Сводная сестра мажора (СИ) - Черника Ника

Рядом с институтом очень много людей, гомон студентов не прекращается ни на секунду. За углом кто-то толпой курит, я быстро иду к широкому крыльцу, глядя вниз. Не замечаю, как обхватываю себя за плечи, только возле двери обращаю на это внимание.

Я боюсь. Да, что скрывать. Плохо, что это не только волнение перед чем-то новым, а именно страх того, как ко мне отнесутся. В казанском институте повезло, никто меня особенно не доставал, так, пара придурков попалась, но это были единичные случаи.

И все равно, каждый раз, когда я попадаю в большое скопление людей, чувствую себя неуютно. Кажется, все смотрят на меня, обсуждают, и кто-нибудь непременно спросит, почему я не такая, как все.

— Эй, стой, – окликает меня охранник. – Студенческий?

— А… – я растерянно оглядываюсь. – Я только перевелась из другого ВУЗа…

— Фамилия?

— Юсупова. Регина Юсупова.

Мужчина ведет ручкой по списку и отмечает меня галочкой.

— Проходите. Не забудьте получить документы в деканате.

— Спасибо.

Некоторое время я топчусь в холле, периодически задеваемая пробегающими мимо студентами. Осматриваюсь, стоя в углу, набираюсь смелости, чтобы пойти на свой факультет.

Если в первую секунду, когда Слава сказал, что мы будем делать вид, что незнакомы, я испытала недоумение и злость, то сейчас мне даже жаль, что он так подло меня кинул. Быть одной среди незнакомых ребят для меня сущий ад.

Наконец я заставлю себя пойти на лестницу, поднимаюсь на нужный этаж, нахожу в расписании аудиторию, и возле нее снова замираю. Вдыхаю, выдыхаю, сердце колотится, заглушая шум вокруг, руки предательски дрожат, и я прячу их в карманы джинсов. Я просто войду и поздороваюсь. Никто не будет смотреть на меня косо и отпускать дебильные шутки. Это Москва, лучший университет города, интернациональность – это норма, и всем плевать, что я отличаюсь.

Самовнушение работает так себе, но выхода все равно нет. Облизнув губы, я захожу в аудиторию. На меня смотрят все сразу. Голоса замолкают, когда я делаю несколько шагов вперед.

— Привет, – неловко машу рукой и иду вдоль ближайшего ряда парт к свободной первой.

Как хорошо, что сюда никогда никто не садится. Не успеваю даже достать тетрадь, как прямо на парту опускается парень, нагло поставив ноги на соседний со мной стул. Я невольно отмечаю, что у него кроссовки той же марки, что купила мне мама. Наверное, парень из обеспеченной семьи.

— Новенькая, что ли? – он смотрит неприятно. Насмешливый, оценивающий взгляд, причем оценивающий явно не высоко.

— Да, – отвечаю, косо поглядев в сторону. Большинство смотрят на нас и слушают.

— Как зовут?

— Регина.

Он хмыкает, я поджимаю губы.

— А ты откуда родом, Регина? Папа африканец и мама казашка?

Меня словно шарахает по голове чем-то тяжелым. Его смех расплывается эхом в голове. Издалека всплывают детские страхи. В школе меня обзывали чучундрой или обезьяной, конечно, сейчас до этого не дошло, но…

У меня дрожат губы, сжимаю под партой кулаки, пытаясь собраться с духом. Во рту пересохло, мне хочется исчезнуть, просто раствориться в воздухе. Я так и не научилась бороться с такими приступами.

— А ты не много на себя берешь, Богдан? – голос Славы врывается в реальность как спасительный глоток воздуха.

Мне нужно было что-то знакомое, за что можно ухватиться. Я поворачиваю голову и вижу, как Слава подходит к моей парте. Богдан, как он назвал парня, только хмыкает.

— Да ладно, Яр, просто решил пошутить над новенькой.

— Пошутил? Теперь проваливай.

Я расширяю глаза, не веря, что это происходит на самом деле. Что Слава защищает меня перед другими, нарываясь на конфликт. Богдан непонимающе хмурится, спрыгивая с парты.

— А ты чего такой борзый, Яр? Или она тебе понравилась? Любишь экзотику?

Он снова ржет, и ему вторят несколько других парней. Взгляд Славы становится просто ледяным.

— Если так надо кого-то унизить, – цедит он, – найди себе равного, и не лезь к девчонке, понял?

