Во всем виновата текила (ЛП) - Фиона Коул

Как всегда.

Но я не поддаюсь.

Прошло чуть больше месяца с момента моего цифрового столкновения с Паркером. Месяц, наполненный нерешительностью, сомнениями, воспоминаниями ― счастливыми и... не очень, ― любопытством, и для верности, еще большими сомнениями. Добавим к вышеперечисленному «коктейлю» воспоминания о чувствах, и я практически не выходила из фургона. Я ехала без остановок, пытаясь найти успокоение, которое нарушил его телефонный звонок. Я не отвечала на электронные письма Эйкена, в которых он не очень мягко призывал меня принять решение по ряду моих бизнес-проектов.

Вместо того чтобы планировать будущее, я зациклилась на прошлом.

В первую неделю Паркер звонил, писал сообщения и преследовал меня в Instagram. Затем с каждой неделей он сбавлял обороты. Затаив дыхание, я ожидала, что он выполнит свою угрозу, и ко мне явится Рэй, заявляя, что с ней связался Паркер Каллахан. Я раскрыла его обман, но часть меня желала, чтобы он не лгал.

Однако он по-прежнему мне звонил. Не часто. Но достаточно, чтобы не позволить мне вернуться к нормальной жизни, которая сложилась у меня за последние несколько лет. Он цеплялся за любую возможность, чтобы я уступила.

Обычно я сопротивлялась.

Когда я была близка к тому, чтобы сдаться, то отбрасывала хорошие воспоминания и вспоминала все причины, по которым мы расстались. Вспомнила каждое мгновение одиночества, которое поглощало меня. Помнила страх и боль. Убеждала себя, что он такой же, как мой отец, и у него на первом месте всегда будет мечта, а не я. Говорила себе, что заслуживаю большего, чем сомнения, одолевшие меня, все это помогало игнорировать телефон, когда на экране высвечивалось его имя.

Но сегодня? Сегодня я хотела позвонить ему. Мне кажется, это связано со звездами, воздухом и болезненной пустотой, образовавшейся в моей груди после его ухода. Это было подобно тому, что он сорвал хлипкий пластырь, и без него пустота с каждым днем становилась все больше и больше, и к сегодняшнему дню настолько разрослась, что ее невозможно игнорировать.

Какой бы ни была причина, на этот раз, когда у меня возникло желание позвонить ему, я позвонила. С каждым гудком я задерживала дыхание, надеясь, что звонок попадет на голосовую почту, и в тоже время страшась, что так и произойдет. Мое сердце грохотало так сильно, что биение пульса практически перекрывало все остальные звуки. Оно работало на износ, и мои легкие с трудом справлялись.

Именно в тот момент, когда я решила дать отбой и положить конец ошибке, не начав ее, гудки прекратились.

― Сверхнова, ― ответил он.

Мое сердце резко остановилось, и я глубоко вдохнула.

― Хэй, Рок-звезда, ― выдохнула я.

Напряжение немного ослабло, когда я услышала смех на другом конце провода над прозвищем, которое дала ему. Это было лучше, чем «иди на х*й», как я ожидала.

― Уверен, мы договаривались на следующий день, а не на следующий месяц.

― Даааааааа, насчет этого... Моя жизнь стала немного суматошной.

Оправдание звучало неубедительно даже для меня, и он без колебаний указал на это.

― Месяц? У тебя не было времени даже написать СМС? У меня одна из самых суматошных жизней, и я нашел время позвонить тебе.

― Так было не всегда.

Резкие слова сорвались с губ прежде, чем я успела прикусить язык. В этом и заключалась особенность прошлого: иногда обиды были словно незаметные тени, всплывающие, когда вы меньше всего этого ожидаете. Иногда вы забываете, что они вообще существовали.

― Да, не всегда, ― угрюмо признал он.

Я поморщилась. Наш разговор продолжался всего лишь пару секунд, а я уже заголосила о горечи нашего прошлого и о том, что именно он не отвечал на звонки и не перезванивал. Возможно, подсознательно я решила отплатить ему тем же и игнорировала его звонки.

Но я позвонила ему. И не для того, чтобы спорить о случившемся в прошлом. На самом деле, я не только не хотела думать об этом, но и говорить.

― Прости. Я не это имела в виду. ― Мы оба знали, что именно это я и имела в виду, но прежде, чем он успел вывести меня на чистую воду, я продолжила: ― Я правда была занята, и во время первой поездки у меня пропала связь, а когда я вернулась, то в моей голове все смешалось и... не знаю.

― Чего ты не знаешь?

― Не знаю, ― засмеялась я, глядя на звездное небо в поисках ответа. ― Наверное, мне было интересно, как пройдет наш разговор, хорошо или плохо. Я задавалась вопросом, станет лучше или хуже, или, может быть, мы настолько изменились, что у нас не найдется общих тем. Или наши жизни настолько различны, что мы не сможем найти места друг для друга.

Или в нашей жизни был кто-то, кому могло не понравиться наше общение. Я вспомнила его фотографии с Соней на ужине: то, как блестели ее гладкие волосы, как накрашенные красной помадой губы изгибались в обожающей улыбке. При воспоминании о фотографиях, которые заполонили весь Instagram, ревность пронзила меня в самое сердце, и я с трудом сдержалась, чтобы не наговорить лишнего. Я уже позволила себе достаточно горьких комментариев.

― Разговаривать с тобой всегда хорошо, Сверхнова. Даже когда плохо.

― Спасибо?

Его тихий смех накрыл меня, словно цунами, и, закрыв глаза, я позволила ему поглотить меня.

― Это комплимент. Даже когда ты была вздорной занозой в моей заднице, я наслаждался твоим обществом.

― Обязательно внесу это в свое резюме.

Между нами воцарилась тишина, и мне стало интересно, где он находится. Я отключила уведомления Google в настройках. Меньше знаешь, крепче спишь.

― У меня есть предложение, ― начал он. ― Мы просто разговариваем... как старые друзья, минуя прошлое.

После его слов мне стало немного легче.

― Отличное предложение.

Я взяла за правило избегать разговоров о прошлом. Даже Рэй и Вера не знали моей истории.

― И, Нова?

― Да?

― Для тебя в моей жизни всегда есть место.

Невольно, прошлое снова выползло из тени, но я предвидела это и прикусила язык.

Не всегда. Давным-давно ты забыл меня так быстро, словно никогда и не знал.

Но мы не обсуждаем прошлое.

― Итак, что ты делаешь? ― спросила я.

― Бездельничаю в номере отеля.

― Захватывающе.

― Лучше, чем автобус. Не пойми неправильно, мне все это нравится... но четыре парня в одном маленьком пространстве начинают дурно пахнуть. Его полезно проветривать.