Анна Тодд - После

Ознакомительный фрагмент

Еще раз окинув взглядом отражение в зеркале, отправляюсь на свое первое занятие. Хорошо, что я изучила карту кампуса и знаю, что до нужного учебного корпуса всего двадцать минут ходьбы. Захожу в свою первую аудиторию, а там – один человек.

Поскольку он, по всей видимости, тоже решил прийти заранее, подсаживаюсь к нему. Он может стать моим первым другом.

– Где все? – спрашиваю я, и он улыбается. Его улыбка сразу меня успокаивает.

– Наверно, вокруг кампуса бегают, чтобы раньше времени не прийти, – шутит он, и я сразу же проникаюсь к нему симпатией. Это тот, кто мне нужен.

– Я Тесса Янг, – говорю я и приветливо улыбаюсь.

– Лэндон Гибсон, – отвечает он мне с такой же замечательной улыбкой, как и в первый раз.

В оставшееся до начала занятия время мы болтаем. Я узнаю, что он в группе английского, как и я, и у него есть девушка по имени Дакота. Лэндон не подкалывает меня и не удивляется, когда я говорю, что Ной младше меня на год. Кажется, он тот, с кем я хотела бы общаться. Когда аудитория начинает заполняться, мы с Лэндоном знакомимся с преподавателем.

В течение дня я начинаю жалеть, что взяла пять курсов по выбору вместо четырех. Тороплюсь на лекцию по британской литературе – слава богу, это последняя лекция на сегодня – и едва успеваю вовремя. С радостью вижу в первом ряду Лэндона, и место рядом с ним не занято.

– Привет, опять ты, – улыбается он мне, когда я сажусь.

Профессор начинает лекцию: излагает учебный план на семестр и кратко рассказывает, как он стал профессором и как этому рад. Мне нравится, что, в отличие от школы, в колледже не заставляют студентов вставать перед классом и представляться или делать другие ненужные глупости.

В середине рассказа о списке обязательной литературы скрипит дверь, и я едва не вскрикиваю при виде Хардина.

– Просто прекрасно, – с сарказмом бормочу я.

– Ты знаешь Хардина? – спрашивает Лэндон.

Хардин, видимо, известен всему кампусу, раз его знает даже такой замечательный парень, как Лэндон.

– Типа того. Моя соседка с ним дружит. Но мне он не нравится, – шепчу я.

Как раз в этот момент взгляд Хардина упирается в меня, и я начинаю волноваться, что он меня слышал. Что он теперь будет делать? А вообще, даже если и так – не похоже, что ему есть дело до того, как я к нему отношусь.

Мне любопытно, что Лэндон слышал о нем, и я не могу удержаться от вопроса.

– А ты его знаешь?

– Да… он… – Лэндон обрывает фразу и оглядывается.

Смотрю туда же и вижу Хардина, развалившегося за соседней партой. Лэндон замолкает и внимательно слушает профессора вместе с остальным классом.

– На сегодня все. Увидимся в среду, – говорит профессор Хилл, отпуская нас.

На улице я сообщаю Лэндону:

– Кажется, этот предмет станет моим любимым. – И он кивает.

Но меняется в лице, когда мы видим, что рядом с нами идет Хардин.

– Тебе чего? – спрашиваю я его, стараясь быть такой же грубой, как и он.

Но прием не действует, или у меня не те интонации; Хардина вопрос, кажется, только развеселил.

– Ничего. Так. Я рад, что у нас общие лекции, – насмешливо говорит он и проводит рукой по волосам, отбрасывая их со лба.

Замечаю на его запястье символ бесконечности, но он отпускает руку прежде, чем я успеваю еще что-нибудь разглядеть.

– Пока, Тесса, – словно извиняясь, говорит Лэндон.

– Ты умудрилась найти себе в друзья главного неудачника, – говорит Хардин, глядя ему вслед.

– Не говори так, он славный парень. Не то, что ты.

Сама удивляюсь своей грубости. Хардин на меня плохо влияет.

Он поворачивается ко мне.

– А ты с каждым разом все злее, Тереза.

– Если ты еще раз назовешь меня Терезой… – предупреждаю я, и он смеется.

Стараюсь представить его без пирсинга и тату. Даже с ними он симпатичный, но ужасный характер все портит.

Мы сворачиваем к моему корпусу общежития, но через двадцать шагов он кричит мне:

– Хватит на меня таращиться! – поворачивает за угол и исчезает до того, как я успеваю придумать ответ.

Глава 14

После нескольких изнурительных, но увлекательных дней наступает пятница, конец первой учебной недели. Я довольна тем, как она прошла; можно посмотреть в выходные какое-нибудь кино, когда Стеф будет на вечеринке. У меня есть учебные планы на семестр, что очень упрощает жизнь, потому что я могу многое сделать заранее. Беру сумку и выхожу пораньше: выпью кофе, заряжусь энергией на выходные.

– Ты Тесса? – окликает меня женский голос из очереди.

Оборачиваюсь и вижу девушку с розовыми волосами. Молли, кажется.

– Да. Это я, – бурчу, отвернувшись к кассе, чтобы избежать дальнейшего разговора.

– Пойдешь сегодня вечером на вечеринку? – спрашивает она.

Должно быть, издевается. Только я открываю рот, чтобы отказаться, как она говорит:

– Приходи, будет здорово.

Молли перебирает пальцами по большой вытатуированной фее у себя на плече.

Я на минуту задумываюсь и все же качаю головой:

– Извини, у меня на сегодня другие планы.

– Жаль. А Зед хотел тебя видеть. – Я не могу удержаться от улыбки, и она тоже улыбается. – Что? Он только вчера о тебе говорил.

– Не думаю, что… Даже если и так, у меня есть парень, – отвечаю я, но ее улыбка только делается шире.

– Жаль, а то можно было бы объединиться, – двусмысленно говорит она, и я внутренне благодарю бога, что на кассе называют мой заказ.

В спешке хватаю чашку, и горячий кофе проливается мне на руку. Чертыхаюсь, надеясь, что выходные не продолжатся так же, как начались. Молли машет мне, отвечаю ей вежливой улыбкой и выхожу из кафе. Ее слова не выходят у меня из головы. Объединиться с кем? С ней и Хардином? Они действительно знакомы? Зед, конечно, красавчик, но у меня есть Ной, и я не буду заставлять его страдать. Да, на этой неделе мы мало общались, но это потому, что оба были заняты. Решаю, что надо позвонить ему вечером и узнать, как он там без меня.

После конфуза с чашкой и встречи с мисс Розовые Кудри день вроде бы выправляется.

Мы с Лэндоном договаривались встретиться в кафе перед занятиями, и когда я подхожу, он с улыбкой ждет меня, прислонившись к стене.

– Я уйду с лекции через полчаса. Забыл сказать, сегодня лечу домой на выходные, – говорит он.

Я рада, что Лэндону удастся встретиться с Дакотой, но то, что придется сидеть на британской литературе в одиночестве, мне совсем не нравится. Особенно, если на лекцию заявится Хардин. В среду его не было, насколько я помню.