Киндер-сюрприз для ловеласа (СИ) - Волконская Оксана

Это не укладывалось в общую картину. Даже фотографии в доме Гордеевой ничего не прояснили – за прошедшие лет пять девушка не изменилась совсем. Спрашивать напрямую, почему он ее не помнит, стремно. Если только попытаться как-нибудь хитро вывести на их знакомство. Да, наверное, именно это он сегодня и попробует сделать.

- Занят? – поинтересовался Кирилл, присаживаясь на стул напротив. Он только что отпустил очередного клиента – сегодня Лаврецкому на них явно везло, ни минуты свободной не было.

- Да так, - пожал плечами Антон, не желая признаваться в том, чем занимается. – А что?

- Ты с сыном-то познакомился? – неожиданно спросил Кир. Вчера его в офисе не было – преподавал у своих студентов.

- Да, классный такой пацан, - Вишняков расплылся в довольной улыбке. – Очень смекалистый. Мне кажется, по характеру на меня похож.

- Ну-ну, - хмыкнул себе под нос Лаврецкий, а Вишняков неожиданно взвился:

- Что ты хочешь сказать этим своим «ну-ну»?

- Спокойно, - попросил Кир. – Я сейчас тебе изложу кое-какие факты. Ты меня выслушаешь. Не психуя. И потом уже только будем делать выводы. Идет?

Антон выдохнул и взял себя в руки. Ему не привыкать держать свои эмоции под контролем – иначе грош цена ему как адвокату.

- Рассказывай, - сухо бросил он.

- Я попросил Родиона узнать про эту твою Дарью Гордееву. Все, что можно, - сообщил Кирилл. Родион Константинович – тесть Кира – владел детективным агентством и был сыщиком, что называется, от бога.

- И? – напряженно уточнил Антон. Слишком долго держал эту никому не нужную театральную паузу друг. Словно действительно узнал что-то нехорошее о Даше. И почему-то Вишнякову хотелось сразу же вступиться за девушку, но усилием воли он себя сдерживал. Хотя это и было трудно. Но под ложечкой сосало, словно от дурного предчувствия.

- Дарья Александровна Гордеева, двадцать три года, веб-дизайнер. Окончила университет с красным дипломом, хорошая девочка, в дурных компаниях не гуляла, к уголовке не привлекалась, - спокойно и методично перечислял Кирилл, а Антон вскипел:

- Ты издеваешься, что?

Понятное дело, что Даша никуда не привлекалась. Она слишком чистая для всего этого. И перечисленные другом факты как-то очень уж сильно напоминали глумеж.

- Ты обещал, - напомнил ему Кирилл и продолжил. – Университет заканчивала, что называется, с пузом, судя по всему, у нее срок был около восьми месяцев. Сына Максима родила девятнадцатого июля. Отчество Александрович, я так понимаю, в честь своего отца. Наверное. В графе «отец» стоит прочерк.

- И что такого преступного в том, что ты сказал? Пока все сходится, - не понял Антон. Ему уже порядком надоела эта игра в угадайку. Почему нельзя просто взять и сказать, что в биографии Даши ему не понравилось?

- Видишь ли, конечно, проверить все точки, где вы могли пересечься, никто бы не успел, - продолжил тянуть кота за причинное место Лаврецкий. – Но Родион пробил ближайшее окружение Дарьи. Так, на всякий случай.

- Что, она дочь какого-нибудь мафиози? – не удержался от ехидства Антон. Кирилл кинул на него внимательный взгляд и поправил.

- Не дочь. Сестра.

- Мафиози? – скривил губы в усмешке Вишняков, не веря в эту откровенную чушь. Ну какие мафиози в наше время? Нет, уголовников, конечно, хватает, но где они, а где Даша? И какое вообще отношение это имеет к Максу? Он потянулся к бокалу с кофе, собираясь сделать глоток.

- Лучше бы мафиози, - хмыкнул Кирилл. – Вики Ольшанской.

- Что?!

Стакан дрогнул, и кофе безжалостно заляпало все документы. Но Антон даже не обратил внимания, ошарашенно глядя на Кирилла.

- Дарья Гордеева – троюродная сестра Вики Ольшанской, - повnataторил Лаврецкий, довольный произведенным впечатлением. Антон несколько раз моргнул и витиевато выругался. А Кирилл, словно желая его добить, добавил:

- А теперь скажи-ка мне, дорогой мой друг. Какова вероятность, что ты спал с троюродной сестрой своей бывшей девушки, да еще и сделал ей ребенка? Я вот лично в такие совпадения не верю.

