По следам невыученных уроков (СИ) - Евстигнеева Алиса

Итак, мне оставалось всего лишь пара дней до отпуска, когда завуч попросила зайти к ней.

-Ксюш, завтра поедешь в следственный комитет.

-Зачем? - слегка переполошилась, прикидывая в голове, где успела нагрешить.

-Сегодня позвонили, попросили предоставить хоть кого-нибудь.

По закону допрос несовершеннолетних должен был вестись в присутствии педагогов, преимущественно психолога или социального работника.

-А я-то тут причём?

Ольга Николаевна устало потёрла переносицу и глянула на меня с выражением лица: “Ты сама, что ли, не понимаешь?!”.

-Все в отпусках. Они уже обзвонили весь район и дошли до планки “простой педагог”. А ты всё равно без дела сидишь.

-Ну я могу цветочки пополивать.

-Тебе напомнить, кто в прошлый раз клумбу затопил?

-Рагозин… - тут же выпалила, вспоминая происшествие двухгодичной давности. Но Ольга Николаевна оставалась непоколебимой, поэтому пришлось уточнить. - Под моим строгим контролем. Но тогда, правда, случайно вышло…

-Вот поэтому к следователям завтра поедешь. Там кого-то на детекторе лжи допрашивать будут. Так что… езжай. А уже потом в отпуск с чистой совестью.

Делать было нечего, поэтому уже на следующий день в десять часов утра я стояла на пороге следственного комитета и гадала, какую же кнопку домофона мне выбрать.

На улице была ужасная жара, и мне ещё пришлось порядком пострадать, решая, что надеть. Сжариться не хотелось, но и абы в чём появиться здесь я не могла. По итогу выбор пал на лёгкую белую блузку-рубашку, длинную цветастую юбку и босоножки на плоской подошве в греческом стиле. Волосы собрала в высокий хвост, чтобы не мешали. Они у меня были не особо длинные, но в жару за дополнительную нагрузку считалось всё.

Проблему с домофоном помог решить высокий мужчина, вышедший из здания покурить. Я с самым невозмутимым видом проскользнула мимо него, но пройти далеко всё равно не смогла, наткнувшись на серьёзного сержанта в форме, стоящего рядом с рамкой металлоискателя.

-Женщина, вы куда?

Ну вот, и этот туда же. Женщина! Неужели всё, и с молодостью можно прощаться?

-Я на… детектор лжи.

-На полиграф? - уточнили у меня, на что я могла лишь пожать плечами. Ну я откуда знала-то, куда там точно меня пригласили. - Вас вызывали?

-Да, к нам в школу звонили...

-Подождите, я сейчас позвоню и уточню.

Парень уже было двинулся к столу, на котором стоял стационарный телефон, когда дверь за моей спиной открылась, впуская в нутро серого здания новых посетителей. Не оглядываясь назад, попыталась отойти в сторону, чтобы не стоять на проходе, но чья-то крепкая рука поймала меня за локоть, удерживая на месте.

-Серёж, не надо. Я провожу Ксению Игоревну.

Знакомый голос звучал ровно и спокойно, чего совсем не скажешь о самой Ксении Игоревне, которая от неожиданности подпрыгнула на месте.

Прошло почти две недели после нашей встречи с капитаном Савицким. К этому моменту я уже и думать о нём забыла, лишь иногда перебирая в голове странные обстоятельства нашего путешествия в электричке.

Я порядком опешила, зато Савицкий вполне бодренько воспользовался ситуацией и уверенно подтолкнул меня вперёд, проводя через рамку металлоискателя. Та неприятно запиликала.

-Ага, имеем при себе запрещённые предметы?! - оживился капитан, чуть сильнее сжав мой локоть.

А я как последняя дура опять подпрыгнула на месте.

-Нет, - замотала головой, уставившись на сержанта, который с любопытством поглядывал в нашу сторону, но вмешиваться не планировал. - Ничего такого… может быть ключи?

-А это мы сейчас проверим, на досмотре.

-Каком досмотре?! - вдруг взвилась я, уперевшись пятками в пол и вырываясь из руки полицейского. - Вы совсем с ума сошли, капитан Савицкий?!

-Паша, - совсем невпопад напомнил он мне. - Паша я. А ты вот, Ксения Игоревна, шуток совсем не понимаешь. Чё нервная такая?

-Шутки у тебя тупые.

