Дорогая, я не изменю(сь) (СИ) - Попова Елена

И как мне теперь ехать вот в таком виде к Любе? – Я отлепил от ноги мокрые брюки, взглянул на грязную рубашку.

Так ладно, меняем маршрут. Сначала до дома, там переоденусь, приведу себя в порядок, а только потом уже на солянку.

В дичайшем негодовании сел в такси и набрал Поле. Нужно попросить, чтобы выгладила чистую рубашку и брюки. Так и скажу, мол, вышел на обед, меня обрызгали и теперь нужно переодеться.

«Абонент недоступен»

«Замечательно!» – Я стукнул кулаком по сиденью и сжал губы. – Ладно, надеюсь, жена дома.

Глава 9. Дорогая гостья

Полина

– Ой, мамочки родные… – прерывисто вздохнула я и еще раз нажала на кнопку включения телефона. – Помер…

Утром, выходя из дома, видела, что батарейка горит красным, еще подумала: пустяк, заряжу в машине.

Но, увы… Зарядка, кажется, свое отработала.

Вот просила ж Геру: только не покупай китайскую! Нет же – получите, распишитесь!

Надеюсь, Влад пошутил насчет люстры. Я даже ответить ему не успела – телефон сел так не вовремя!

Если Гера узнает, что Влад был у нас – тогда пиши пропало!

Ревнивый – жуть! Особенно к Тихонову.

После расставания с Владом я долго не могла начать с ним хотя бы просто здороваться. Но папа не унимался.

– Не знаю, чем он так обидел тебя, дочь, но парень и правда ведь очень путевый. Вон, ходит весь загруженный, на нем лица нет. Столько времени прошло, поговорила бы с ним. Ну, ё-мое, взрослые ж люди, не подростки!

Но я так и не смогла наступить себе на горло и поговорить с Владом после того, что произошло тем ноябрьским вечером.

Зато папа активно действовал – делал все возможное, чтобы столкнуть нас.

То попросит Влада подбросить меня куда-нибудь, то Влад сам неожиданно привезет нам домой документы, и папа пригласит его на чай. И даже когда я была в отношениях с Герой, не унимался.

Заведомо зная, что моя машина стояла на ремонте, папа попросил меня приехать в автосалон на презентацию новых автомобилей. Прежде никогда моего присутствия на подобных мероприятиях не требовалось, а тут вдруг ему остро понадобилась дочь.

И только когда он предложил Владу подбросить меня обратно до дома, я поняла, зачем он это устроил.

– Па, ну прекращай уже весь этот цирк! – заругалась я в трубку, как только Влад высадил меня у нашего частного дома. – Влад в прошлом, у меня есть Гера, который, кстати, сейчас тоже подъехал к дому, и я чувствую, что без скандала будет не обойтись!

И Герман устроил мне взбучку.

– Отлично, Поля! Молодец! Пока я с утра до ночи пашу в банке, ты разъезжаешь с отцовским водителем! По-твоему, это нормально?

– Он просто подбросил меня из салона, – оправдывалась я.

– Да ты что? М-м-м… – Он поджал губы и покачал головой. – А слово «такси» тебе незнакомо?

С тех пор Гера и невзлюбил Влада. И одному богу известно, в какую ярость он придет, когда увидит его, вешающим люстру в нашей квартире.

Если бы не новый маникюр, то точно бы искусала все ногти.

Взглянула на часы: 13:30.

«Так… в салоне обед с часу, значит, даже если он и приедет, то не застанет меня дома. Фух…»

Ну не нужно мне это сейчас. Как бы меня не трясло утром, когда его увидела, все равно осознанно понимаю, что наше общение ни к чему хорошему не приведет.

Вчера за ужином поговорили с Герой об ЭКО, пришли к общему мнению, что пора. У нас будет полноценная семья, в которую уж точно ни каким боком не вписываются отношения с бывшими.

Влад в прошлом. Даже несмотря на то, что между нами вагон недоговоренностей.

Я приехала к дому без пяти два. Знаю: Влад уже должен быть на работе, так что я могу быть абсолютно спокойна.

Вставила ключ в замочную скважину и сердце внезапно сделало сальто: открыто.

– Гер, ты дома? – шагнув в квартиру, спросила я.

Стрельнула взглядом по прихожей: его обуви, пальто и портфеля нет, зато на вешалке висит чей-то желтый плащик, а рядом с обувницей притаились замшевые сапожки…

– Ку-ку! – выглянуло из кухни лицо.

– Божечки… – Я шумно выдохнула и приложила руку к груди. – Тетя На-а-а-дя, – протянула с улыбкой я и крепко обняла крестную. – Вы тут какими судьбами?

