Его слабость (СИ) - Анина Татьяна

Я стала метаться, вцепилась в руку Лёшки, а он так и не двигался. Шесть здоровых мужиков. У Кости в руках была настоящая бита, а впереди мужик крутил в руках нож-бабочку. Я знала только двоих, но остальные выглядели намного старше.

— Лядь, ты только не беги, а то хуже будет, — оскалился Костя.

— Лёш, — заныла я и уже приготовилась позвать на помощь, но Лёшка резко закрыл мне рот своей ладонью.

— Не паникуй, зайка. Не зови на помощь, обойдутся, — попросил он и стал пятиться к кустам.

Несколько шагов — и шесть мужиков стояли впереди нас, а за нашей спиной были непролазные колючие кусты. Я крепко сжала поддон — единственное оружие в моих руках. Лёша очень бережно отстранил меня от себя, поставив за спиной.

— Почему в прошлый раз так быстро сбежал? — спросил бритоголовый мужик с ножом в руках.

— Должен был смотреть, как тебя в скорую погрузят? — спокойно спросил Лёша и стал расстёгивать пуговицы на манжетах рубахи. — Значит так, мужики, предупреждаю сразу, кто мою женщину хоть пальцем тронет, переломаю все пальцы. Так что к Соне не приближайтесь.

Уроды только посмеивались своими противными ртами. И смотрели то на Лёшу, то на меня.

Страх был настолько леденящим, что мне становилось дурно. Я нервно вздрагивала, и моя нижняя губа затряслась. Я не была трусихой, но и обезбашенной тоже.

Это нереальный перевес!

Один против шестерых!

Сердце неровно стучало, я колебалась от желания заорать во всё горло до попытки сбежать. Прерывисто дыша, я смотрела, как шевелятся руки Лёшки. Он расстёгивал пуговицы.

— Рубаху запачкаете своей вонючей кровью, — сказал Лёша, и я не узнала его голос. Обычно он тихо басил. А здесь хриплый высокий рык с дерзкой и самоуверенной интонацией.

Лёша всегда был не из робкого десятка, когда дело касалось драк. Безбоязненно шёл в бой, если приходилось. Но я бы не сказала, что он любил риск. А теперь сомневалась, что вообще знаю этого мужчину. Двенадцать лет — это срок. Мало ли что было в школьные годы чудесные.

Лёша снял рубаху и кинул мне. А я, открыв рот, смотрела на его спину.

Обалдеть!

Мы в свет фонаря попадали, и мне открылось взгляду нечто невероятное.

Это же чистейший секс для женщины-медика. Такое я видела только на анатомическом муляже в медицинском институте. Иссушенное тело с ярко-выраженными мышцами. Это не просто спорт, такую скульптуру тела могли вывести только изнурительные занятия со скупой пищей. Поэтому он стройный и настолько крепкий, что от лёгкого прикосновения ощущаешь силу. А руки — шедевр мироздания. Что-то первобытное заныло во мне, когда я глядела на мускулатуру, исчерченную венами.

— Не кричи, зайка, и лучше не смотри, — посоветовал Лёша развязным голосом. И стал двигаться.

Он боец.

Не знаю, каких войск, может, он представитель какого-то подпольного клуба, но он был настолько подготовленным, что волосы дыбом встали и мурашки ледяные побежали по телу от его движений.

Сердце останавливалось, когда до ушей доносился хруст костей.

Я не поспевала взглядом за массовой дракой. Пока я ошарашенно прижимала к себе поддон и поджимала одну ногу, чтобы зажаться как можно сильнее, Лёша вырубил двух мужиков, они валялись на дорожке, и я надеялась, что просто без сознания. У одного был разбит нос, свёрнут на бок, и струйка крови вытекала на асфальт. Другой лежал лицом в клумбу, и его рука правая была неестественно вывернута.

Бл*дь! Ну, не везёт мне на мужиков!!!

Лёша лысому расписал ножом лицо, и тот, закрыв его руками, упал на колени. И, пока он это делал, приблизиться к нему не могли. У Лёши не только руки длинные, но и ноги. Пугал он до леденящего ужаса. Я бы закричала, но не от вида крови и сломанных костей, я поняла, что Лёша молотит людей с садистским удовольствием.

Орал мужик, отползая в сторону.

Костя подпрыгнул ко мне. Я на автомате зарядила ему подносом по лицу. Неудачно получилось, я была в кошмарном состоянии безудержного страха.

