Предатель. Цена обмана - Ая Кучер

не вернусь к мужу… Не факт, что такой шанс у меня снова будет. Ведь Булат бывает обидчивым.

Не простит меня, не даст возможности всё открутить обратно. И не подпустит меня к сыну никогда. Ведь даже суд будет сложно выиграть, связи многое решают.

Мне зябко. Мне страшно.

И рядом нет никого, кто подскажет, как сделать правильно.

— Домой? Тогда удачи, — Ильяс просто кивает, а после стягивает с себя пиджак. — Возьми, Аль. Хотя бы не замёрзнешь, когда будешь снова под машины бросаться, — а после смотрит на полицейских: — А с вами генерал закончит разговаривать.

Те кивают, недовольно кривясь. Больше не останавливают мужчину, когда тот направляется к машине. Видимо, все обвинения с него действительно сняли.

Я кусаю губу, упираюсь взглядом в широкую спину. Натягиваю на себя мужской пиджак, пропитанный чужим теплом. Не могу сдвинуться с места.

Вернуться к мужу?

Так просто и сразу?

Снова под машины…

Комментарий Ильяса звенит в голове, на повторе играет. Потому что это слишком похоже на правду. В любой момент я снова могу оказаться на улице.

Даже не факт, что меня обратно в дом пустят.

Может, Булат просто хочет, чтобы я возле калитки сидела. Под присмотром страдала. Я больше не знаю, кто такой мой муж и что в его голове.

— Подожди! — прошу, бросаясь к мужчине. Тапочек слетает с ноги, я сокрушаюсь. — Ильяс, подожди.

— Я же вроде не грешил так сильно, — бормочет себе под нос, но я слышу. — Жду я тебя, несчастье. Что?

— А ты ещё можешь подвести?

— Передумала?

Я решительно киваю. Мысли о сыне разрывают меня, мешают думать трезво. Я просто хочу побыстрее оказаться рядом с моим маленьким солнышком.

Но нельзя. Я уже сердцем решала, когда замуж за Булата шла. Сейчас мне нужно думать наперёд, а не действовать наобум.

Ещё утром я бы сказала, что знаю мужа идеально. Могу предвидеть его поступки и решения, легко спрогнозирую любой вариант. А теперь мне лишь остаётся надеяться, если я передумаю с утра — меня пустят домой.

Попытаться вернуться я могу в любой момент. Притащиться к Булату, извиняться так, будто это я изменила. Ждать, что муж всё ещё захочет таких странных отношений.

Но раз он полицейских за мной послал, то это возможно.

Это всё потом. Утром, когда я разберусь и решу, что делать дальше. Когда не найду никакого выхода, окажусь в западне. Возвращение — после.

Нет, сейчас мне возвращаться нельзя. Иначе я точно окажусь в клетке, и никто меня не отпустит. В секунду, когда я зайду в дом, за мной точно будут следить.

Наверное.

Ничего сейчас не понимаю.

Падаю в нагретый салон, едва не пополам сгибаюсь. Голова трещит от миллиона фантазий, как всё ужасно может быть. Поджилки дрожат, я чувствую, как каждую клеточку скручивает.

— Ты только не помри в моей тачке, — по интонации Ильяса сложно сказать шутит он или нет. — А то снова меня будут обвинять. Может, тебе водички?

— Нет. Секунду. Прости, — повторяю отрывисто. Я резко поднимаюсь, ударяясь затылком о подголовник. — Мы можем ехать. Мне очень жаль, что у тебя возникли проблемы. Я клянусь, никаких обвинений не будет. Те полицейские, они…

— Я только что с их генералом ужинал. Они явно больше меня не будут останавливать.

— О. Ладно. Здорово.

Ильяс вдруг мягко улыбается, пытаясь подбодрить меня. Учитывая его постоянное раздражение в мою сторону… Сейчас это работает в качестве успокоительного.

Всю дорогу — я украдкой смотрю на Ильяса. Сомнения понемногу тухнут. Даже не знаю, почему решила, что он как-то связан с моим мужем.

Голова взрывается.

Угрозу уже везде вижу.

Я внутренне сжимаюсь, когда машина подъезжает к знакомому отелю. Именно здесь Булат был со своей любовницей. Целовал её возле выхода и…

У нас же не одна гостиница в городе, почему Ильяс остановился тут?!

— С ребёнком твоим что?

Вопрос Ильяса вытаскивает меня из ступора. Прихожу в себя, разворачиваюсь к мужчине.

— Остался с моим мужем, — выдаю то, что он и так понял. — И впереди долгие месяцы разборок, ты сам сказал.

— Сказал, да, — мужчина постукивает пальцами по рулю, заезжая на подземную парковку. — Но закон ведь в две стороны работает, Аль.

— О чём ты?

— Если ты сможешь забрать своего сына…

То он останется со мной.

Как минимум — до решения суда.

Нужно лишь придумать, как выкрасть Ильдара так, чтобы муж не помешал.

Глава 7

Я спешно прощаюсь с Ильясом, как только мы заходим в отель. Кажется, никогда не смогу отблагодарить мужчину полностью. Он мне так помог.

Не только подвёз, но ещё и совет дал. Пусть простой, очевидный, но заряжает новой энергией. Желанием бороться и выгрызать. Мне лишь нужно забрать Илю, тогда Булат ничего не сможет сделать.

Подумать только. Мой любимый муж так со мной обошёлся, а незнакомец помог намного больше.

Администратор на ресепшене странно косится в мою сторону, но позвонить разрешает. Я сама чувствую себя очень неуютно.

Гостиница дорогая, здесь всё оформлено позолотой и мрамором, огромными люстрами и картинами. На гостях, так поздно сидящих у бара, дорогая одежда.

И я. Растрёпанная, с красными опухшими глазами. В обычной пижаме и тапочках. А, и мужской пиджак, в котором я утонула.

Чувствую себя неловко. Какой-то оборванкой, которая забралась в чужой мир. А ведь это тоже мой мир! И я всегда чувствовала себя уверено, когда заходила под руку с мужем.

Мы с Булатом останавливались в таких местах, когда он ездил по работе. Я всегда была рядом с ним, муж сам старался сделать так, чтобы я ехала с ним.

Ничего не понимаю.

Он ведь мог оставить меня дома, лишние недели для любовницы. Но нет, муж всегда старался взять меня с собой или, наоборот, — отказаться от поездки.

Как его понять?

Первым делом я стараюсь дозвониться до подруги. Лиза была в похожей ситуации, она что-то подскажет. Кроме того, её муж — он тоже может помочь.

Я борюсь с неловкостью, по памяти набирая номер. Ведь ночь, они спят, а подруга ещё и беременна. Но мысль, что мне нужно будет ждать ещё несколько часов…

Она просто убивает.

Поэтому я вслушиваюсь в долгие гудки, раз за разом. Сдаюсь, лишь когда гудки сменяются на короткие. Подруга выключила телефон? Или он просто разрядился от моих настойчивых звонков…

Я знаю, что Лиза хорошая, она никогда не откажет. И не бросит в беде. Пусть мы не лучшие подруги, но очень сблизились. Значит, Лиза не может сейчас ответить.

— Ещё пару