На несколько секунд устанавливается реальная тишина. Я вижу, как темнеет от злости взгляд Богдана, а потом он, толкнув стул возле меня, идет на задние ряды, кинув Славе:

— Я найду.

Что это, если не прямой намек на самого Славу? Я пытаюсь поймать его взгляд, но он не смотрит на меня, проходит в противоположный край и садится в середине ряда у окна. Я обвожу взглядом аудиторию, вижу, что многие смотрят и перешептываются. Пытаюсь увидеть хоть один сочувствующий взгляд и не нахожу.

Здесь даже девчонки все, как не из жизни, а с картинки в социальной сети: красивые, накрашенные, с уложенными волосами. И уж точно не стали бы переживать, как я, о том, что виден сантиметр живота из-под пуловера. Многие на каблуках, в коротких юбках и кофтах с откровенным декольте.

В этот момент мы встречаемся взглядом со Славой. Он сразу же отворачивается, и я не успеваю прошептать ему спасибо. Как бы он ко мне ни относился, сейчас он заслужил благодарность.

На перемене Слава сразу уходит, а я чувствую себя без него неуютно. Хорошо хоть, этот Богдан с друзьями не сидит в аудитории. Просматриваю ленту новостей, толком ни на чем не останавливаясь. Неприятное чувство из груди никуда не ушло, и, когда ко мне подсаживается девчонка, я смотрю настороженно. Она отличается от остальных: высокая, немного полноватая, в обычных джинсах и кофте с капюшоном, коротко стриженные волосы и лицо без косметики.

— Не обращай на Богдана внимания, – говорит негромко, – он просто придурок. Его отец вливает много денег в благоустройство универа, вот Богдан и считает, что ему все можно. Я Оля, кстати.

Она протягивает мне руку, я аккуратно ее пожимаю.

— Регина, – улыбаюсь в ответ.

— Переехала в Москву?

— Да… – я смущенно опускаю глаза, потому что сюда попала по протекции, а сознаваться в этом стыдно. – Я из Казани. Училась на той же специальности, маме нужно было переезжать в Москву, вот и…

— Любишь профессию? – спрашивает Оля так просто, что я снова не сдерживаю улыбки.

— Люблю, конечно.

— Тут просто многие учатся ради диплома, – она еще больше понижает голос, предварительно обернувшись, но сзади нас еще две парты пустуют. – Ни фига не понимают и не хотят, их тупо переводят с курса на курс. Даже поболтать не с кем.

— О, ботаничка нашла себе подружку, – прерывает наш разговор вернувшийся Богдан, я сразу напрягаюсь, глядя на него, но он только бросает презрительный взгляд и проходит в конец аудитории. Оля закатывает глаза, качая головой.

— На большой перемене могу тебе показать столовку и кафе, – предлагает мне, я соглашаюсь, радуясь, что удалось хоть с кем-то наладить контакт.

После первого учебного дня, который состоит только из лекций, мы встречаемся с Ленкой. Она закончила раньше, потому ждет меня возле универа. Попрощавшись с Олей у ворот, машу подруге рукой, она отвечает тем же.

— Ну как дела? – спрашивает, когда мы двигаем по дороге.

— Нормально. Есть один придурок, а в целом все гуд. Мне нравится. Уровень намного выше моего универа, чувствуется даже по расписанию занятий, которые нас ждут на этой неделе. И лекторы классные, материал…

— Ладно, Рэгги, расслабься, – смеется Ленка, – я не настолько люблю учиться. Но рада, что тебе нравится.

— Куда пойдем?

— Покажу смотровую площадку. Это рядом. Потусим, поедим мороженое, поглазеем на красивых парней. Кстати, о красивых парнях, – она кивает головой, я поворачиваюсь налево, рядом с нами тормозит Слава. Стекло ползет вниз, и Ленка тут же вступает в диалог:

— Привет-привет, – с улыбкой наклоняется к окну, Слава тоже растягивает губы, хотя радушия в нем куда меньше.

— Куда идете?

— На смотровую. Подкинешь?

Что? Нет!

— Падайте.

Ленка, обернувшись, подмигивает и залезает на переднее сиденье, я сажусь сзади, тут же поймав быстрый взгляд Славы.

— Может, составишь нам компанию? – щебечет Ленка. – Мы собирались мороженого поесть. – На его смешок добавляет: – Только не говори, что тебе надо беречь фигуру.