Сломанный лёд — 4 - Мария Карташева

Ознакомительный фрагмент

наконец-то придёт за ней, ожидание закончится, но она ошибалась, теперь ждать встречи с ним стало ещё труднее.

***

Регина после встречи с Ксенией долго сидела на месте, гоняла в голове услышанное от посетительницы и думала, как бы так аккуратно всё это преподнести начальству, но чтобы её не уволили или, ещё лучше, не отправили в больницу, где врачуют душевные заболевания. Решив, что полученную информацию нужно как минимум структурировать, Регина потянула затёкшее от долгого сидения в кресле тело, поискала глазами банку с кофе, но нашла лишь пустое место на её обычном месте, а потом пустой сосуд сиротливо лежащий в мусорке.

– Странно, как так получается, вот пить кофе ума хватает, а купить нет. – злобно рыкнула она, глянув на аккуратное рабочее место коллеги, отсутствующего на месте. – Пойду побираться по соседям.

Открыв дверь в соседний кабинет, Регина помахала рукой оперуполномоченному, хмуро держащему возле уха телефон и кивающему в такт словам собеседника.

– Понял. Отбой. – молодой человек нажал кнопку отбоя, вздохнул и воззрился на Регину. – Привет. Что тебе?

– Радушно встречаете.

– Мне сейчас несколько минут рассказывало начальство, как и в каких конкретно позах я буду прогибаться перед светлыми очами ещё более высоких начальников, если у меня не будет подвижек в деле. – молодой человек нервно швырнул папку, из которой выехало несколько фотографий.

– Понятно. Но у меня более простая просьба. Кофе есть?

– Там возьми. Блин, у тебя Коля – целый зять нашего непосредственного. Вы чего кофе купить не можете?

– Можем. Точнее не так, я покупаю, он пьёт. И я не всегда успеваю заметить, как в этом жерло улетает банка за банкой. – Регина отсыпала немного ароматно пахнущего порошка и, проходя мимо стола опера, подняла упавшее фото. – Девушка твоя? Лицо знакомое. – нахмурилась она.

– Какая девушка моя, – зло отрезал молодой человек, – я свою так долго не искал, как эту. Год! Блин, Регина, мне год из-за неё нервы портят.

Регина ещё раз внимательно посмотрела на фотографию, узнала в ней Настю, с которой столкнулась в доме у Ксении, потом удобно устроилась в кресле напротив и проговорила:

– Чё сидишь, сынок, беги за кофе в магазин. И сладенькое не забудь, я медовик люблю. – нараспев сказала она.

– Реджи, ты обурела? – побагровев сказал молодой человек.

– Нет. – Регина покачала головой и показала фотографию Насти. – Просто я знаю, где её найти.

Глава 3

Московская осень сухо и чопорно вошла в город, широко открыв двери для снующих повсюду холодных ветров, сменила зелёный наряд деревьев на яркие жёлто-красные лоскуты, смела с улиц осевшую за лето пыль и нагнала стадо облаков, закрашивая лазурь неба. Регина стояла у окна, смотрела вниз на летающие полы одежды пешеходов, наблюдала, как мужик в строгом костюме и пальто во весь опор несётся за своей шляпой, катящейся перед ним по асфальту, и на душе у неё было странное томящее чувство. Она сама не могла понять, что сегодня творилось с настроением, но внутри было слякотно, неприятно и хотелось забраться под одеяло, чтобы весь мир про тебя забыл.

– Реджи, привет. – в щёлку дверного проёма просунулась голова оперативника, – ну ты договорилась о встрече? Или дай мне наконец адрес, я сам потрясу тётку.

– Иди отсюда, трясун, – задумчиво проговорила Регина, – я думаю.

– Блин, о чём? Что бы ещё выцыганить у меня за инфу? – прищурив и без того узкие глаза, проговорил молодой человек.

– Нет. – Регина наконец отвернулась от окна. – Кто ведёт дело?

– У тебя склероз? Я.

– Я в смысле следователя. – спокойно проговорила Регина.

– А. Николаев. А что? – оперативник хохотнул. – Ты если у него чего-то поклянчить хочешь, то можешь сразу же закрутку для губы купить, он у нас мужик не то что не щедрый, он жлоб. Я вот в прошлом году…

Но Регина не стала слушать увлекательную историю взаимоотношений следователя Николаева и оперсостава, она подхватила куртку и поспешила на выход: до конца рабочего дня оставался час. А если учесть, что Николаев не особо любил перетруждаться, то у неё были все шансы его не застать.

– Регина, ты блин куда?

– Облегчать твоё бренное существование. – брякнула девушка и стала спускаться по лестнице.

Ремонт в здании следственного комитета, был уже событием, с которым пришлось смириться, так как ругаться, менять подрядчиков и даже подшучивать не было сил, все просто сошлись на том, что обновление внутреннего убранства подвержено страшному проклятию и будет длиться вечно. Регина обогнув несколько вёдер с краской, спустилась на улицу, прошла несколько заколоченных входных дверей и вошла в другую часть здания. Довольно быстро уломав Николаева отдать ей дело, где фигурировала Настя, Регина вернулась в кабинет и через несколько минут вздрогнула от странного треска. Начальник следствия чуть ли не с дверью оторвал и так державшийся на честном слове косяк и бешено вращая глазами, влетел внутрь.

– Боровских, ты больная, что ли? – закричал он с порога. – Ты вообще в себе? Тебе своих дел мало, так ты ещё и по соседям пошла собирать? Может тебе уже мужика найти?

– Он мне что поможет дела быстрее расследовать? – Регина спокойно посмотрела на начальство.

– Нет, ты реально психическая. Ты мне ещё не все отчёты сдала, а вот зато Николаеву ты прям подарок преподнесла, взяв глухарь. Может ты просто извращенка и тебе этот старый алкоголик нравится?! – уперев ладони в столешницу её стола, кричал мужчина.

– А у вас всё сводиться только к половому сношению? У меня могут быть какие-то другие мотивы? – перебирая бумаги, задала вопрос Регина.

– Нет. Потому что ты баба-дура, которая лезет куда не надо. Ты думаешь, почему все тебе дела передают? Да просто все знают, что ты синий чулок и будешь сублимировать на оформлении дел и сделаешь всё по правилам. – брызгая слюной и раздувая толстые губы, орал начальник. – Главное —совсем обнаглела, уже за моей спиной решает, что сама дела может брать.

По логике накал страстей мужчины должен был пойти на спад, но он только распалялся. К несчастью Регины, сегодня с утра её начальник был отчитан женой и нагружен исправительными работами на даче, вместо увеселительной поездки на рыбалку, запланированную гораздо раньше. И этот факт омрачил не только его настроение, но и весь рабочий день коллектива, расходясь гневными откликами, как круги на воде. И сейчас этот отголосок докатился наконец и до Регины.

– Пиши рапорт. – рявкнул он.

– Какой рапорт? – не поняла Регина.

– На увольнение. Не то я тебя за несоблюдение субординации по статье уволю.

– А так можно? – Регина прекрасно понимала, что нужно замолчать, но никак не могла сдержаться, и слова вылетали наружу, прежде чем мозг отдавал команду закрыть рот.

– И