Невинная крошка (СИ) - Ричи Кристина

Она сказала, что прилетает через месяц и теперь у неё новая прихоть. Она насмотрелась на знаменитых актрис и моделей, в тренде беременность, она хочет ребёнка. Я подумал и решил, что, это неплохая идея. Мне нужен наследник. Родит внука — я оставлю всё вам и ему. Родит внучку — тоже хорошо. Я оставлю тебе своё дело и научу всему, у вас будет всё, о чем можно желать. Подумай парень над моими словами. У тебя будет семья, бизнес и власть. Подумай.

Я сижу, и глаз начинает дёргаться, всё тело омертвело, из меня ушла кровь, будто сдал все в банк крови. Он что шутит? Хотя с чувством юмора у него, насколько мне известно, не очень. Его дочь совсем с катушек съехала, зачем ей в 19 лет ребёнок? Она же психичка — следит, как ненормальная, за своим модельным телом. На хрен спрашивается. При чем тут я, пусть беременеет от своих любовников и игрушек.

Я пас, у меня другие планы. Рожать мне будет только Алиса и скорее всего очень часто. Детей будет у нас много, так как я хочу её постоянно. Бешеный голод. Преданный пёс, бля истинная пара как в её любимых романах, о которых она мне говорила раньше. Смешно, ага, вот хер там плавал, мне то не до смеху. Что, мать его, мне делать? «Соберись!» — мысленно даю себе установку.

— Послушай Давид, я не знаю, что там снова придумала Кристина, у нее десять пятниц на неделе. Какой ей ребёнок? Это же человеческая жизнь, его уже назад не сдать, не вернуть. Как же её идеальное тело, которым она так дорожит, её тусовки и вечные путешествия? Мы с ней даже не жили вместе, я её ни разу не тронул в интимном плане. Ты ведь в курсе, я изначально говорил, что это просто фиктивный брак, фамилия не моя. Она, по сути, просто хотела свадьбу и меня как новую сумочку от Prada. Я пошёл тебе навстречу и подписал документы, на большее мы не договаривались.

Видно Давиду не понравился мой посыл. Сижу на диване как на раскалённых углях, очко подгорает. Виду не подаю.

— Я думаю, ты понимаешь, что будет, если ты откажешь ей? Она придёт ко мне, и начнёт мне выносить мозг, а я этого не люблю. Почему ты против? Любой мечтает оказаться на твоём месте! Что с тобой не так, парень? — его тон не предвещает ничего хорошего.

— Я не участвую в этой показухе, хочу развестись с Кристиной, верну квартиру и машину, оставлю тебе все акции. А после исчезну из вашей жизни и её коллекции.

— Ты все — таки подумай от чего решил отказаться. Думаешь, у тебя хватит ума где — то начать свой чистый новый бизнес и получать такую же прибыль? Нет, это сложно. А я знаю, как это, из ничего создать свое дело, сколько надо отдать взамен. Думаешь, я добился этого, не забирая жизни других? Ты ничего не знаешь! Как был щенком, так и остался! — престарелый психопат уже орёт на меня, брызгая слюной.

Смотрю на него и, спокойно встав, разворачиваюсь и иду к двери, к черту все. Я, после смерти родителей, ничего не боюсь. Все, что у меня теперь есть, это Алиса. Моя Алиса. Оборачиваюсь и спокойно смотрю в его звериные глаза. Вена на его лбу пульсирует, как готовая разорваться бомба. Его бесит мое спокойствие, последнее слово за мной:

— Я думаю, нам надо остыть и поговорить позже, ты тоже подумай. Я тебе нечего не должен, я был честен с тобой всегда. Надеюсь на твое здравомыслие.

Закрываю дверь и слышу, как он разносит кабинет. Ухожу. Бедная Лизонька, скоро её аналу достанется от озверевшего члена хозяина.

А мне надо ещё приготовить сюрприз для моей малышки, сделать так, как хотел давно.

Глава 8

Алисия

Даня довозит меня до дома и провожает до двери, боясь, что меня украдут ещё в подъезде, а я думаю, как спастись от разъяренной Ксю. Целует меня в губы и прощается до вечера. Ксюха, открыв рот, стоит и не моргает все это время. Я захожу и улыбаюсь. Хотя нет, я свечусь, как городская новогодняя елка, в которую влупили миллионы. Ничего не могу поделать — моё счастье исходит из меня, не встречая препятствий. Ксеня, очнувшись от оцепенения, перешла в нападение:

— Ты не представляешь, что я пережила за ночь! Не отвечаешь на звонки и смс, я чуть не поседела в свои восемнадцать! Пипец, ты меня напугала! Я думала, тебя таксист увёз и, черт его знает, что сделал. Ты же знаешь, что ты для меня значишь? У меня никого ближе нет, ты единственный человек, которому я могу доверять. Как я до утра дожила, не знаю, — Ксю начинает плакать.

