Цена его ревности. Книга 2 (СИ) - Мур Лана

— Ваша, — неуверенно произнесла она, не понимая почему шеф задает такой странный вопрос.

— А Рой сказал, что его. Так что, будь любезна, носи кофе ему, чтобы он не обвинил меня в том, что я отнимаю помощницу. Отнеси этот кофе своему шефу, — сказал он, вставая и направляясь мимо расстроенной девушки в кабинет брата. Распахнув без стука дверь, он застал мило беседующих Санджея и Вику и услышал последнюю фразу брата.

— Санджей, — Ракеш сделал вид, что он ничего не слышал — Чья ты говорил Лалит секретарша? Твоя? Тогда, будь любезен, напомни ей об этом, пока она еще не уехала. Мне хватит и помощницы помощницы. Я не гордый. Виктория, принесите мне кофе, — бросил он и вылетел из кабинета.

— Что это было? — Вика недоуменно посмотрела на Санджея. — Вроде, раньше он был более адекватный.

— Иди, сделай кофе, пока он офис не разгромил, — усмехнулся будущий родственник. — Если что-то будет не так, обращайся, слышишь? Сразу говори мне, — уже серьезно сказал Санджей, всматриваясь в глаза будущей сестренки.

Вика кивнула, понимая, что ни в коем случае не будет жаловаться. Если Радж, по какой-то причине, решил объявить ей войну, то это будет их личная война.

Пока Вика по второму разу готовила кофе, на этот раз для Раджа, все пыталась понять, какая муха его укусила — то он совершенно забыл об ее существовании, и сам почти сказал, что надоела, то чуть не силой заставил сесть в машину, хотя она могла бы и сама добраться до дома.

«Что он хотел сделать вчера в спальне?» — задавалась она вопросом.

С обычным человеком все было бы понятно. Но это с обычным, а с Раджем никогда не знаешь, что у него на уме. Раньше Вике казалось, что она его понимает, а сейчас уверена, что не понимает совсем ничего, кроме того, что от него, на всякий случай, стоит держаться подальше и не допускать повторения сцены в спальне, потому что быть очередным увлечением, которое забросят раньше чем оно надоест, совсем не хотелось. В том, что так и будет, Вика нисколько не сомневалась, вспоминая его аэродром на яхте. На кончике языка крутилось другое слово, но Вика сдержалась.

Она аккуратно шла по коридору с чашкой обжигающего напитка. Постучавшись в дверь и услышав приглашение, прошла в кабинет. Огляделась — Раджа за столом не было.

Ракеш сидел в кресле за спиной девчонки и не без удовольствия рассматривал ее, пока она осматривала кабинет — лучи солнца, проникая сквозь тонкую ткань платья, полностью высвечивали контуры фигуры и открывали жадным глазам мельчайшие изгибы.

— Виктория, — сурово Ракеш. — На будущее — все мои распоряжения должны выполняться немедленно. Вы поняли?

Услышав за спиной грозный голос, Вика вздрогнула и… плеснула на себя кипятком. С губ сорвалось тихое шипение, но и этого хватило, чтобы Ракеш вскочил с кресла — узнать, что с ней случилось.

Глядя на кофейное пятно, расплывающееся по изумрудного цвета платью, и то, как Вика, морщась, старается двумя пальцами отделить мокрую ткань от тела, Ракеш похолодел — ей больно, у нее ожог! Скорее открыть кожу, чтобы она быстрее охладилась. Он глянул на несчетное количество пуговок, от которых недавно так разыгралась фантазия, понял, что расстегивать их времени нет и рванул воротник.

По полу дробно застучала россыпь пуговиц. Вика даже не успела ойкнуть, как оказалась сидящей в кресле, а рядом присел Ракеш, аккуратно промокая ей кожу стоящими на столике бумажными салфетками. Сознание само собой отметило, что все-таки белье на ведьме кружевное, небесно-голубого цвета и очень тонкое, но, кроме обеспокоенности состоянием паршивки, Ракеш больше ничего не чувствовал. Он подлетел к телефону:

— Лалит, врача ко мне в кабинет. Пусть захватить средство от ожогов. Живо! — потом вернулся к Вике и осторожно подул на покрасневшую, обожженную кожу.

— Больно? — обеспокоенно заглянул в глаза.

