Эта чёртова love (СИ) - Осадчая Виктория

— Замужем? — с сомнением уточняю.

— Нет, с родителями.

— И почему переехала?

— Если бы я знала, что у меня будет такой сосед то подумала бы десять раз.

— И при этом ты с ним сходила на свидание, и так и не ответила на вопрос.

— Ну, на свидание меня затащили хитростью, а переехала я из-за деда.

— Он у тебя своеобразный человек, — еле подобрал необидное определение. Меня, конечно, бабушка троллит, но до откровенного хамства никогда не доходило.

— Да, нет! Он хороший. Просто…Понимаешь, меня, как и тебя растили бабушка с дедушкой. Родителям было некогда, у них бизнес. Они буквально жили на работе. До тринадцати лет было все отлично, а потом мама родила. Ещё и двоих. И тут она вспомнила, что у нее есть дочь, которая просто обязана ей помогать. Так у меня, считай, украли детство. Нет, я не жалуюсь, я очень люблю мальчишек! Просто, когда другие девочки ходили на кружки, общались друг с другом, влюблялись в мальчиков и ходили на свидания, я была в декретном отпуске, так сказать. Когда поступила, решила, что хочу работать. Хотела свои карманные деньги, и хоть чуть-чуть получить независимость от родителей. Мама заерепенилась, мол, зачем я буду работать на чужого дяденьку, если у них есть фирма. И я пошла вторым секретарем. В мои обязанности входили не только бумаги, но и забрать мальчиков, отвезти мальчиков, сделать с ними уроки. По сути то же самое, только с оплатой. Мне надоело, я ушла. Переехала к деду, не зная даже, что всё это время он скандалил с мамой по поводу моей эксплуатации в качестве няни. Он хотел для меня свободы. А теперь думает, что таким же грузом лег на мои плечи, вот и вредничает. Все пытается меня спровадить. Но, видимо, это у меня за годы выработанный рефлекс — заботиться о ком-то.

— Могу свою персону предложить.

— Если только женишься. Это работает только с родственниками.

— Уделала!

— О! А у нас тут кто-то брака боится, — прищуривается Леся, опирая свой прелестный подбородок на кулачок. И глаза эти лисьи хитрые-хитрые, с таким прищуром, что им невозможно сопротивляться.

— Ну, как бы не тороплюсь я туда. Сначала цель, потом брак.

— Типа дерево посадить и дом построить?

— Ну, в каком-то роде, да!

— Это глупо. Мне кажется, когда рядом поддержка, легче чего-то добиваться. Может, потому что мне ее обычно не доставало.

— Так ты отвечаешь за себя. А в браке тебе придется отвечать как минимум за трёх человек сразу.

— Детей не обязательно заводить сразу после свадьбы, а если рядом хорошая жена, то и отвечать за себя можно просто вдвоем.

— Ты меня сейчас уговариваешь жениться? — разряжаю этот серьезный разговор, потому что чувствую, что через полчаса таких вот доводов, я уже завтра поеду в ЗАГС.

— Боже упаси, — закатывает глаза Лисичка. — Хотя меня удивляет, что ты так уперто добивался со мной свидания, со своими принципами. Ты же прекрасно осознаешь, что я не из тех, с кем можно переспать и выбросить из списка контактов.

— Почему-то это меня и цепляет. Все девушки, с которыми я встречался обычно велись на мою статусность. Мол, хоккеист, медийная личность, не беден, симпатичный. Хотя первый и последний пункты, как приложение.

— А ты не задумывался, что я просто хитроделаная?

— Первые несколько минут нашего знакомства.

— Выходит, раз ты так хорошо разбираешься в людях, ты сам позволял всем своим бывшим потребительское отношение к себе.

— Уделала во второй раз! Вот поэтому мне и интересно с тобой. В двадцать один ты должна снимать дурацкий тик-ток, а ты сидишь сейчас и сеанс психотерапии проводишь.

— Ммм! Я тебя цепляю, тебе со мной интересно…А не влюбляешься ли ты, дружочек? — бровки вздернула, и снова с прищуром. — Ты это дело гиблое брось.

