(Не)военная тайна, или Выжить в тайге и не забеременеть - Вероника Касс

почувствовала облегчение, так же тихо на носочках пошла в коридор, и вот там-то меня и ждало разочарование: дверь была заперта, и, судя по тому, что на ней не было никаких щеколд, заперта она была на ключ.

– Твою ж!..

– Чего ругаешься, принцесса? – раздался хриплый голос у меня за спиной. Я подпрыгнула. Честно. Я так испугалась, жуть… Как не описалась на месте – вопро-ос.

Приложила руки к груди и медленно повернулась. Он был… Черт возьми, он был великолепен: заспанный, с взъерошенными волосами и пухлыми губами, футболка чуть задралась, оголяя низ его живота и бедра, на которых висели пижамные штаны. Серьезно? Он спал в пижаме? Да он идеальный мужик!

– Не обязательно так пугать!

– Ну… – Роман запустил руку в волосы, потом растер глаза и ехидно улыбнулся. – Сама виновата, принцесса.

– Я не помню, что бы мы переходили на ты. – Я скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на него.

– Ну после вот этого, – он взмахнул рукой в мою сторону, как бы намекая на мой вид, – я уже не могу воспринимать тебя серьезно, – только вот говорил он, напротив, с самым серьезным выражением лица.

– А ты что, ожидал, что я сплю накрашенная? – взвизгнула, теряя терпение.

– Ммм… как бы тебе сказать помягче, – Калинин потер подбородок, как бы раздумывая, – я ожидал, что ты взрослая девочка. – Да о чем он? – А ты спишь в пижаме с Сейлормун.

И заржал как самый настоящий идиот.

– Сейлор кто? – О чем он вообще? Опустила голову, перепроверяя, что же на мне надето… Та же пижама, в которой и засыпала.

– Это Винкс, придурок, – с вызовом бросила я, а Роман рассмеялся еще сильнее, сгибаясь пополам и упираясь руками в свои ноги.

Вся эта ситуация начинала мне надоедать.

– Открой дверь!

Мужчина выставил руку вперед, продолжая смеяться. Гад… самый настоящий, божественно красивый гад, смех которого мог сбить с ног. Волшебный смех. Настя, дыши!

Калинин выпрямился и растянул губы в улыбке – блин, какие же они у него пухлые, особенно с утра.

– Пойдем, сваришь мне кофе.

– Чего?

– Я сегодня спал без подушки! Из-за тебя! Так что бегом на кухню – варить мне кофе, фее-е-чка, – протянул он и пошел куда-то, видимо, на кухню.

– Кофемашины, я так понимаю, у тебя нет?

– Так точно, капитан очевидность. – Мужчина сел на стул и, сложив руки на столе, принялся меня разглядывать.

– Где кофе, турка, сахар? Мне наколдовать?

– Ну ты же феечка, могла бы и наколдовать, – выпятил он нижнюю губу, задумавшись.

– Слушай, прекрати! То принцесса, то феечка, то вообще какая-то сейлор непонятно кто! – Невозможный мужчина. Капитан! Начальник заставы, а ведет себя как самый настоящий ребенок.

– А что я? Я все по делу, – пожал он плечами и добавил: – Турка наверху, там, где посуда, кофе внизу, справа от мойки, в зеленой баночке.

– Спасибо, – огрызнулась я и нагнулась за кофе.

– Слушай, принцесса, – хохотнул Калинин, – беру свои слова назад, отличная пижамка… обтягивающая.

– Придурок. – Схватила первую попавшуюся тряпку со стола и запустила её в Романа.

– Тише-тише, – он поднял руки, ловя летящий в него снаряд, – я же не обзывался. Вот смотри. – Он начал загибать пальцы, пока я засыпала кофе и сахар в турку. – Во-первых, феечка из-за пижамы, во-вторых, Сейлормун из-за того, что очень уж похожа твоя пижамная героиня на анимешек, по которым перлись девчонки в мое школьное время, ну и в-третьих, принцесса… сама как думаешь, почему?

– Понятия не имею, – развела руки в стороны, но слукавила: я прекрасно поняла, о чем он.

– Генерал-лейтенант Анатолий Ворон. – Хмыкнул. – Слушай, я вчера чуть не обделался, когда он мне представился.

– Прекрати вести себя как придурок! – не выдержала я, оборачиваясь к мужчине. – Тебе по должности не положено.

– Ты видишь на мне форму? – Хмыкнул. – Или на себе? – Поднял брови и выжидающе посмотрел на меня: какие же у него красивые глаза, светло-голубые, ангельские, небесно-чистые, но в то же время настолько лукавые, что возникало ощущение, будто он явился из самой преисподней, потому что в его глазах плясали самые настоящие чертята. Вот такое он ходячее противоречие.

– У тебя кипит. – Блин, блин, блин, когда же я перестану виснуть, глядя на него? Отвернулась и поставила огонь потише.

Когда я разливала кофе, Калинин наконец-то поднялся с места и достал из нижней тумбы эмалированный голубой таз, в котором были шоколадные вафли, печенье и много конфет. Поставил эту посудину, занимая ей добрую половину стола, и грохнулся обратно на стул.

– Угощайся.

– Да ты сладкоежка… – Я опустила кружку с кофе на стол перед Романом и пошла варить лакомство и для себя. Запах был замечательным, значит, кофе хороший, у меня даже желудок сжался от предвкушения.

– Я просто запасливый, поживешь здесь с мое и коробками закупаться начнешь. Спасибо, очень вкусно.

Я пожала плечами и ничего ему не ответила. Чуть позже села напротив Калинина и взяла одну конфетку из тазика, ммм… вкусные, с черносливом внутри.

– Телевизор у тебя для красоты? – тишина напрягала, и я поинтересовалась действительно важным вопросом.

– Нет, спутниковое телевидение через тарелку.

– То есть если купить тарелку, то будут показывать телевизионные каналы?

– Само собой.

– А что с интернетом? Почему никто не ставит для него тарелку?

– Ну-у-у-у… наверное, потому, что это очень дорого и никому не нужно. – Роман взял вафлю и откусил от нее кусочек, измазав рот шоколадом.

– Настя? – донеслось до меня… Кошмар, я опять зависла, засмотрелась на то, как он ест. Да что же такое со мной творится?

– Извини, задумалась.

– О чем же? – ехидно улыбнулся этот Аполлон.

– Да так, – пожала я плечами, – свои у тебя губы или ты успел побаловаться укольчиками, – Выкуси! Мило-мило улыбнулась, дожидаясь ответа.

Мужчина выглядел ошарашенным, наверное, целых секунд десять, потом быстро собрался и, положив руки на стол, наклонился ближе ко мне.

– А что, Анастасия Анатольевна, завидно? Вам свои, наверное, пришлось долго накачивать? Сколько миллилитров понадобилось, чтобы добиться такого эффекта? Ммм… три или сразу пять?

– За раз никто столько не колет, – вспылила и увидела, как Роман улыбнулся. Да он меня спровоцировал! Гад.

Мужчина протянул руку и легонько провел пальцем по моим губам, я и понять-то ничего не успела, как он отодвинулся и встал из-за стола. А я сидела на месте, хлопала глазами и пыталась привести в спокойное состояние свое глупое сердце, которое бухало где-то в ушах, и размеренные вдохи совсем не помогали. Сумасшествие какое-то.

– Спасибо за кофе и за компанию. Я в душ. Ключи, кстати, на столике в зале.

Калинин ушел, а я сидела словно оглушенная и не понимала,