Бывший муж, предатель и отец - Кара Райр

как тебе кажется. Ты делаешь мне больно своим поведением, — на этих словах я не выдержала и начала плакать от безисходности.

Лицо дочери всё не менялось и мне казалось, что всё бестолку. Я не могла переубедить её и слёзы сами потекли из моих глаз.

— И неужели я учила тебя драться, быть такой капризной и вести себя так агрессивно? Кидаться на мальчиков? Ты же девочка… — качала я головой, закрыв лицо руками.

Ком подкатил к горлу и я уже не могла ничего говорить. Не могла выдавить из себя больше слов.

Мне было так обидно.

Не только из-за того, что София меня не слушалась, но больше из-за того, что я не могла её успокоить в таком бешеном желании заполучить отца, выбить эти мысли из её головы, объяснить так, чтобы она поняла, что просит почти невозможного.

Прошло уже семь лет с момента расставания с Владом и я думала, что уже давно всё забыла и отпустила. Но моё сердце снова сжималось, когда я видела его.

Обида всё равно подкатывала к горлу.

Я не могла нормально дышать и спокойно смотреть на него.

Вся эта боль - оказалось, я просто её заглушила, выкинула из головы.

Но теперь мне ещё больнее, особенно когда дочка сама, неосознанно тянется именно к нему…

Казалось, куда может быть хуже? Но я совсем не подозревала, что меня ждёт очень и очень скоро.

Глава 10 Позвони мне... позвони

Таисия

Неожиданный звонок звонок прервал мои слёзы.

Я убрала ладони от лица и увидела виноватое лицо дочери, которая сидела напротив и виновато надула губки. Видела, что она хотела извиниться.

Её наконец пробрало.

Мои слёзы подействовали.

Я никогда не плакала при ней, показывала себя железной женщиной, заменявшей ей сразу обоих родителей.

А сегодня это произошло первый раз.

Первый раз я показала ей, что могу плакать…

Но дочку тоже сбил этот звонок.

Казалось, ещё чуть-чуть и она подошла бы сама и извинилась.

Но уже всё.

Я перестала лить слёзы и посмотрела на экран телефона, а София передумала извиняться в одно мгновение. Видела по её глазам.

На экране высветилось имя начальницы. Ну вот, что её ещё надо-то? Мы же договорились, что завтра будет выговор, я знаю… Или она что похуже придумала?

— Алло, — хриплым, заплаканным голосом ответила на звонок.

— Тая, я звоню сказать, что… — она сделала паузу, подбирая слова. — Что завтра тебе лучше не выходить на работу.

— Что? Я уволена? — удивлённо и сдавленно прохрипела я.

— Нет, — сухо ответила Алёна Аркадьевна. — Нет. Просто я сейчас на таком взводе, что мне нужно остыть. Если бы не ты… — она осеклась и фыркнула от злости. — Пф! В общем, если я сейчас продолжу говорить, то снова взорвусь! Мне просто нужно обдумать всё. У тебя завтра выходной, а послезавтра мы с тобой и поговорим. Всё, пока…

Последние слова она будто выплюнула.

И что же меня ждёт дальше? Хоть бы не увольнение… Да, моя дочка виновата, но какое отношение это имеет к ней? И вообще, сегодня для меня было большим открытием узнать, что её сын ходит в тот же детский сад, что и София, и сын Влада тоже. Как такое вообще может быть? Я словно в долбанном кошмарном сне…

На следующий день я отвела Софию в садик.

С самого утра мы молчали. Между нами было напряжение, которое я попыталась как-то снизить, но дочка не сильна шла на контакт.

В остальном, было обычное утро. Тот же завтрак, те же водные процедуры, сборы, остановка, автобус.

Странно, но даже встречающая нас воспитательница, Жанна Борисовна, ни слова не сказала о вчерашнем. Поздоровалась с улыбкой, как будто и не было ничего. Даже пожелала мне хорошего рабочего дня на прощание…

Только вот сегодня мне никуда не надо было. И ощущалось это странно. У меня за последние пять лет вообще не бывало непредвиденных выходных.

Все отпускные я забирала деньгами и даже не думала отдыхать. Всё же мать одиночка - тяжёлое бремя…

Вот и сейчас, не медля я поехала домой, чтобы сделать очередную генеральную уборку. Это происходило не часто, но я старалась хотя бы раз в месяц вымыть квартиру до блеска. На душе от этого становилось хорошо. Жить в чистоте - это приятно. Поэтому даже будучи вымотанной на работе, я посвящала этому целый выходной день.

Принявшись за уборку, о чём я только не думала. Но одна мысль больше всего заела у меня в голове. Что я за мать такая? Плохая…

Ведь свою дочь быть хорошей я не научила, получается… Соня совсем распоясалась и как же это беспокоило моё сердце…

В этих мыслях прошла моя неделя до самых следующих выходных. Даже на работе думала об этом постоянно.

Алёна Аркадьевна хоть и сделала мне выговор за тот случай и наговорила всяких бредней про её сыночка-ангелочка, который «не может расти в такой агрессивной среде, поэтому пожалуйста сделай с этим что-нибудь», но всё же ничего плохого не произошло. А я думала, что будет хуже.

Слава богу, её устроил ответ, что я постараюсь сделать всё, чтобы доча так себя больше не вела. На этом мы закрыли тему и работали как обычно.

Лишь изредка я ловила на себе её недобрый взгляд, но это остаточное явление.

Хотела бы реально наказать или избавиться от меня, уволила бы сразу же.

А так… Я не стала заострять на этом внимания.

Но странность заключалась в том, что ни её сына, ни Влада я не видела в саду всю эту неделю. С Алёной Аркадьевной это легко объяснялось, но Влад то чего? Этого я понять не могла.

Наступил пятничный вечер и я только вышла с остановки возле детского сада, чтобы забрать Соню, как передо мной, неожиданно остановился большой, чёрный внедорожник.

Из него вышел Влад и сразу подошёл ко мне.

Никаких слов, ни здравствуй, ни привет, он не сказал.

Только произнёс то, от чего у меня мурашки пронеслись по коже, а желудок будто свернулся в тугой узел.

— Соня моя дочь и ты мне не сказала?!

Глава 11 А нужна ли твоя борьба?

Таисия

— Это моя дочь?! — повторил Влад, глядя в упор.

Он стоял напротив, высокий, сжимающий в руке какой-то конверт. Белый, плотный. На краю — синяя печать. Внутри