Обречён любить тебя (СИ) - Мелевич Яна

Женщина в рубашке — это сексуально. Особенно когда она мужская и идеально очерчивает фигуру. Влад даже не подозревал, что неуклюжая девчонка-фрик сумеет вырасти в красавицу. При этом Наташа носила каре, красила волосы в фиолетовый, а по телу красовались яркие татуировки — все то, что он так не любил.

Зато его клетчатая красная рубашка превращала минусы в плюсы.

— Будем жрать, рыдать в подушку и ждать помощи извне? — иронично спросила Степанова, постучав ногтем по плоскому экрану ультра-планшета.

Система должна была перезагрузиться через несколько часов после отката к исходным данным. А значит, хотела она или нет, придется провести с Владом Радовым некоторое время.

— Можем сыграть в «Крестики-нолики» или «Морской бой», — отвернулся от нее Влад, поднимаясь с дивана, и встал рядом со стеной, где цифровая фоторамка отражала его грамоты.

— Это что еще за фигня? — вскинула брови Степанова.

— Игры такие. Логические, — задрал нос Радов, — папа в детстве показывал.

— Тогда не будем, — отмахнулась Наташа.

— Почему? 

— Сам сказал: логические. Где ты и логика?

Влад закатил глаза и замолчал, не желая больше спорить. Во-первых, бессмысленно. На каждое его слово у Наташи было десять оскорбительных шуток. Во-вторых, он действительно почувствовал себя зверем в клетке. Нет, не из-за скрытой клаустрофобии. Когда рядом с парнем в расцвете лет появляется симпатичная девушка, у которой под одеждой отсутствует белье — это может плохо закончиться. Тем более речь шла о Наталье Степановой — девице сумасшедшей и неадекватной. Вдруг она потом создаст фейковое дело и его, опять же, заберут спецслужбы на таинственный остров? А у него расследование по хищениям из городского бюджета бывшим мэром. Некогда Владу с девчачьими обидами потом разбираться, слишком многое он должен успеть.

Например, получить Пулитцера.

— Тебе еще не дали эту награду за бабкины сплетни на лавочке?

— А? — удивленно повернул голову Влад. Его взгляд упал туда, где маленькие пуговички оставались расстегнутыми и демонстрировали идеальное декольте.

— Пулитцер, — напомнила Наташа, щелкнув пальцами перед его носом, и Радов моргнул. — Сказал, что хочешь получить его. Это же журналистская награда за желтые сплетни, — с отвращением произнесла она.

В ответ Влад надулся и обиженно засопел, словно она плюнула ему в душу и потопталась грязными ботинками по святому.

— Неправда. Очень престижная награда. Все лучше, чем сутками за железяками просиживать и двоичные коды писать.

— Как ты выразился «просиживать за железяками и коды писать», — Наташа показала в воздухе кавычки и громко фыркнула. — Позволяет современному обществу жить в комфорте. Мы делаем ваш мир удобным.

Она обвела рукой его гостиную и кивнула на датчики, встроенные в потолок. Сигнализация, пожарная система, свет, газ, электричество, вода — большая часть получаемых благ зависела от правильной работы компьютеров. Базы данных с личной информацией, электронная почта, документы в облаках — Влад видел бумажные носители только в редких случаях. Давно никто не использовал устаревшие способы передачи информации, люди забыли, каково жить без роботов и бортовых компьютеров.

Но все равно Влад не считал это чем-то великим. Сейчас каждый второй шел в разработчики или дизайнеры. Многие всерьез говорили, что пора бы заменить людей творческой профессии на роботов и андроидов. Хотя он слабо себе представлял, как машина будет писать книги или сочинять музыку. Нет, Влад знал. Только души в таких произведениях не было. Как и в статьях, написанных искусственным интеллектом. Да ни один Си-2346 не смог разоблачить Валентина Копейкина так, чтобы затронуть миллионы подписчиков. И это в мире, где люди совершенно отвыкли читать что-то сложнее всплывающего баннера с парой рекламных слоганов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А я занимаюсь тем, что ищу правду, — огрызнулся он. — И делаю свою работу хорошо. Никогда не занимался сбором сплетен и не собираюсь.