— Сука, — рыкнул Костя и занёс надо мной руку. Я сразу скрестила запястья над лицом. Такой удар болезненный, я знаю. Но рука носорога до меня не долетела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я предупреждал, — сказал Лёша.

Кровожадно и пугающе отражался свет фонаря в его глазах. Бессмысленный взгляд убийцы. А хищная улыбка напоминала звериный оскал. Приблизительно так я представляла психически больных. Ничего человеческого в лице, неестественная мимика и неописуемое удовольствие от мяса и кровищи.

Ломал он пальцы Кости очень быстро, просто ухватил и вывернул рывком в другую сторону. Это нереальная сила. Я продолжала холодеть от страха. Дышать перестала и только щурилась от ужаса.

Костя не устоял на ногах, и Васин поймал его за волосы. Резкий мощный удар окровавленным кулаком в челюсть.

Зубы вставлять дорого, а челюсть по кусочкам собирать очень тяжело.

Костик упал на дорожку, изо рта выпали зубы и стекала кровь. Он потерял сознание от боли.

Я такого не чувствовала, даже когда в морге трупы резала. Мне не просто дурно стало, у меня едва не случился обморок. Резко отвернулась, покачнувшись.

— Бл*дь, ушлёпки подворотные. Всего измазали, — негодовал мой бывший одноклассник, который… Мамочки! У меня ночевать собрался.

— Лёш, — пискнула я, зажмуриваясь.

— Не бойся, я никого не убил. И зови меня Лешим, зайка, — ответил он и взял меня за руку.

4 

Меня много раз пытались поиметь, но никому не удавалось. Даже Антону, в порыве гнева, не получал своего, потому что насилие – противоестественно и нужно не только силу применять, но и совести не иметь окончательно. У бывшего мужа был страх перед наказанием, он предпочитал насиловать психологически.

Что касается Лешего, то я сама его впустила в свою жизнь и можно сказать, пообещала кучу ништяков в эту ночь.

Так что, фраза «Расслабься и получи удовольствие» мне как раз подходила.

Удовольствие было сомнительным, страх держал в напряжении.

До дома добежали слишком быстро, я даже не успела сообразить, что и как делать с таким «весёлым» мужиком. Как только дверь захлопнулась, и мы оказались в тёмной квартире, мужчина меня припёр к стене.

Свет уличных фонарей лился из окна кухни и немного освещал наши фигуры. Поддон вместе с рубахой от Армани упали на пол, и я чуть не падала на своих каблуках. Меня припёрли к стене у вешалки.

Воняло мужским потом кровью и моими духами. Запах совсем не возбуждал, хотя не был мне противен.

Настырный рот жёстко целовал меня. Язык его стал твёрдым, пронырливым и пытался запихаться мне в горло. Грудь сдавил стальной мужской торс, и твёрдые пальцы крепко держали подбородок, чтобы я не двигала головой.

Леший вначале расстегнул свои брюки. И я как-то, само собой, полезла ему помогать. Наткнулась на твёрдый мужской орган и поняла, что хочу.

Член был внушительного размера, не удивительно, что после Лёши у меня было столько крови. Немного изогнутый и невероятно твёрдый, что в последние время с Антоном не случалось.

Нужно было перестать вспоминать Свина и тем более сравнивать его с другими. Он по всем статьям проигрывал.

Рука залезла мне под юбку. Там такой наряд, который надо одевать и снимать втихаря. Утягивающий комбидресс с панталонами. Корректирующее бельё мало подходит для соблазнения мужчин.

Лёша пытался нащупать хоть одну застёжку и ничего не нашёл. Это его возмутило, он отпрянул от меня. Вытащил из заднего кармана нож, что отобрал у бандита на улице. Резво покрутил бабочкой и оголил лезвие.

– Не бойся, – с плотоядной улыбкой протянул Леший. – Я умею обращаться с холодным оружием.

– Лёша! Я сама сниму, – возмутилась я, с ужасом глядя на сверкающее лезвие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Я не разрезал выродку лицо, только поцарапал, – поделился со мной Леший прекрасной новостью и опустил лезвие, запихав его мне под юбку.

В кровь ударил адреналин, перед глазами появились круги, что таяли во тьме и появлялись вновь. Я просто зажмурилась, и прикусила нижнюю губу.