Жду трамвая - Дарья Михайловна Сорокина

в чужую куртку, и вглядывалась в полупустую парковку университета. Уже начало темнеть, и все мои одногруппники разъехались по домам после экзамена, а Чудова все еще не было. Зря не взяла номер телефона у него перед прощанием. Вдруг он прямо сейчас обносит квартиру Кирилла? Я бы его попросила захватить мою сенполию… Хотя, с другой стороны, куда мне торопиться? Я вздохнула. Сегодня заканчивался мой устный договор с соседкой. Но больше тревожило меня то, что Юра где-то там на морозе и без куртки. Я переживала за него. Загадочный парень, которого все знали и которым все восхищались, снова решил стать неуловимым для меня.

– Кого высматриваешь? – сзади послышался голос моего нового знакомого, а его подбородок уперся мне в плечо. Что-то пушистое защекотало шею.

Сердце мгновенно затрепетало. Не поворачиваясь, я нащупала рукой ватную бороду и с трудом сдержала улыбку.

– Принес подарки, Чудов? Не поздновато для такого наряда?

– Тсс! Не так громко. Ты привлекаешь к нам излишнее внимание. – Он зажал мне холодной ладонью рот и оттащил подальше от окна.

Кроме бороды у Чудова имелось расшитое блестящими снежинками пальто, висящие на резинках рукавицы, съехавшая набок красная шапка и мешок в тон. Не хватало только обуви подходящей – на ногах у него были обычные зимние ботинки. Я пощупала шубу. Вроде теплая, если Чудов все время так ходил, то есть призрачный шанс, что не заболеет.

– Это я-то привлекаю внимание? Ты одет как Дед Мороз!

– Если бы я летом так нарядился, это было бы странно. Но сейчас зима, утренники, корпоративы, запоздалые поздравления преподавателей. Я смешался с толпой, – загадочно проговорил Юра. – И потом, Чудов гораздо круче Деда Мороза. Ему не пройти незамеченным в свою альма-матер, а у нас мало времени.

– А еще Чудов Юрий очень скромный, – хмыкнула я.

– Этого у него не отнять. – Хоть за бородой я не видела его губ, но по глазам поняла, что Юра улыбается.

– У меня к тебе только один вопрос. Как ты остался для меня незамеченным, если все вокруг тебя знают? – Я задала самый волнующий вопрос, но Юра лишь пожал плечами.

– Пф-ф-ф. Ты трамвай-то перед носом не разглядела, а куда до него самому классному парню в универе? – продолжал красоваться Чудов.

А вот сейчас обидно стало, про трамвай этот дурацкий напомнил. Так что я решила ответить колкостью на колкость:

– Сам себя короновал?

– Нет. Это все вокруг меня переоценивают, но обещай, что не скажешь им, что я из плоти и крови на самом деле. – Юра ткнул себя в утренний порез и подмигнул. Ранку он пластырем так и не заклеил.

– Постараюсь. Что в мешке?

– Подарок для тебя! Закрой глаза и увидишь, – заговорщически прошептал Чудов.

– Немного нелогично. Если закрою глаза, то ничего не увижу.

Он нетерпеливо тряхнул мешком, и пришлось послушаться. Даже интересно стало, что задумал этот странный парень. Гадала я недолго, Юра опять принялся меня раздевать, второй раз за день. Многовато. Я вцепилась в его теплую куртку и услышала что-то напоминающее злобный рык:

– Да, отдай сюда, иначе свой подарок не получишь. Не думаешь же ты, что я к тебе в коридоре универа приставать буду? Ты чего такая пуганая-то? Расслабься уже!

– Не думаю я ничего, – недовольно буркнула я, но сопротивляться перестала.

К счастью, мое раздевание ограничилось только верхней одеждой. Рядом раздалось шуршание мешка и чего-то еще.

Мою куртку, наверное, отремонтировал, потому так долго его не было. Сейчас же мастерских-то работающих не найдешь, поди и за ремонт втридорога сдерут. Но к чему весь этот цирк?

– Идеально! – Юра осторожно застегнул мне молнию под самое горло и набросил капюшон сверху. – Все. Теперь можно смотреть. Нравится? Если нет, я чек сохранил, поменяем. Только бирки не отрывай и на цену внимания не обращай. Считай, подарок тебе на Новый год за все твои страдания.

Чек? Я посмотрела на абсолютно новую куртку, которая была на порядок теплее моей старой, и стоила наверняка кучу денег. Погладила ладонями рукава с декоративными застежками, ремень, наметивший талию, которой не было у моего бесформенного пуховика.

– Чего молчишь-то? Менять едем или нравится? – поторапливал меня Чудов, а я все крутилась на месте и разглядывала свое отражение в окне.

– Нравится. Сколько я тебе должна?

И зачем спросила? Денег у меня все равно нет. Ну скажет он, а дальше?

– Нисколько плюс один поцелуй, – без тени смущения сообщил Юра.

Всего-то?

Я шагнула вперед и, не раздумывая, сдернула с него дурацкую бороду вниз и остановила взгляд на его губах. Какие они? Мягкие, наверное, и теплые. Так хотелось прикоснуться…

Шутил ли Чудов или был серьезен, я уже не хотела проверять. Просто потянулась навстречу в бесконтрольном желании доказать ему и самой себе, что я особенная. Не одна из тех, кому он вечно помогает. Мне хотелось присвоить себе этого парня вместе с его пошловатыми шуточками и слишком добрым сердцем.

Всего мгновение, и я узнаю, какие на вкус его губы. Пойму, почему у меня так сильно жжет в груди, и перестану, наконец, считать себя ничтожеством, которое бросили ради другой. Я прикрыла глаза и вдохнула запах Юры. Вот он, человек, который не позволил трамваю снести мне голову этим утром, но из-за которого в этой самой голове теперь внезапно помутилось. От мучающей меня загадки, от его самоотверженности, от внезапной заботы. Просто от Чудова Юры, самого странного парня на свете.

Но… Ничего не вышло. В последний момент Юра увернулся от моей навязчивой благодарности, а я ткнулась в его щеку и тут же услышала смешок:

– Ай-ай-ай, внученька. Не смущай дедушку такими вещами. Не привыкший я к страстным лобызаньям, – по щелчку пальцев вошел в роль Чудов, оставив меня ни с чем.

Я зажала рукой рот, чувствуя, как меня начинают душить одновременно стыд и обида. Сам же сказал про поцелуй, а теперь отворачивается!

– В‐в-внученька? Какая к черту внученька?! – задыхалась я.

– Ах, ну да! Ты же еще не в курсе. – Юра вытащил из мешка украшенный блестками кокошник и потряс им у меня перед носом. – Ты теперь моя Снегурочка до конца зимних праздников. Пойдем, мы уже очень сильно опаздываем, а тебе еще переодеваться.

Как он это делает? Секунду назад я злилась и обижалась на него, а теперь стою в кокошнике и удивленно хлопаю глазами.

– Куда опаздываем?

Чудов быстро вернул бороду на место, спрятав свое лицо, и потащил меня по коридору мимо удивленных студентов и преподавателей, которым не повезло задержаться в универе в этот час.

– Увидишь. Ты же у нас отличница, вы‐