-Всё понятно, мы опять не в настроении. Ладно, - театрально вздохнул он. - Куда тебе там надо было? Так и быть провожу.

Я с недоверием посмотрела на Савиц… Пашу, ожидая очередную остроту в его исполнении, при этом невольно отмечая про себя, что сегодня он выглядел значительно лучше. Форма была отглажена, и офицерский китель идеально смотрелся на широких плечах. Он даже удосужился с утра причесаться, вот только побриться забыл. Щетина хоть и была не столь запущенной, как в прошлый раз, но всё равно придавала ему некий оттенок развязности.

Очень хотелось ляпнуть, что я сама в состоянии найти нужный мне кабинет, но вовремя вспомнила, что вообще не имею ни малейшего представления, куда мне надо.

-Детектор лжи.

-Полиграф.

-Мне без разницы.

-Что, решила наконец-то признаться в убийстве?

Отчего-то сегодня мне было не смешно, может быть, потому что Савиц… Паша был другим. Не было в нём ничего позорного, жалкого и уставшего… Поэтому и все его шутки-подколки воспринимались совершенно иначе. Он и раньше был не против посмеяться надо мной, только теперь это выглядело как самое настоящее издевательство.

Зло глянув на него, я развернулась на сто восемьдесят градусов и чуть ли не бегом начала подниматься по первой попавшейся лестнице. Но капитан быстро нагнал меня, опять поймав за локоть, вынуждая повернуться, что я и сделала излишне резко, из-за чего мой хвост взметнулся вверх и попытался хлестнуть по мужскому лицу, но Паша достаточно легко увернулся, с каким-то снисхождением покачав головой.

Я стояла на ступеньку выше него, поэтому наши лица оказались на одном уровне.

Думала попросить его отвалить, но Савицкий опередил меня, неожиданно совсем по-простому предложив:

-Ксюшка, а давай дружить?

Рот открылся сам собой, скорее всего, в надежде изречь что-то достойное, но по факту я зависла. С отвисшей челюстью. Ещё и ресницами хлопала, окончательно переставая понимать логику этого человека. А была ли она вообще?

Паша, прекрасно уловивший моё недоумение, широко улыбнулся и щёлкнул пальцем по моему носу, но я даже дёргаться не стала, лишь поморщилась. Не знаю, чем закончилась бы эта дурацкая сцена, если бы на лестнице выше нас не раздались чьи-то скорые шаги.

Я развернула голову как раз вовремя, чтобы успеть разглядеть мужчину среднего роста в светлых брюках и белой рубашке, который быстро спускался по ступенькам.

-Казанцева Ксения Игоревна? - поинтересовался он, на ходу протягивая руку Савицкому. Я кивнула, пока мужчины бегло здоровались. - Следователь Марков. Это я звонил вам в школу, пойдёмте, нас уже ждут. Паспорт взяли? Вот и отлично, позже запишу ваши данные.

И не дожидаясь особой реакции от меня, стал подниматься обратно, видимо, подразумевая, что я должна последовать за ним. Повторять дважды ему не пришлось, и я послушно посеменила за следователем, зачем-то в самый последний момент крутанув головой назад. Павел продолжал стоять на месте и с прищуром смотреть на меня.

Мне стало не по себе, хотя я бы и под пытками не смогла признаться в природе своих чувств.

В скором времени меня передали в руки объёмному и улыбчивому майору Кузнецову, который был специалистом по этому самому полиграфу (или как там правильно?).

В его малюсеньком кабинете, где места хватило только для кресла с приставленным к нему полиграфом, рабочего стола майора, пары шкафов с документацией и стульев для наблюдателей, пространства больше не оставалось. Окна были плотно закрыты, а вентилятор, стоящий в соседнем помещении, но направленный в нашу сторону, справлялся едва-едва. Здесь было душно, жарко и тесно.

Помимо Кузнецова, в кабинете уже сидела женщина слегка за сорок и её дочь, чей возраст мне определить так и не удалось. Но раз я была здесь, то и возраст её должен был быть меньше восемнадцати. Девушка была длинная и худая, а ещё очень скромная, ибо при моём появлении даже не подняла глаз от пола.

Я поздоровалась со всеми и нырнула в самый дальний угол, что, впрочем, мне несильно помогло, ибо из-за недостатка места дальний угол располагался между шкафом и стулом, на котором сидела та самая женщина слегка за сорок. Поэтому оставшееся время мы с ней сидели плечом к плечу.