Пятая зона пульса - Юля Артеева

и с едва заметными смешинками в глазах. Я стараюсь не сдать всю гамму эмоций. Неловкость за якобы пожар, стыд за то, что оставила брата одного, смущение от того, что парень мне нравится.

Мне хватает нескольких секунд, чтобы признать свое поражение. Никита был в восторге от тренировки, я должна в первую очередь думать о нем. Ну, и еще немного о том, что было бы здорово тоже понравиться Алексею… По крайней мере это было бы приятно.

Откашлявшись, говорю, стараясь сохранить достоинство:

— Ладно. Если вы… ты не против, я бы привела к тебе брата.

— Сочту за честь, — произносит он иронично.

Следом зажимает в зубах остатки яблока и, обтерев ладони об джинсы, подхватывает с пола какие-то сумки и выходит из квартиры.

Глава 8

— Леха хороший, — говорит Полина, — иногда выглядит как высокомерный засранец, но вообще-то он добрый. Вот, смотри, здесь корм: сухой, влажный. Это вкусняшки, но ты часто его не балуй.

— Лешу? — хмыкаю своей же шутке.

Моргунова смеется:

— Да, этому лакомства лучше тоже не давать.

— Реально твой племянник? — уточняю, пока подруга демонстрирует мне упаковку наполнителя и корзину с кошачьими игрушками.

— Да, Лешина мама — моя сестра, у нас большая разница в возрасте.

— Говоришь таким тоном, будто объясняла это уже тысячу раз.

— Ой, да… приходилось, — отмахивается со смешком. — У нас, правда, у всех немного странные семейные отношения. Короче, не бери в голову. А, вот и Котов.

Прослеживаю за ее рукой и вижу большого кота, который крайне медленно и степенно заходит на кухню. Усаживается, дважды лениво касается языком лапы, а потом поднимает на меня взгляд, который, клянусь, полон скептицизма.

У меня вырывается:

— Эй, полегче! Я еще ничего не сделала.

Присаживаюсь рядом и осторожно протягиваю руку, останавливаясь в нескольких сантиметрах от кошачьего носа.

Целую вечность это животное пялится мне в глаза, не двигаясь, а потом наконец аккуратно приближает свою морду, принюхиваясь.

— Не собака же, — ворчу я, замерев в неудобной позе.

Моргунова пожимает плечами:

— Лейтенант Котов, что с него взять. Все-таки в органах работает.

— Серьезно? Младший офицерский состав? Уверена, что он не генерал?

Дожидаюсь момента, когда кот позволяет мне погладить его пальцем по лбу, и чувствую, как губы растягивает дурацкая улыбка. Почему-то испытываешь особенное удовольствие, когда добиваешься хотя бы минимального расположения от угрюмого недотроги. Уже можно считать, что я в созависимых отношениях с чужим котом?

Поля присаживается рядом и аккуратно гладит Котова по голове вместе со мной.

Говорит:

— Он только с виду такой угрюмый. В душе он сладкая булочка. Знаешь, как тяжело переносит одиночество?

Я почему-то думаю, что этот словесный портрет подходит и Алексею.

Спрашиваю:

— Почему твой племянник не может его кормить? Это не претензия, если что, просто интересно. Мне не сложно.

— Он забирает Толика, — отвечает, имея в виду свою собаку. — А у Лехи дома кот, они с моим не ладят, мы уже пробовали, когда я уезжала в прошлый раз.

Я хмыкаю:

— Когда ты говоришь «уезжала», то вся светишься.

Полина трясет головой и прячет взгляд. Смущенно бормочет:

— Перестань. Это тупо, я знаю.

Поднимаюсь на ноги и деловито оглядываюсь вокруг, пытаясь запомнить, где что лежит. И чтобы не смущать Моргунову, конечно. Она познакомилась с парнем в дейтинг приложении и сегодня вечером едет к нему в другой город уже во второй раз. Мы еще не так близко дружим, чтобы я могла не то что советовать, а даже демонстрировать свое отношение к ситуации.

— М-м-м, — выдаю задумчиво, как будто собираюсь спросить что-то важное и исключительно по делу.

А потом вдруг, глянув через плечо, чтобы убедиться, что мы все еще одни, интересуюсь:

— А у него есть девушка?

Поля тормозит немного, я слишком резко сменила тему, но, нахмурившись, все же уточняет:

— У Лехи?

— Да.

Снова открываю шкаф, щупаю упаковки с кормом только чтобы отвлечься. Но на самом деле ужасно стесняюсь. Зачем только спросила?! Ну что за дура?

— Нет. Девушки нет, слава богу. — Она издает несколько нервный смешок. — А что? Понравился?

Голос Моргуновой звучит достаточно напряженно, и я сама деревенею почему-то. Что еще за «слава богу»?

— Нет! Нет, конечно. Просто… Господи, не знаю, зачем спросила, — тараторю сбивчиво.

— Ник, я… черт, я сказала, конечно, что он хороший, и это правда так. Но ему пока не нужны отношения. Ты извини, пожалуйста. Тренер — да, но…

Мне становится неприятно. Не знаю, куда спрятать взгляд, чтобы не выдать эту отвратительно искреннюю эмоцию.

Спасает, как ни странно, Алексей. Он возвращается в квартиру и говорит с порога:

— Поль, вещи в машине, я парканулся ближе к подъезду. Беру Толика?

Моргунова, насколько я могу заметить периферийным зрением, мельком смотрит на меня и устремляется к Погодину в коридор.

Говорит звонко и жизнерадостно:

— Да, можно ехать, а то на пары опоздаем.

Я, воспользовавшись небольшой передышкой, опираюсь ладонями о столешницу и склоняю голову. Будет мило, если Полина запретит мне водить брата в этот проклятый акваклуб. По каким-то, блин, неведомым семейным причинам. Как будто мне своих проблем дома мало! Ну зачем я спросила про девушку?

Леша мне понравился, это правда. Но не настолько, чтобы сейчас испытывать эту чудовищную неловкость.

Лейтенант Котов с поразительной для его габаритов грациозностью запрыгивает на стол рядом со мной, и я вздыхаю, снова протягивая ему руку. Он разок проходится шершавым языком по костяшке моего указательного пальца. Смотрит на меня неодобрительно, но это точно не связано с идиотским тренером Алексеем, а значит воспринимается мной как благость.

— Ничего, — бормочу тихо. — Ты меня еще полюбишь.

— Он никого не любит, — раздается рядом.

Вздрогнув, поднимаю взгляд. Погодин стоит, привалившись плечом к косяку и сложив руки на груди.

Спрашивает:

— Едешь?

— Да. — Выпрямляюсь и сую ладони в карманы джинсов. — Просто… пытаюсь наладить отношения.

— На тебя не похоже.

— Я же милая, помнишь? — Поднимаю на Лешу глаза и вдруг начинаю улыбаться.

Черт. Кажется, я флиртую.

Погодин выгибает одну бровь и тихо сообщает:

— Сложно забыть.

Между нами есть какое-то притяжение, по крайней мере в этот момент — точно. Мои щеки розовеют, рука неосознанно ложится на бедро, когда я принимаю кокетливую позу. Он скользит взглядом по моей фигуре — крайне демонстративно.

— Ребят, поехали?! — орет из коридора Полина, и будь я проклята, если ее голос снова не звучит нервно.

Мы с Лешей встречаемся глазами.

Он, наверное, меня хочет. Именно так я чувствую в этот момент теми рецепторами, которые всегда на окружающих настроены. Погодин мне нравится иначе. В том романтическом смысле,