По красным и опухшим глазам видно, что она это делала, не переставая всю ночь, а я лишалась девственности с любимым. Вот это поворот судьбы. Обнимаю её крепко и успокаиваю, гладя по спине.

— Прости меня, пожалуйста, я также бы разносила уже всех и вся за тебя, хотя знаю, что ты себя не дашь в обиду. Меня из клуба увёз Даня к себе, он увидел меня на танцполе и подошёл. Представляешь, в каком я шоке была. Мне надо было узнать, что с ним произошло. Ты же понимаешь.

Ксю успокаивается и размазывает, и без того замученный, вчерашний смоки айс. Я беру влажные салфетки и аккуратно вытираю ей глаза. Потом, смущённо краснея, говорю то, что её удивит:

— Ксю, я вчера девственности лишилась. Точнее, мы вместе с Даней лишились. Он рассказал мне, почему отсутствовал весь год.

Я рассказываю Ксю обо всем, что узнала, а она только успевает наливать водички себе и мне. Лучше бы чего покрепче, но увы — ничего, крепче чая, нет. Сообщаю Ксю о том, что перееду к Дане на время, но за квартиру буду платить с ней, мало ли, что случится. Она обещает, что в случае провала соберёт меня по кускам и даст пенделя в новую жизнь. Но я все же верю, что у нас все получится. Не может не выйти. Мы одно целое. Неделимы.

Остаток дня собираю чемодан. Беру не всё, всегда смогу приехать и взять то, что мне нужно. Звонок Дани выдергивает меня из суматохи сборов. Он уже ждёт в машине у подъезда.

Целую Ксю, она улыбается, открываю дверь и вытаскиваю чемодан и сумку, тяжело. Даня уже стоит в ожидании возле лифта. Берет мои вещи и, подмигивая Ксю, пропускает меня в лифт, она стоит и показывает свой любимый жест двумя пальчиками — типа я за тобой слежу. Двери лифта закрываются, мы едем вниз. Даня резко прижимает меня к стенке и целует так, будто мы не виделись вечность. Я отвечаю, прикусываю ему нижнюю губу и всасываю её, он стонет и ещё сильнее вжимается в меня. Тут лифт сигналит, что мы на первом этаже. Даня отпускает меня, мы выходим.

Едем по ночному городу, Москва никогда не спит. Жизнь кипит и искрится городскими огнями.

Подъезжаем к дому Дани, он берет чемодан и ведёт меня за собой. Возле квартиры он просит завязать глаза повязкой из чёрной шелковой ткани. Интересно, что он задумал. Внутри пробирает дрожь. Надеюсь, не собирается меня посвятить в БДСМ страсть, я не готова к таким нововведениям. Хотя с ним ничего не страшно. Надеваю повязку и жду, слышу, как он открывает дверь и заносит мои сумки, потом берет меня за руку и заводит в квартиру, командует стоять и не снимать повязку.

Дышу как — то быстро и волнительно, знает ведь, что не люблю сюрпризы. Специально меня решил помучать.

— Открывай глаза, любимая, — слышу нежный голос моего родного человечка. Не могу подобрать слов, чтобы описать то, что я чувствую в данный момент.

Я стою посредине гостиной: все в красных воздушных шарах в форме сердца, на полу и в воздухе, лепестки белых роз по всему мраморному полу, букеты стоят в вазах по периметру зала. Данил стоит напротив меня в двух метрах и держит огромный воздушный шар в форме единорога, чтоб его. Разве можно стать ещё счастливее, не знаю. Я стою, улыбка застыла навсегда на моем лице, слезы начинают подступать, часто моргаю, но они не уходят.

Даня подходит и вручает мне единорога, прямо как в детстве.

— Малышка, я так счастлив, что ты наконец — то рядом со мной, теперь моя во всех смыслах. Хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя безумно сильно! Так, что даже страшно, — улыбается мне своей идеальной белозубой улыбкой.

— Спасибо, любимый, я так счастлива, что тоже страшно, — начинаем смеяться.

— Знаешь, я вспомнил, как впервые поцеловал тебя, ты была похожа на маленького ангела: белая шапка с помпоном, белая куртка, белые джинсы и высокие белые кеды с разноцветными шнурками. Солнечные лучи падали тебе на спину, а ты будто светилась. Наша кабинка была на самом верху. Золотая осень. А я смотрел только на тебя.