Бертрис Смолл - Тайные наслаждения

Нора отложила ложку, поднялась и, встав на колени перед телевизором, совместила свою ладонь с ладонью Кайла. «Сто двадцать фунтов и пара задорно торчащих грудок, я иду!»

При мысли об этом Нора улыбнулась. Ясно, что этого никогда не будет. Но какого черта?! Всего лишь безумная мечта! Прекрасная, но безумная мечта.

Голова снова закружилась.

Глава 2

Ощущение было такое, словно в теле бурлят пузырьки шампанского. Голова постепенно начала проясняться, и она поняла, что находится в чьих-то объятиях. Крепкие руки и стальное тело…

Нора подняла ресницы и взглянула в смеющиеся глаза цвета молодой листвы.

— Кайл? — прошептала она.

Вблизи он был еще лучше!

Она поспешно зажмурилась. Все это не наяву…

— Да, дорогая Нора, — заверил хрипловатый голос.

Его губы прижались к ее макушке.

Глаза Норы снова распахнулись. Это происходит с ней! Действительно происходит!

— Я рад, что ты наконец набралась храбрости прийти, Рыжий Разбойник, — мягко поддразнил он и, взяв ее за руку, увлек к зеркалу.

Нора тихо ахнула, уставясь на свое отражение в зеркальном стекле. Она выглядит тридцатилетней! Волосы снова сверкают медью, длинная, роскошная грива, беззаботно раскинувшаяся по плечам. Ни одной целлюлитной рытвинки на молочных бедрах и круглых коленях. И на ней восхитительно скудное одеяние!

— Вот это да! — выдохнула Нора, любуясь собой в очень коротком шелковом черном халатике, едва прикрывавшем роскошное налитое тело.

Она зачарованно наблюдала, как он, стоя за ее спиной, медленно развязывает пояс халатика и обнажает идеально упругие груди.

— Славные, — прошептал он, нежно лаская ее. — Очень-очень славные.

Его ладони были теплыми, прикосновение — восхитительно чувственным.

— М-м-м, — пробормотала Нора, наслаждаясь прикосновениями и чувствуя, как внизу, в складках лона, уже собирается влага. Она с силой прижалась спиной к его груди, медленно вдавливаясь попкой в его чресла. Все страхи исчезли. Этот мужчина, кем бы он ни был, не причинит ей зла. Она это чувствовала. Он хотел только угодить ей. Это ее фантазия, и она — главная героиня.

Куда девалось ее смущение?

Она забыла о запретах. Нора Бакли имеет право на что-то, принадлежащее только ей, даже если это что-то существует лишь в ее воображении!

Если верить Кайлу, она может требовать и получить все те соблазнительные ощущения, которые всегда хотела испытать. Ощущения, мысли о которых Джеффу и в голову не пришли бы, поскольку он считал, что жена обязана лежать неподвижно, пока муж над ней трудится. Он всегда утверждал, будто она сама виновата в том, что не получает наслаждения. Но как можно получить наслаждение, если тебя швыряют на спину, наскоро трахают, а перед тем как заснуть, приказывают идти в душ? Никаких любовных игр, и все происходит в темноте.

Нет, черт возьми, это не ее вина! Виноват Джефф, и Нора всегда это знала! Он использовал ее, чтобы утолить похоть, и ничего больше. В молодости она, неопытная девушка, не понимала этого. Но потом, слушая разговоры подруг, поняла, что нужно больше знать о сексе. В попытке придать остроты их отношениям она предложила Джеффу отшлепать ее и, сунув палец в рот, сообщила, что была ужасно скверной девчонкой. Джефф в ужасе отшатнулся и стал допытываться, где она набралась такой извращенной пакости. После этого она не посмела попросить, чтобы он ласкал ее языком. Она где-то читала, что ощущения при этом просто божественные. Но муж не терпел даже французских поцелуев.

Нора открыла глаза, снова посмотрелась в зеркало и медленно повернулась, восхищаясь собой. Боже, какую фигуру она себе навоображала! Идеальную! Она и в двадцать лет так не выглядела!

Теперь она стояла лицом к Кайлу. Ее руки лежали на полотенце, обмотанном вокруг его стройных бедер. Она проворно стянула полотенце.

— Я за честную игру!

— На самом деле ты хочешь увидеть моего «дружка», испорченное создание! — ответил он с коварной улыбкой и отступил, давая ей возможность увидеть его во всем блеске.

Сердце Норы учащенно забилось при виде его мужского достоинства. Она всегда считала, что у Джеффа оно было вполне нормального размера, а вот у Кайла… поистине огромное. Даже в нынешнем спокойном состоянии оно казалось очень длинным и толстым. Она медленно провела пальцами по всей длине, и его плоть почти сразу же затвердела. Она легонько сжала двойной мешочек. Ничего не скажешь, он хорошо оснащен!

— Очень мило, — улыбнулась она. — Очень-очень мило.

Кайл хмыкнул, и этот густой низкий звук мгновенно ее согрел.

— Мы хорошо позабавимся, Рыжая Разбойница, верно?

— Да, — согласилась Нора, — и еще как! Я по-прежнему не понимаю, как это возможно, но думаю, что не стоит и пытаться. Теперь мне абсолютно все равно.

Она снова сжала двойной мешочек.

— Молодец, — одобрил он и, взяв ее руку, попросил: — Пойдем, Нора. Нам обоим не терпится поскорее заняться любовью. И смотри, что наделала твоя шаловливая ручка!

Нора опустила глаза и удивленно приоткрыла рот. Его плоть набухла и поднялась. Головка теперь была рубиново-красной. Да, определение «сверхогромен» в применении к Кайлу было весьма скромным! Она и представить не могла чего-то подобного!

Кайл подвел ее к двойным дверям. За ними оказалась просторная, роскошно меблированная спальня, за окнами которой виднелся все тот же городской пейзаж.

Высокие стеклянные двери вели на заставленную растениями в горшках террасу. Ветви сакуры в полном цвету прижимались к стеклу. Но у Норы не было времени хорошенько осмотреться: Кайл толкнул ее на кровать, застеленную черным атласным бельем.

— Откройся пошире для папочки, — попросил он, целуя ее. Его губы оказались жадными и влажными. У Норы перехватило дыхание. Кайл, сжав ее голову большими ладонями, продолжал покрывать поцелуями ее веки, щеки, кончик носа.

Теперь Нора твердо верила, что попала в рай. Страсть неумолимо завладевала ею. Она смутно ощутила, как он раздвинул коленями ее ноги и одним мощным выпадом заполнил лоно. Нора застонала. Всего несколько толчков его могучей плоти, и она кончила. Он мгновенно взорвался в ней, и их соки смешались.

— О, Кайл, это было так хорошо, — прошептала она, наслаждаясь тяжестью его тела.

Немного погодя Нора осознала, что он продолжал оставаться в ней, горячий и пульсирующий. Она вопросительно взглянула на Кайла.

— Я говорил, что в первый раз все будет быстро, потому что мы оба в этом нуждаемся, — напомнил он, — но сейчас все будет очень-очень медленно. Я заставлю тебя кричать, Нора. Кричать от наслаждения. Поверь мне. Я — человек слова.