующую фразу, он посмотрел на других ожидающих в холле.

– Конечно. Но придется немного подождать. Могу я узнать ваше имя?

– Мери Воэн.

Его глаза слегка расширились, и он щелкнул пальцами официанту.

– Одно мгновение, мисс Воен. Рагаб сию минуту покажет вам ваш столик. Мы в восторге, что сегодня вечером вы решили ужинать именно у нас.

Удивленная необычной, даже довольно странной любезностью метрдотеля, Мери проследовала за официантом через большой, слабо освещенный зал с высоким арочным потолком. Она чувствовала себя немного виноватой перед теми, кто пришел раньше и ждал в холле, но была слишком усталой и голодной, чтобы задавать вопросы, почему и отчего ей так повезло. Рагаб усадил ее в альков, оформленный в арабском стиле, рядом со сценой и танцевальной площадкой. Мери с тоской посмотрела на столик в дальнем углу:

– Могу я сесть вон туда?

Рагаб встревожился:

– О нет. Этот столик, который я вам предлагаю, самый лучший, какой у нас есть. Отсюда, хорошо видна сцена.

– Но я… – Она остановилась, не договорив фразу. В самом деле, зачем привередничать, если и так повезло. – Отлично. Здесь очень хорошо. Спасибо.

Вокруг нее суетился целый рой официантов. Они наливали ей прекрасное вино, принимали заказы, а затем подавали блюда, лучше которых не придумаешь. Барашек был роскошный, так же как и сочные овощи к нему. Она уже собралась отправить в рот очередную порцию нежного горошка, уже наколола его вилкой, как…