Люсинда Эдмондз - Ангел в аду

Они проехали две мили до ресторана и сели за столик.

– Ну, мисс Мери Шорт. Господи! Откуда ты откопала это имя, Энид Блайтон? Съешьте ваше филе, а потом мы приступим к действительно интересному рассказу о том, почему ты избавилась от своих прекрасных волос, уже не говоря о твоих бровях цвета грязи, – он посмотрел на нее сквозь вилку, на которую был нацеплен кусочек форели. – Кажется, странствующий рыцарь еще раз вернулся в твою жизнь, пока не стало слишком поздно.

И Джина рассказала ему все. Это заняло остаток ужина, дорогу домой на машине, которую вел Чарли, так что Джина могла сосредоточиться, и полбутылки бренди, выпитую, сидя перед камином. Она рассказала об изнасиловании и о том, что Джонни пытался шантажировать ее, о смерти Фрэнки и своей матери, а закончила признанием Даниэля. Рассказывая, она почувствовала огромную печаль и сожаление. Она разрыдалась. Чарли нежно обнял ее, и она плакала у него на груди.

– О, Чарли! Я всю жизнь мечтала иметь отца, и вот теперь, когда я нашла его, я была так переполнена злостью за то, что он сделал, что никогда больше не захочу видеть его. Я потеряла его навсегда, а ведь мы так нуждаемся друг в друге. Он любил Фрэнки так же сильно, как я.

Молча Чарли слушал, как Джина изливает ему свою боль, которую она держала в самой глубине своего сердца. Он знал, что поможет ей сейчас только освобождение от этих горьких мыслей и воспоминаний.

– Мне казалось, что, начав новую жизнь, я смогу забыть о прошлом, но от него невозможно убежать, ведь так? – Джина подняла голову и робко взглянула на него.

Чарли улыбнулся ей и погладил по голове.

– Нет, мой ангел, не убежать, но, свернув с пути, по которому ты шла, ты сделаешь гигантский шаг в правильном направлении. Моя бедняжка, если бы ты только рассказала об этом раньше, ведь ты знаешь, я бы помог тебе. Ты со многим справилась сама, – он нагнулся очень близко к ее лицу. – Джина, я сейчас хочу сделать то, о чем мечтал еще с тех пор, как впервые увидел тебя, маленькую брошенную девочку, от всего сердца рыдающую о другом мужчине, десять лет назад. Я хочу поцеловать тебя.

В первый раз он нежно поцеловал ее в губы, затем сильнее. Он с трудом сдерживал себя от того, чтобы не сорвать с нее одежду. Но он так долго ждал этого, что ему хотелось насладиться каждой секундой. Он поднял ее на руки и понес наверх.

Медленно раздевая ее, он нежно целовал и прикасался к этому прекрасному телу, о котором мечтал так много лет.

Джина молила Чарли войти в нее, пока она окончательно не сошла с ума. Позже она лежала в его объятиях и слушала пение птиц на заре.

Джина знала – она наконец-то вернулась домой.

Глава 65

После недели, наполненной страстью и счастьем, Джина и Чарли с ужасом думали о расставании. В воскресенье вечером Чарли необходимо было уезжать в Лондон, чтобы к девяти утра быть на репетиции.

– Мой ангел, мысль о том, что придется покинуть тебя, приводит меня в ужас.

– И меня тоже, – вздохнула Джина.

– Как часто ты бываешь в Лондоне по делам?

– Обычно, раз в неделю.

– Дорогая, мне будет очень трудно вырваться к тебе следующие несколько недель, ведь премьера в «Национале» уже очень близко. Но, с другой стороны… – Чарли взглянул на нее, свернувшуюся клубочком у него на коленях. Он нежно провел рукой по ее волосам. – Ты можешь попросить своего босса, чтобы он перевел тебя в лондонский офис?

– Чарли, я сама себе босс.

– Точно. У меня есть замечательный маленький домик, который я снимаю у моего друга из «Националя». Могу обеспечить тебе проживание.

Джина повернулась к Чарли и посмотрела на него.

– Ты просишь, чтобы я переехала в Лондон и жила с тобой?

– Я знаю, это слишком поспешно с моей стороны, ведь я знаю тебя всего лишь десять лет, но короче – да.

Джина откинулась назад и задумалась над его предложением. Деловая мудрость подсказывала ей, что управлять делами из Лондона будет очень легко. И к тому же, это замечательно – быть с Чарли каждый вечер и каждую ночь. Но не слишком ли все быстро? Нет, как сказал Чарли, десять лет – достаточный срок, и она не хотела больше терять ни одной минуты.

– Сэр, я смиренно принимаю ваше предложение предоставить мне крышу над головой. Я присоединюсь к вам в Лондоне, как только смогу.

– Джина, дорогая! Ты не пожалеешь об этом, обещаю! – Чарли крепко прижал ее к себе.

Джина прижалась губами к его губам.

– Я люблю тебя, Чарли.

– И я тебя, мой ангел.

Хилли была в некотором замешательстве, но очень обрадовалась, когда через неделю после того обеда Джина объявила, что переезжает в Лондон, и будет жить с Чарли.

– Что я могу сказать, Джина? Ты ведь от меня ничего не скрываешь?

Джина поняла, что пришло время рассказать Хилли всю правду. И не только о Чарли, но и о ее реальной личности. Она заказала столик в китайском ресторанчике недалеко от их магазина на Ковент-Гарден и заказала Хилли большую порцию джина с тоником.

– Я собираюсь рассказать тебе одну историю. Она несколько эксцентрична, но, надеюсь, ты поймешь. Меня не всегда звали Мери Шорт. Раньше я была актрисой, и мое имя было Джина Шоу. Я играла на сцене Вест Энда и в Голливуде снялась в одном фильме. Чарли я знаю с девятнадцати лет, мы вместе учились в школе драмы в Лондоне. Он был режиссером и автором спектакля «Ангел в аду», в котором я играла несколько лет назад главную роль. Мои волосы действительно не каштановые, а светлые.

Хилли допила свой джин с тоником большими глотками.

– Я чувствовала, что твое лицо мне очень знакомо. Джина Шоу, о мой Бог! Дай мне подумать, – Хилли замолчала. – Вспомнила! Не собиралась ли ты замуж за лорда? Мне помнится, об этом писали все газеты.

– Да.

– Ну, Мери, то есть, Джина, тогда мне придется спросить тебя, какого черта ты делала в бизнес-колледже в Лейкстере и во всех этих местах?

– Надеюсь, ты представляешь, что это очень длинная история, и чтобы все объяснить, понадобится больше часа. Честно говоря, я очень разочаровалась в профессии актера. Со мной произошла не очень приятная история. Мне хотелось коренным образом изменить свою жизнь.

– Настолько коренным, что тебе пришлось проститься со своими замечательными длинными волосами, – проворчала Хилли.

Джина улыбнулась, благодарная Хилли за то, что она не пытается вторгнуться в самые глубины ее прошлого.

– Значит, ты собираешься вернуть свое имя и свою личность, или останешься Мери Шорт, которую все знают и любят в «Милли»?

– На работе я буду Мери Шорт. Думаю, наши работники будут несколько смущены, если узнают мое настоящее имя?

– Согласна. Надо сказать, Джина Шоу, что я принимаю все очень близко к сердцу, и ты должна мне за это еще одну порцию джина с тоником.