— Нормально, выживу, — ответила Вика. — Обязательно было рвать платье? Похоже, не только у меня стоит цель портить вашу одежду. У вас привычка — рвать мою. Как я теперь пойду домой? Придется просить Санджея.

— Я сам тебя отвезу, я же порвал платье, — губы Ракеша вновь стали жесткими — то, что Вика предпочитает общество брата, весьма раздражало.

Постучавшись, вошел врач.

— Что у нас случилось? — он искоса посмотрел на хозяина кабинета.

— Она вылила на себя кипяток, — бросил Ракеш и, стараясь справиться с раздражением, отвернулся. Смотреть, как кто-то, пусть даже врач, прикасается к ней или просто смотрит, когда она полуодета, неожиданно стало нешуточным испытанием

— Ничего страшного, — ответил доктор. — Небольшой ожог. Вот мазь, она снимет красноту и ускорит заживление. Думаю, что девушке лучше пойти домой. Все равно в таком виде, — он окинул Вику насмешливым взглядом. — Она сегодня работать не сможет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Доктор вышел, а Вика растерянно осмотрела себя.

— Как я покажусь перед людьми? — подняла она глаза на Ракеша.

— Давай, сначала нанесем мазь, чтобы уже начала действовать, — открывая баночку с лекарством, предложил он. — А потом, что делать, наденешь мой пиджак, и я отвезу тебя домой. Если будешь продолжать в том же духе, то смогу получить сертификат спасателя или медбрата, — он набрал мазь на палец и собрался намазать обожженную кожу.

— Не надо. Я сама, — Вика сделала попытку сопротивляться, но деваться было некуда — она сидела в кресле, а над ней, не собираясь отступать, навис Радж. — Я сама могу это сделать.

— Да неужели? — усмехнулся он. — И ты видишь, где надо мазать? Извини, но здесь нет зеркала. Так что, не упрямься, — а пальцы уже коснулись кожи, сначала около шеи. Потом, по мере того, как передвигались по ожогу, спускались все ниже и ниже, и вот уже гладили округлую грудь, приподнятую, обтянутыми кружевом косточками.

Именно гладили, другого слова у Вики не нашлось. Невыносимо захотелось закрыть глаза и позволить им делать, что хотят. По телу, до самых кончиков пальцев, разливалось расслабляющее, лишающее воли тепло. Нежные пальцы скользнули ниже, приподнимая кружево, и это отрезвило Вику — она распахнула глаза и распрямилась, стараясь укрыться остатками платья.

— Думаю, что довольно, — резко сказала она, напоминая себе о принятом решении. — Остальное доделаю дома. Отведите меня домой, — повелительным тоном сказала Вика. — Или я попрошу Санджея и тогда вам придется объяснять, что здесь произошло.

Ракеш накинул пиджак на плечи ведьмы, прикинув, что скоро весь его гардероб перекочует к ней.

«И, видимо, придется жить там», — мысленно усмехнулся. Он был бы не против. Вопрос, как бы это восприняла девчонка. Она таяла под его руками, и это весьма тешило самолюбие, а воображение снова понеслось вперед бешеным галопом, рисуя картинки, что было бы, если бы девчонка его не остановила.

— Пойдем, — сказал он и вывел Вику из кабинета.

Округлив от удивление глаза и не понимая, что произошло, Лалит смотрела как Вика появляется из кабинета Раджа в мужском пиджаке, пряча под ним, судя по всему, порванное платье, а следом выходит и он сам. Секретарша не осмелилась задать вопрос грозному начальнику, а он со спутницей уже спускался по лестнице под изучающими взглядами всего персонала.

Ракеш быстро домчал девушку до дома и проводил до квартиры.

— Сделай одолжение, сиди сегодня дома, никуда не ходи и лечись. Завтра ты должна быть в форме и на работе. Ты же не хочешь, чтобы Лалит отложила свое путешествие.

Он не стал входить, опасаясь, что может не сдержаться, а девчонка должна прийти сама. Никогда и ни к кому он не применял силу, и тем более не будет применять к ней, как бы порой этого ни хотелось. Уходить было невыносимо, но Ракеш успокаивал себя тем, что сейчас она недоступна и для Санджея, а когда завтра придет на работу, то уже не будет Лалит для страховки, и это означало безграничный простор. Вот только брат…

«В командировку его, может, отправить?» — подумал Ракеш и, усмехнувшись, поехал домой.