- Твою мать!

глава 12

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Сестричка, а ты хоть в курсе, что вчера на меня из-за тебя наорали? – негромко полюбопытствовала Вика, забираясь с ногами на диван и обращаясь к Максу. – Ах ты мой сладкий зайчик! Иди ко мне, будем обниматься!

Макс, который позиционировал себя как настоящий почти взрослый мужик, о своем гордом статусе забыл и полез к крестной на колени.

- Обнимашки! – радостно проговорил он, целуя ее в щеку. – Смотли, какой у меня Яда есть!

Вика с трудом подавила смешок, глядя на магистра «Яду». Как правило, малыш уже не так часто корявил слова, но в данном случае это было довольно метко.

- Ух какой! – восхитилась она. – Кто подарил?

- Дядя Тон! – важно проговорил ребенок, а Даша снова вздохнула. Вот как ей при ребенке высказать своей сестренке все, что она думает об этой авантюре? Макс же только так слова запоминает.

- А тебе нравится дядя Тон? – хитро спросила Ольшанская. Макс важно кивнул и, еще немного пообнимаясь с крестной, гордо удалился по своим важным детским делам – играть. Вика в задумчивости проводила ребенка взглядом.

- Вот это дядя Тон у нас дает, - хмыкнула она.

- Кстати, а кто на тебя орал? – вспомнила Даша. Теперь, когда говорить было можно, слова почему-то находились с трудом.

- Наш непревзойденный дядя Тон, - по губам Вики скользнула довольная улыбка. – Я назвала тебя аферисткой, которая хочет срубить бабла. Он встал на твою защиту и с пеной у рта утверждал, что ты не такая.

- Нуты! Ты! – Даша, не выдержав, швырнула в нее подушку. – У меня просто слов нет! Ты во все это меня втянула, а теперь еще аферисткой окрестила?!

- Вот не надо! – Вика перехватила снаряд и довольно улыбнулась. – Я его только напугать немного хотела. Кто ж знал, что вы с Максом так его очаруете? Да блин, это же Вишняков, он на другой конец света от вас должен был сбежать. А он уже роль папашки на себя примеряет. И только ли папаши? – кинула она внимательный взгляд на родственницу. Та нахмурилась и тихо сказала:

- Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, Вика. С этим пора заканчивать. Будем считать, что твоя месть не удалась.

Голос звучал решительно, вот только что подействует за прерывом столь жестокого розыгрыша не представляла. Да и как он произойдет, это разрыв? Просто исчезнет, перестанет отвечать на сообщения Антона? Но он знает, где она живет. И, если она ему и даром не нужна, то Макса он считает своим сыном и, наверняка, будет пытаться выяснить причину. Сказать ему, что обманула? Страшно. До ужаса, до замирания сердца страшно представить его реакцию, презрение в его взгляде.

Когда она соглашалась на уговоры сестры было все куда как проще. Почему бы и не наказать немного легкомысленного бабника, из-за которого умудрилась вляпаться в проблемы и ее сестра, и его собственная? Об Антоне Вишнякове Даша раньше только слышала, и образ у нее сложился не слишком положительный. Легкомысленный, необязательный, не просчитывающий последствия своих поступков. Оставалось только удивляться, как он, при таких качествах, умудрялся довольно успешно работать в столь сложной сфере, как юриспруденция.

И насколько же это все оказалось далеко от того Антона, что она постепенно узнавала! Он даже по каким-то причинам он ее вообще не помнит. Не потребовал тест ДНК, хотя мог бы. Нет, вместо этого он начал искать подход к Максу и к ней самой. Удивительное дело! И с каждой встречей с ним Дашу все больше терзало чувство вины и опасение, что она привяжется к этому человеку. И – что хуже – привяжется Макс. А делать этого ну никак нельзя!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Даша, подожди, - Вика умоляюще на нее посмотрела. – Еще пару дней хотя бы. Ты понимаешь, что он, возможно, в самом деле на тебя запал?

- А ты понимаешь, что чужие судьбы – это не игрушки? – парировала хозяйка дома. – Ольшанская, я все понимаю. Он сглупил, подставил и тебя, и Марго. Но Марго, насколько я понимаю, уже его простила?