Истинная для зверя - Лили Ред

class="p1">Я покрутила головой, но ничего похожего не нашла. Когда искала информацию про ведьм, нарыла много интересного про амулеты и защиту, даже выписала себе некоторые заклинания. Только вот Маруф мне строго-настрого запретил их кому-то показывать. Ведьм никто не любил в наше время, и их всегда держали под контролем. Потому что могло случиться непоправимое, как в далеком прошлом.

— Нам долго ехать? Может, познакомимся? — предприняла попытку наладить контакты и быть вежливой.

— Ехать долго. И я люблю молчаливых, — скупо бросил водитель, поглядывая а меня в зеркало.

— На любовь не претендую. Я Мия. Расскажи, как там у вас? — все же смущенно решила спросить. Водитель вздохнул и опять посмотрел на меня через зеркало. Я похлопала глазками и виновато улыбнулась. — Я боюсь… — решила чуть поиграть.

— Чужих не любят, никому не лезь в душу и не приставай. Будешь навязчива — быстро сядешь, будешь мешать кому-то — быстро сядешь.

— Почему сяду? — непонятно, почему могли в клетку загнать из-за такой мелочи.

— Потому что изгнать тебя никто не даст. А вот посадить по нашим законам — легко, — он даже улыбнулся.

— Понятно, спасибо, — буркнула и откинулась на спинку сиденья.

Мы пересекли границу и въехали на Северные земли. Листья стали зеленее, словно тут лето только начиналось. Перед глазами пробежалась картина нашей первой поездки. Теперь — это мой дом.

— Что-то не так, — буркнул водитель.

Я закрыла глаза, меня клонило в сон — резерв был настолько сильно истощен, что держаться уже не могла.

— Держись, — услышала сквозь дрему, и в нашу машину что-то врезалось.

Нашу машину закружило, водитель пытался вырулить. Матерился, но в какой-то момент у меня перед глазами все затряслось. Меня словно закрыли в темную комнату и трясли, как в стиральной машинке. Я билась головой о стекло, чувствовала кровь на губах, которые прокусила, и хруст. А в следующую минуту все затихло. Я открыла глаза и первое, что увидела — что водитель потянулся ко мне.

— Беги, иначе порвут тебя, — хрипло и обрывисто сказал, истекая кровью.

— Кто? — повернула голову, но не смогла никого увидеть. Что-то горело, было много дыма и жуткий запах…

Я дернула ремень безопасности, но он не поддавался.

Охранник дотянулся, выпустил когти с криком и разорвал ремень. Ему каждое движение давалось с трудом. Но он использовал свои силы, чтобы спасти меня, а не себя.

— Беги, — повторил, и его рука безжизненно упала, а глаза перестали блестеть.

Он умер.

Раздался взрыв где-то неподалеку, и меня словно выдернуло из прострации. Вылезла в разбитое окно и поползла по мокрой траве. Вокруг крики — громкие, протяжные. Дикие. Я доползла до леса и перевернулась на спину. Холодная земля питала мою энергетику и снимала боль… Дыхание мое выровнялось, и я прислушалась. Даариш… Я ее не чувствовала.

Резко подскочила и осмотрелась.

Наш кортеж был разбит, не было ни одной целой машины, почти все горели, и едкий запах гари…

Даариш… Она умерла? Вторая машина была ее. Она сейчас горела красным пламенем. Я зажала рот рукой, чтобы сдержать крик. Как? Почему?

Машина, в которой я находилась, тоже загорелась. За секунду пламя охватило ее всю.

«Беги!» — взорвалось у меня в голове, и я побежала в глубину леса. Старалась ментально найти Даариш, но не получалось. Было тяжело ориентироваться.

Сколько я бежала — не знала. Картинка не менялась: деревья, ветки, трава… Я мчалась не разбирая дороги. Нужно было уйти… меня словно что-то пыталось задушить… Я выскочила на дорогу и увидела перед собой яркие фары.

Черный внедорожник т резко тормозил передо мной.

— Быстро в машину! — крикнул Северный. Первое, что я почувствовала — страх. Он меня нашел. Хоть я и не пряталась от него, но запах гари должен был ему помешать. Но он нашел. — Ты оглохла?

Но я не пошла к нему, а развернулась и побежала в лес — там затеряться проще.

Боже, помоги мне.

Дышать становилось все тяжелее и тяжелее. Ноги отяжелели, а спасительного укромного места я все не находила. Мне нужно обхитрить Северного. Затеряться.

Я оглянулась и… увидела его. Глаза горели синим, как два огня. Он шел за мной. Ему даже бежать не нужно— его размашистый шаг как три моих.

— Тебе лучше остановиться, — его голос давил.

Слезы наполнили глаза. Я так его боюсь? Что схватит меня сильными руками и не отпустит? Я слишком хорошо помнила его слова, сказанные в клубе.

Я свернула и снова выбежала на дорогу. Справа увидела заправку, слева магазин, а неподалеку дома. Небольшие, но спрятаться и пересидеть можно, пока он не перестанет меня искать. Я бросилась к домам. Свет призывно горел в окнах подъездов, но не было ни одной открытой двери.

Оглянулась — Северного нигде не было. Я так быстро бежала, что смогла оторваться? Но медлить все равно было нельзя. Бросилась к следующему подъезду — дверь была не заперта.

Забежала и быстро закрыла ее тихо. Спряталась под лестницу и задержала дыхание. Даже рукой рот закрыла, потому что казалось, что он услышит. Вдох-выдох. Постаралась успокоиться, но попытки оказались тщетны. Перед глазами рябило. Мысли лихорадочно скакали в голове. Но самая главная — что делать? Долго сидеть? И что будет, если он меня найдет?

Не думать.

Он пройдет мимо. На мне же духи, скрывающие мой запах, и подъезд закрыт.

Ноги тряслись, налились свинцовой тяжестью после такой пробежки — завтра точно не встану.

Тяжелые шаги услышала прямо рядом с дверью. Затихли. Кто-то подошел к двери так близко, что я не смогла сдержать всхлип. Это не он. Пожалуйста, только не он. Этого не могло быть.

Я задержала дыхание и старалась слиться со стеной. Грудную клетку сдавливало, и я отчаянно сделала короткий вдох. Зажмурилась. Он не мог слышать мое дыхание и чувствовать меня. Не я его истинная. Не я…

Не знаю, сколько прошло времени, но кто-то набрал код на домофоне и открыл дверь. Незнакомый мужчина. Он захлопнул за собой железную дверь и удивленно посмотрел на меня. Я осторожно вышла из укрытия и подошла к нему.

— Простите, — прошептала я. — Там, за дверью, вы не видели там мужчину? Высокого такого, широкого.

Незнакомец лишь пожал плечами и бросил:

— Больная, что ли?

— Так не было? — тверже переспросила.

— Не было там никого, — отвернулся он и закрыл за