Мой личный ад - Галина Колоскова

Папа привёл непутёвую дочку на осмотр… Естественно к гинекологу!

Она дала себе слово: «больше никогда!»

Каждый старался рассмотреть любительницу чёрной магии. Когда ещё доведётся поглядеть на такой «зоопарк». Шёпот с хихиканьем неслись в спину.

Высокий, красивый мужчина с лёгкой сединой на висках, вышел к ним из двери в служебный блок. Он, в отличие от остальных, улыбнулся и подмигнул.

Ада расцвела. Огромные глаза в дьявольской подводке стали бездонными. Услышать от обаяшки восхищённое:

– Редкая красавица… – бальзамом на душу.

Она вскинула взгляд на Пашу.

На секунду в холодных глазах родственника мелькнула пугающая бездна. Эйфория от похвалы улетучилась вместе со смелостью.

– Видишь, хоть кто-то меня заценил! – выговаривала заплетающимся языком.

Если скажет пошлость или не согласится… Ада сжалась, ожидая ответ. Единственное мнение, которое волновало с недавних пор.

Паша поцеловал холодные пальчики, сверху вниз заглядывая в испуганные глаза. Эти слова она будет смаковать долго.

– Для меня ты бесценна! – и, подтолкнув в спину, кивнул на миловидную девушку. – Не бойся! Лена поможет. Проведёт по нужным специалистам. Я у Рустама в кабинете, наберёшь, когда освободишься.

Ада блаженно улыбалась, насладившись эхом сердца: «бесценная!» Значит лучшая?

Счастливая ведьма пугала окружающих не меньше растерянной.

Она прятала взгляд, переступив порог кабинета, жутко стесняясь высокого врача мужчины. В эту клинику их отбирают по особому каталогу?

Добрые глаза. Приятный голос. Успокаивающие слова:

– Ну что, вы зажались? Я не кусаюсь. Давайте заполним форму… – Он быстро стучал пальцами по клавиатуре, задавая вопросы: – Девушка, женщина? С какого возраста занимаетесь половой жизнью? Сколько было партнёров?

Стыд и страх сжали грудь. Она пробормотала чуть слышно, отвечая на первый вопрос.

– Девушка…

Врач вскинул взгляд.

– А почему с таким испугом?

Ада кусала губы. Похоже, сегодня кто-то огребёт по полной. Хотелось оттянуть момент объяснений или избежать вовсе. Она взглянула на прикреплённый к карману белого халата бейджик.

– Владимир Сергеевич, можно вас попросить? – в больших глазах мольба. – Пожалуйста, напишите, что я женщина! – она стукнула ладонью по лбу, почему раньше не приходило в голову. – Или, лучше, дефлорируйте меня? – голубые глаза с надеждой взирали в карие.

Доктор нахмурился, потряхивая головой.

– Не понял, что сделать?

Ада радостно проверещала:

– Лишить меня девственности! – глаза полные счастья. Вот оно решение всех проблем.

Владимир Сергеевич громко икнул. Зачем согласился выйти в законный выходной? Сначала оторопел от вида необычной пациентки, теперь ошарашен её предложением. Под ложечкой засосало. Она не понимает с кем пришла на приём? Если молодой оторве себя не жалко, то ему жить не надоело.

Он попытался быть предельно тактичным.

– Как вы это себе представляете? – плавно уводя в сторону. – Вообще-то я на работе.

Ада смотрела на смутившегося хозяина кабинета. Этот козёл решил, что она проститутка или кто? Обидно. Лучше быть ведьмой.

– Скальпелем! А вы что подумали? Что я вам себя предлагаю? – Она хохотнула. – Вы знаете, кто мой дядя?

Врач усмехнулся. Рустам просветил заранее кто с утра придёт на осмотр.

– Осведомлён, поэтому вежливо сдержан.

– Отлично! Берёте скальпель, и режете! – попробовала взять нахрапистостью.

– Что?

