Цена твоей Любви (СИ) - Магницкая Доминика

Я хмурюсь и рефлекторно обхватываю себя ладонями в попытке защититься от его психологического давления. В голове всплывает лишь одна мысль: «Да откуда же у меня столько опасных мужчин, от которых сразу же хочется сбежать?».

— Мы были парой?

— В самом начале мы были коллегами, потом стали любовниками. Ты не хотела смешивать работу с личной жизнью и боялась, что наши ссоры, которые являются неотъемлемой частью любых отношений, погубят бизнес, — двусмысленно улыбается. На его щеках появляются ямочки, что лишь сильнее выводит меня из себя.

Яркая вспышка злости буквально пожирает моё тело, и я срываюсь, не видя смысла сдерживаться:

— Что за бред? Судя по твоим словам, я спала с тобой, но это никак не мешало нашей работе. Я никогда не была настолько двуличной. Не смей манипулировать моим состоянием. Это бесчеловечно!

— Я просто говорю правду. Как ты можешь делать такие выводы, если совершенно не помнишь, что было между нами?

— Я хочу выйти из машины.

— Не торопись. Если уйдешь, что будешь делать дальше? Вернешься домой и начнешь жалеть себя? Плакаться о своей несчастной судьбе? Как это тебе поможет?

Чёрт возьми, он прав. Я просто окажусь в четырех стенах и снова буду измываться над своей психикой, окончательно упуская нити правды. Мне необязательно верить каждому его слову. Достаточно зацепиться за что-то одно, а потом самостоятельно раскрутить клубок хитросплетенных интриг.

— Ты можешь пообещать, что я буду в безопасности рядом с тобой? — наклоняю голову в бок и внимательно разглядываю выражение его лица.

— Конечно. Я не желаю тебе зла, Амелия. Иначе бы не стал спасать от чокнутого идиота, у которого совсем крыша поехала.

— Как ты узнал, где я нахожусь? Вы с ним…знакомы?

— Я следил за тобой. Не подумай превратно — из лучших побуждений. Просто…пока ты была в коме, я навещал тебя в больнице и множество раз замечал Шмидта. Он везде рыскал, как ищейка, готовый голыми руками землю рыть, лишь бы добраться до тебя. Ну, я и решил перестраховаться — поставил в твой телефон маленький чип, который всегда показывал мне твоё местонахождение.

Брайс насмешливо улыбается и отворачивается, концентрируя своё внимание только на дороге. Тихо продолжает, выдавая неуверенность и какую-то опаску, словно не хочет отвечать на мой вопрос:

— У нас с ним тёмная история. Лично мы не знакомы, но я не понаслышке знаю, на что этот гад способен.

— Если ты так переживал за меня, то почему сразу не спас? Почему ждал снаружи?

— Его дом напичкан камерами и оружием. Я не мог ступить на территорию Шмидта — последствия задели бы и тебя.

— Он настолько опасен? — тихо спрашиваю, всё пытаясь осознать, почему его слова так задевают мои чувства.

— Не совсем. Страшнее всего то, что он отчаялся и многое потерял. Поверь, Амелия, люди, которым даже рисковать уже нечем, не знают страха. Они безумны и опасны, — очередная загадочная улыбка.

Я отворачиваюсь и смотрю в окно, замечая, что мы приближаемся к границе города. Обветшалые дома, пожухлая трава и дикие пустыри совсем не радуют. Они наводят на определенные мысли — пугающие и донельзя кровавые.

— Куда мы едем? — я всё никак не могу понять, почему продолжаю вести эту светскую беседу. Ведь не верю ни одному слову — слишком многое не сходится.

Роналд утверждал, что я была одержима им. Погрязла в своей зависимости настолько глубоко, что подставила сестру и разрушила их счастье. Блондин же говорит совсем другие вещи.

Невольно я задаюсь вопросами: «Кто по-настоящему честен со мной? Почему, несмотря на милое и уважительное отношение Брайса, я скорее поверю Рону — мужчине, который приставил к моей шее нож и угрожал расправой?».

— Я хочу кое-что тебе показать. Это место крайне важно для тебя. Возможно, ты сможешь вспомнить хотя бы что-то из нашего совместного прошлого, — укоризненно смотрит в мою сторону, выражая недовольство тем, что я всё еще не чувствую себя в безопасности рядом с ним.