Наташа почувствовала укол вины. Пора зарыть топор войны и прекратить ругаться без повода. Они же давно не дети, сколько можно. Откровенно говоря, самой Степановой постоянные склоки с Радовым доставляли значительные неудобства. Когда ты, выскочка из среднего класса, поднимаешься до уровня богатых и знаменитых — это никому не нравится. В их вселенной нет места чужакам. Так было в школе, ничего не поменялось в университете, а потом и жизни.

Лишь в мире Влада Радова можно выкинуть чей-то портфель в утиль и думать, что это просто вещь. А для родителей Наташи обучение в элитной гимназии без того являлось вечной кредитной ямой.

— Знаешь, я…

— Хочу сказать…

Они начали одновременно и резко замолчали. Посмотрели друг другу в глаза, озадаченно подбирая правильные слова для последующего разговора. Одна провокация — новая ссора обеспечена. Влад думал, что Наташа жаждет его крови. А она считала, будто Радову просто нравилось над ней издеваться.

— «Крестики-нолики»? — с надеждой предложил Влад.

— Давай лучше «Морской бой». Звучит в несколько раз интереснее.

Глава 0.4. Сбой в системе

— Е-15.

— Мимо. Б-5?

— Убит.

Влад посмотрел на Наташу, сидящую по-турецки на диване. Она задумчиво грызла кончик маркера с зеленкой и периодически выводила какие-то формулы по краям интерактивной мини-доски. Тяжело вздохнув, Радов перечеркнул последний корабль — четырехпалубный линкор. Победа осталась за Наташей.

Ни ручек, ни фломастеров в доме Влада не нашлось, поэтому он вспомнил о наличии в аптечке доисторических средств по оказанию первой помощи, подаренных бабушкой. Почему-то Станислава Аркадьевна была уверена, что подобный хлам нужен ее внукам позарез. Так что Радов-младший мог похвастаться наличием перекиси в капсулах и маркеров с йодом и зеленкой. А его брат Андрей — целой стопкой вязаных свитеров с оленями на дне шкафа.

Пока они играли, перепачкали все: кожаную обивку дивана, стеклянный журнальный столик, светлый паркет и даже домашнего робота-помощника. Никогда еще глупая игра не доставляла Владу столько удовольствия. Вроде бы ничего особенного: сиди себе, клетки закрашивай и отчитывайся — попали или нет. Но настолько волнующе и увлекательно, будто они в режиме реального времени бились друг с другом в море.

— Ладно, признавайся. Не могла ты выиграть с первого раза, — проворчал он, откладывая доску и потягиваясь. Его домашний свитер немного задрался, оголяя полоску кожи, и Влад заметил интерес во взгляде Наташи. Ничто не чесало мужское самолюбие, как восторги женщин при виде его пресса. Хоть он и не выглядел выдающимся, как описывали писательницы любовных романов.

— Новичкам везет, — облизнула Степанова пересохшие губы и судорожно вздохнула.

Демоны раздери этого Радова с его смазливой мордашкой. Ей ведь никогда не нравились рыжеволосые парни. А у этого еще веснушки имелись в приличном количестве на светлой коже, хоть совсем его не портили. Нос ровный, нижняя губа чуть полнее верхней, а на щеках и подбородке щетина в цвет волос — ярких, как закат. В голубых глазах сверкнула хитринка — он явно заметил ее разглядывания и гордо приосанился. Надул щеки, погладил подушечками пальцев четкую линию подбородка, а меж бровей появилась складка, до которой ей хотелось коснуться.

— Врешь, — промурлыкал Влад и схватил с пола декоративную подушку. Еще парочка лежала рядом для удобства его пятой точки, обтянутой узкими джинсами.

— Ладно, — протянула Степанова и подняла взгляд на зеркальный потолок. — Скажи честно, извращенная тяга смотреть на себя в зеркало сыграла с тобой злую шутку. — усмехнулась она.

Радов задрал голову и недовольно цыкнул.

— Ты сжульничала, — возмутился он, бросая в нее подушку. Декоративный снаряд ударился об стену чуть выше головы хохотнувшей Наташи.

— Это тебе карма отомстила за делишки пошлые. Признавайся, любишь смотреть живое порно со своим участием? — ехидно поинтересовалась она, а затем с визгом подскочила и бросилась из гостиной в коридор, спасаясь от других подушек.