– Плеву!

Не получилось!

Он подвёл глаза в потолок.

– Мне жизнь дорога. Пройдите на кресло.

Ада чуть не ревела. Паника накрыла с головой. От страха дрожали губы. Обманула Пашу, чтобы избежать избиения от бандитов, но теперь от него получит за враньё.

Павел почти час просидел в кабинете директора клиники. Успели обсудить многое из общих дел и дошло время до личного. Кто лучше врача просветил о последствиях дефлорации в невменяемом виде.

Он болтал виски в стакане. Звук касания квадратных кубиков льда со стеклом действовал успокаивающе.

Рустам запустил пальцы в волосы.

– Да, ситуация не из простых. Подготовить не мог, возможны внутренние повреждения, но тогда она бы кровила, ходила с трудом и жаловалась на постоянные боли. Это не спрятать, хваталась бы за живот, зажималась, плакала…

– Ничего из перечисленного нет. Ходит прямо, не ноет и выносит мне мозг, – он рассмеялся. – Реветь в пору мне. Мозг выносит особо извращённым образом. Каждую минуту в напряге, жду новых выходок.

– Восемнадцать лет, что ты хотел? Девочки взрослеют раньше мальчиков, но смотря в каких условиях воспитываются.

– Восемнадцать? Мне сказала. Что двадцать.

Рустам кивнул на экран компьютера.

– Передо мной анкета, заполненная с её слов гинекологом…

Паша схватился за голову.

– Хорошо хоть не малолетка. Могли подвести под статью.

Врач удивился.

– Ты не знаешь её возраст? – он отправил сообщение гинекологу.

– Откуда? У неё вообще нет документов. Убегали в спешке. Может в бумагах, за которыми охотится Тихон, есть какие-то копии?– Он вскинул взгляд на невозмутимое лицо друга. – Но самого письма нигде нет!

– Сейчас хотя бы с её слов будем кое-что знать.

Паша кивал. Пигалица, запавшая в душу, оказалась уравнением с множеством неизвестных.

– Девчонка не плохая, не алчная врунья. Открытая книга. Людей я умею читать. Там нет второго дна. Искренняя. Такие не продают. Для меня это главное.

– Самый простой выход – сесть и поговорить по душам!

Паша нахмурился. С самого начала хотел так сделать, но никак не было времени.

– Вечером. Пока на повестке куча других дел. Здоровье на первом месте. Хочу знать, стоит ли ждать сюрпризов. У Марины была термальная стадия рака. Умерла бы через пару недель. Тихоне нужно было запугать Аду показательной казнью.

– Посмотрим, что скажет психолог. Думаю, придётся ей его посещать первое время. Такое не проходит бесследно. Резкие перепады настроения тому подтверждение.

– А если она забеременела? – самый важный вопрос, который не давал спать и дышать полной грудью. Изнасилованная мамочка в восемнадцать лет…

Глава 9

Паша поднялся, не выпуская стакана. Несколько шагов и он у окна. Одна рука в кармане, во второй виски. Глаза смотрели вниз на снующих людей.

Взгляд цеплялся за беременных женщин и мам с детьми. Ему нравилось то, что видел. Не заметил, как стал улыбаться.

Слова Рустама о психическом состоянии Ады не успокоили, а скорее насторожили. Как повлияет на неокрепшую психику беременность? Что делать ему? Не позволять делать аборт, если не захочет рожать?

Он не знал, как поведёт себя юная красотка в противном случае. Тайное бракосочетание и жить каждому отдельно или открыто заявить, что женат на девочке моложе в два с лишним раза? Злиться или?.. Склонялся к тому, что обрадуется.

Из размышлений вывел вопрос:

– Такое редко бывает с первого раза, но могла забеременеть. Что тогда станешь делать?

Он оттолкнулся мышцами ног от подоконника. Решительно заявил:

– Женюсь! Не позволю какому-то хрену называть моего пацана сыном. Стакан