– Как же? – округлила она глаза. – У меня ж плановое обследование. Забыла?

– Точно, – хлопнула я себя по лбу.

Крестная каждый год приезжает из Ивантеевки в столицу и на несколько дней остается у нас, чтобы было удобнее добираться в больницу. И как я могла забыть, что она должна была приехать на этой неделе?

– Давай-ка иди мой руки и корми меня обедом уже, – потрепала по голове крестная. – А то этот твой гусар невоспитанный даже чаю не предложил!

– Это вы про Геру? – округлила глаза я. – А он разве был дома?

– Был, – недовольно кивнула крестная. – Пошвырял в стирку испачканную одежду, переоделся, и был таков. Говорит, обрызгали его, – с усмешкой добавила она и свела брови к переносице. – Мало ему, паразиту. Надо было с головой макнуть в лужу!

– Ну хватит вам, – улыбнулась я и, поцеловав ее в щеку, пробежала в ванную.

Когда Герман мне изменил, поплакаться было некому, вот и поехала к тете Наде. С тех пор она его на дух не переносит. Ох, какими только матюгами его не крыла. Помню, как стояла в дверях и кричала «не пущу», когда я решила сойтись с ним снова.

Выйдя из ванной, вошла в спальню, чтобы переодеться в халат, нажала на выключатель и застыла на пороге.

Комнату озарил непривычно-яркий свет, я подняла взгляд на потолок и… моя челюсть едва не коснулась пола.

– Кто ее повесил?.. – шепнула я, глядя на новую хрустальную люстру.

– Уж точно не твой прихвостень, – раздался за спиной голос крестной.

Она прошагала в комнату и, глядя на потолок, уткнула руки в бока.

– Вот молодец парень! За пять минут управился, – звонко хохотнула тетя Надя и махнула рукой. – Не то что твой безрукий. До сих пор не забыть, как он два часа менял колесо у машины, когда прокололи по пути на вокзал. Я ж из-за него тогда чуть на автобус не опоздала.

– Так… – Я выставила ладонь. – П-подождите… Объясните по порядку: Кто. Повесил. Люстру?

– Как там его… – пощелкала пальцами крестная. – Вадим вроде… Или нет… В..

– Влад? – воскликнула я.

– Точно же! Влад!

Крестная прыснула со смеху и села на кровать.

– Ой, умора… Я, значит, еду с вокзала, звоню тебе, звоню, ты трубку не берешь. Приезжаю – никого. Слава богу, ключи остались с того раза. Только уволокла в комнату свои сумки, как на тебе – звонок в дверь. Открываю, значит, а там красавчик стоит! Брунэт, глаза зеленые. Я ему: вы, простите, к кому? А он мне: к Полине. А я и растеклась лужицей. Думаю: ну вот же, вот! Полька наконец-то выпнула под зад своего приживалу и нормального мужика нашла. А он меня взял да швырнул с небес на землю. Говорит, я Полине обещал люстру повесить.

– Обещал, значит… – заторможенно проговорила я, поражаясь Владу.

«Ну надо же, все равно приехал. Даже несмотря на то, что ничего не ответила…»

– Мы с ним давай рыться в Геркиных инструментах, – продолжила крестная. – А в его ящике только два болта да ржавая отвертка, которой он по утрам мозги себе подкручивает. Ну что делать? Владюша сбегал в машину, принес чемоданчик, затем прошло каких-то пять минут – и люстра на потолке. Вот так-то! – цокнула языком крестная. – Не перевелись еще мужики, которые умеют молотком стучать.

– Ну, Гера тоже может молотком сту…

– Ага, может! – прикрикнула крестная. – Разве что по крышке твоего гроба постучит. С таким гов… Герой и в могилу недолго.

– Теть Надь, а Гера тоже видел Влада?

– Мне жаль… но нет. Разминулись, – вздохнула она и развела руками. – А Герке не помешало б взять урок у мастеровитого парня. Научил бы, как с отверткой управляться.

– А Гера приезжал до или после Влада?

– После.

– И даже не спросил, кто повесил люстру?

– Ах, я тебя умоляю, – закатила глаза тетя Надя. – Твой лис, кроме своего отражения в зеркале, ничего не замечает. Ходил тут, ядом прыскал, что ты не те рубашки ему выгладила. Распетушился-то, распетушился! Теперь Петровича нет, так ему не перед кем выслуживаться, чтобы директорское кресло занять. А раньше помнишь, как лебезил перед тестем? Распинался как кандидат в депутаты перед выборами. «Я Полечку люблю, в обиду не дам!» Тьфу на него! – брезгливо сплюнула крестная.