— И что в этом плохого?

— Не привлекают меня отношения со спортсменом.

— Опять этот презрительный тон. Значит, если бы я был простым работягой с завода, то шансы имел куда больше?

— Вот когда я сама решу, что мне надо, тогда я тебе и отвечу!

Просто невыносимо сложный человек. У меня такое ощущение, будто я просто бьюсь об стену. Но это куда интереснее, всего того, что меня окружает. Оборону Лисичка держит покруче любого нашего защитника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Кого я вижу! Я думал он тихо умирает дома, а он таскается по ресторанам ещё и с такой красоткой.

Бортич! Куда же я без своего дорогого товарища? Не удивлюсь, если он притащился сюда специально. Я из его машины утром писал Лисичке, а этот идиот везде свой нос засунет.

— Как видишь, не дают мне погибнуть от одиночества, — здороваюсь с Марком, потом с Эндрю, который по-русски знает только «Водка, хоккей, матрёшка и пошел на х…».

— Стоит всю команду ждать? — интересуется Леся, оглядывая парней.

— Не, тут только мы в качестве группы поддержки, — салютует Марк.

— Не переживайте, думаю я в силах сама все что у него имеется подержать. Так что благодарю за помощь.

А где-то внутри разгорается ревность от того, как Бортич пялится на Лесю. И ещё свою фирменную улыбку применил, чтобы уж наверняка. Обычно девчонки велись. Растекались лужицей, забывали как дышать. Ну, там было от чего. Когда в тебе больше ста восьмидесяти роста, у тебя милая мордаха и тело древнегреческого бога, то шанса нет ни у одной.

— Будет тяжело, но у меня больше. Держать придется двумя руками.

— Я о характере, а ты пиписьками меряешься. Тебе сколько годиков, малыш? — тон у неё как у воспитательницы ясельной группы. Меня пробирает смех от того, как меняется лицо друга.

— Не обращай внимания, Лесь, это мой недалёкий друг Марк, а это ещё один товарищ Эндрю, — представляю парней.

— Алинка бы тут описалась от восторга, — замечает она.

— А ты не поклонница хоккея? — догадался Марк.

— Приятно, когда мужчина включает мозг. Даже не поклонница Назара, а тебе так тем более бесполезно стараться. Хотя я оценила попытку.

— Давно не встречал адекватных девушек, — хмыкает Бортич, выключая озабоченного клоуна.

— Сочувствую!

Дальше постарались обойтись без компании, но ужин уже и так шел к завершению. Домой добрались без происшествий, хотя плечо уже начинало ныть.

Прощались в подъезде. Я как воспитанный мужчина проводил ее до двери, потому что по-другому выходило, что это она меня провожает.

— Ладно, так и быть, признаюсь, — вздохнула Леся, переминаясь с ноги на ногу. — Я не пожалела о нашем свидании.

— Повторим? — я зажмурил один глаз, приготовившись услышать отказ, но меня приятно удивили.

— Думаю, стоит дать тебе шанс.

— Ого! Неожиданно.

— И заметь, я не прошу ничего для этого сделать.

— И чем я заслужила такую честь?

— Комплиментами рассыпаться не буду, чтобы ты не зазнался. Поэтому прими это, как факт.

— Тогда, может, поцелуй на прощание?

— Не наглей, господин спортсмен. Я не на столько очарована тобой.

— Ну, я думал прокатит, раз ты так расщедрилась.

— Черт с тобой, Вершинин, — выдыхает она тяжело. А затем прикасается к моей щеке. Ого! Вот это прогресс!

Её губы мягкие, горячие, а ещё от Лисички просто потрясающе пахнет. Что-то цветочное, нежное, притягательное. Но нет, нельзя пугать пташку! Пусть пока думает, что контролирует все. Это только первый шаг. А дальше больше, я в этом уверен.

Глава 5(1)

Олеся Ушакова

Назар: И ты даже не отметила меня. Обидно