Перед глазами всплывает разговор с мамой. Она ясно дала мне понять, что не знала Брайса и видела его впервые. Даже если я так хотела скрывать наши отношения, то почему не представила его как своего коллегу?

Я обвожу мужчину задумчивым взглядом и с некоторым недоумением спрашиваю:

— Почему я не познакомила тебя с мамой? Это совсем не похоже на меня. Если ты и правда был мне дорог, я бы обязательно нашла выход.

Его руки впиваются в руль, а на лбу появляется испарина. Брайс с едва заметным усилием расслабляется и поворачивается ко мне, натягивая привычную маску доброты:

— Я тоже всегда задавался этим вопросом, хотя и не мог винить тебя. Всё же наша деятельность, мягко говоря, не совсем законная, — иронично продолжает, — и в некоторых ситуациях лучше отказаться от лишних рисков.

— Что это значит?! — в ужасе переспрашиваю.

Голова идёт кругом. Клубок воспоминаний еще сильнее закручивается, накладывая отпечатки даже на самые очевидные моменты. На ум приходят лишь две вещи. Первое — он мне нагло лжёт. Второе — пора делать ноги, вот только я потеряла все ориентиры и даже примерно не могу сказать, насколько далеко мы успели отъехать от дома.

— Сейчас ты всё увидишь, — замечает мою панику и странно улыбается, кивая каким-то своим мыслям.

Мы подъезжаем к небольшому домику. С виду — ничего необычного. Узкие ворота с потёртой краской, один этаж, каменные плиты и кирпичное строение, полуразрушенное и очень древнее. Время точно не пощадило это место, и то, что дом находится посреди заброшенного пустыря, где десятки километров земли покрыты желтоватой травой, пугает меня еще сильнее.

Единственное, что не вызывает отвращения — маленькая лужайка, поросшая сорняками. Видно, что раньше за территорией ухаживали, я даже могу разглядеть ветхие клумбы, сделанные со вкусом, и, увы, потерявшие всякое очарование.

Брайс нажимает что-то на панели и открывает ворота. Мы въезжаем на территорию этого дикого места, и я невольно выдыхаю, отчаянно пытаясь сдержать дрожь.

Мне очень страшно. Страшно пошевелиться и сказать что-то не то. Если он захочет навредить мне — здесь никто не услышит моего крика, даже если я буду молить о помощи через рупор.

— Это место так важно для нас? Дом больше похож на заброшенную лачугу.

— В этом и заключается главный секрет нашего успеха, но не спеши судить по обложке — внутри есть много чего интересного.

Глушит двигатель и выходит из машины. Открывает мою дверь и протягивает ладонь, окидывая меня странным взглядом. Всепоглощающим. Спокойным, терпеливым и в то же время полным пассивной агрессии.

Боже, на что я подписалась.

Глава 6. Амелия не верит незнакомцам

Мы входим внутрь, и я замираю у порога, неловко рассматривая потрёпанную мебель, деревянные столы и стулья, обшарпанные обои грязно-синего цвета и старую технику, покрытую ржавчиной. Осторожно втягиваю носом воздух, ожидая запах сырости и плесени, и с удивлением обнаруживаю приятный аромат мяты и свежести. Дом выглядит крайне неухоженно, тёмная обстановка вызывает озноб по коже.

Мне неприятно здесь находиться, и единственное, чего я хочу — уехать из жуткого места, абсолютно неуютного и покрытого мраком.

— Ты надо мной издеваешься? — резко поворачиваюсь к Брайсу и ловлю едкую усмешку, скрытую в глубине его глаз.

Мужчина хлопает по стене и подзывает меня к себе, мягко шепча:

— Главная ошибка всех людей заключается в том, что они судят лишь по обложке. Просто подожди. Сейчас ты поймешь, о чем я говорю, — подходит к грязному зеркалу с разводами и дергает его в сторону, хватаясь за боковую панель.

Я застываю на месте и не могу поверить своим глазам. Слежу за его манипуляциями и задерживаю дыхание, когда он отодвигает плоскую поверхность в сторону, позволяя мне увидеть прочную металлическую дверь, абсолютно новую и принципиально отличную от обстановки, которая царит в этом доме.