Договор на нелюбовь - Евсения Медведева

волосами нужно было что-то придумать. Собрала их в низкий пучок, заколола шпильками, махнула полупрозрачным блеском по губам и, скинув все самое необходимое в сумку, повернулась к девкам.

– Пошла…

Выскочила из дома и затормозила в Яблоневой роще, чтобы отдышаться и не показывать, что неслась к нему, как угорелая. Выдохнула и медленной поступью вернулась на дорожку, стук каблуков по которой заставил Царева обернуться.

– У тебя же мозоль, – закатил глаза он, подавая руку, чтобы помочь сесть в машину.

– Сланцы с ананасиками надо было надеть?

– Сейчас никто не видит, сними их сейчас же!

– Куда едем?

– Сначала домой, мне нужно переодеться.

– Домой?

– К нам домой, дорогая.

– Как скажешь, милый…

Глава 7.

В машине поговорить не удалось, потому что его телефон не замолкал. Царёв ловко перестраивался из одного ряда в другой, пытаясь скорее миновать пробку, параллельно давая указания на непонятном мне языке. Говорил по громкой связи, периодически просматривая документы в телефоне, подруливая коленом. И совсем не обращал на меня никакого внимания. Сначала мне было очень неловко, сжимала коленки, потому что из-за низкой посадки авто, казалось, что мои голые из-за дурацкого платья ноги слишком привлекают к себе внимание. Но нет. Он даже глазом не повёл, открывал и закрывал бардачок машинально, даже не смотря! Умудрился ни разу не коснуться, ловко держа дистанцию между нами.

– Приехали, – прошептал он, припарковавшись в подземном паркинге дорогого жилого комплекса.

– Я тут посижу.

– Выходи, – внезапно рявкнул он, открывая мне дверь и вновь вернулся к телефонному разговору.

Я напялила лодочки и двинулась за ним по полупустому паркингу в сторону лифта. Как только створки закрылись, очевидно, и связь прервалась, потому что Царёв чертыхнулся, убрал телефон в карман джинсов и сосредоточился на мне, будто я была следующей в списке его дел.

– Как мы познакомились? – я отвела взгляд, не в силах выдержать напора его энергии.

– В смысле?

– Ты и правда думаешь, что тебя не начнут заваливать вопросами?

– Хм… Логично. Быть может, в баре?

– Давай в баре. В каком?

– «Джипси»?

– В жизни там не была, – лифт приятно звякнул и створки открылись прямо в квартире. Моя челюсть чуть не отвалилась от неожиданности. Александр же выскочил и, снимая на ходу футболку, бросился вглубь своей квартиры.

– Располагайся, чувствуй себя как дома. До-ро-гая…– последнее слово он так сладко отчеканил, будто и правду тренировался.

– Спасибо.

Планировка квартиры была странной, но оригинальной. Здесь не было привычного коридора, прихожей, типичных шкафов. Как не было и стен, перегородок, словно владелец хотел наполнить помещение воздухом. И надо признаться, это получилось превосходно. Зоны делились многоуровневым полом: зона кухни с островом из чёрного мрамора и зона столовой с длинным деревянным столом была утоплена, а гостиная с большим п-образным диваном, наоборот, возвышалась на подиуме. Несмотря на откровенную брутальность, в интерьере был уют: и живые цветы в вазах, и тропические растения с огромными пальмовыми листьями, и текстиль приятной сдержанной расцветки.

Прошлась беглым взглядом по поверхностям, не знаю, что я планировала там найти, возможно женский след, но было пусто.

– Кофе? – раздался крик справа, я обернулась, увидев тёмный коридор, очевидно, там прятались жилые комнаты.

– Да, – зачем-то кивнула я.

– Тогда свари и на меня? Кофемашина умнее человека, поэтому просто выстави 2 порции.

Я проследила источник звука и вздрогнула, опираясь на стеклянное ограждение второго этажа, стоял Александр в чёрном халате и отчаянно сушил голову полотенцем.

– Какая красивая квартира, – скинула лодочки, наслаждаясь довольно ярким рельефом деревянного пола.

– Кофе сваришь, поднимайся.

– Нет, спасибо, – как-то неожиданно резко ответила я.

– Думаешь, случится непоправимое? – замер Царёв, внимательно осматривая меня, затем рассмеялся, словно это было чем-то из ряда вон выходящим. Конечно, кто я, а кто он? У него, наверное, не женщины, а сплошные фотомодели и мисс-Вселенные.

– Думаю, что и так наделала необдуманных поступков, за которые, очевидно, придётся рано или поздно отдуваться.

– За все платить приходится, Катерина.

– И я о том же, поэтому, пока не поздно, отступись.

– Поздно, – Царёв скрылся за матовой белой дверью.

– Нет, – я нашла кофейные чашки, быстро разобралась с умной машиной и уже через мгновение нос защекотал аромат кофе. Помедлила, принимая решение, стоит ли подниматься к нему на второй этаж. Черт! Да он так рассмеялся, дав понять, что не интересую его, как девушка.

Плюнула ему в чашку, но в последний момент поменяла местами, потому что воспитание бы не позволило смотреть, как он это пьёт и отправилась к темному коридору, откуда, отказывается шла винтовая лестница на второй этаж.

– Остановить ложь никогда не бывает поздно, – прошептала, стараясь не пролить кофе, пока поднималась.

– Тогда почему ты не призналась своим подругам, что мы с тобой даже не знакомы, – дверь в спальню открылась так резко, что я чуть не уронила поднос.

– А я призналась, – пожала плечами и вошла в комнату.

Спальня была ещё более неимоверной: темные деревянные рейки струились по стенам, то и дело меняя направление, чем ломали привычное восприятие пространства. Я будто в кубике Рубика застряла. Вручила ему нормальную чашку кофе и отправилась осматривать холостяцкую территорию. То, что здесь не было женщины – факт, иначе бы все поверхности были бы завалены милыми мелочами, но здесь было стильно и абсолютно стерильно. Как на фото в дизайнерских журналах. За деревянной перегородкой оказалась огромная белая кровать, стоящая прямо напротив панорамного окна.

Справа были открыты две двери в кабинете и ванную, а слева в гардеробную.

– А они?

– А они не поверили, – я немного стушевалась, не найдя дивана, поэтому пришлось сесть на край кровати. У меня тут же перехватило дыхание от открывающейся красоты: панорамная картинка города завораживала, он будто был на ладони, хвастаясь зеркальными высотками, извилистой набережной и яркими бликами автомобильных фар, что извивались в привычной пробке.

– Почему?

– Потому что поверить в договорное предложение руки и сердца от принца сложнее, чем в то, что такая замухрышка как я, может понравиться такому как ты. Правда, и эта версия привалилась с треском, потому что Наташка пришла к выводу, что замухрышке, то есть мне, ничего не светит ни в первом, ни во втором варианте развития событий. Поэтому, как понимаешь, без вариантов.

– Оригинально. Твои подруги – мастера топтать самооценку, – рассмеялся Царёв, выйдя из ванной. – Спасибо за кофе.

– Это все умная машина. Ей спасибо. Значит, в баре?

– Да, – Царёв застыл у двери в гардеробную, рассматривая меня. Чувствовала его обжигающий взгляд кожей, но не шевелилась, украдкой подсматривая за ним в оконном отражении.

– Что ты любишь? Чем увлекаешься? – горло почему-то