Фред Стюарт - Блеск и будни

— О, нет, милорд.

— …но за эти несколько недель я очень хорошо узнал Лондон. Держу пари, что я знаю его гораздо лучше, нежели большинство других аристократов, моих коллег по палате лордов, нога которых не бывала не только в Уайтчапеле, но и других местах, за исключением Вест Энда. Мне хочется посмотреть, как живут бедняки в этой стране. Потому что как же я им смогу помочь, если ничего о них не знаю? А я хочу помочь им. Вот почему я и занялся политикой.

— Мистер Ридли? — Голос принадлежал Дороти, одной из посудомоек, которая появилась у лестницы, ведущей в подвальное помещение. — Прошу прощения, но под заднюю дверь только что подсунули вот этот конверт.

— Он адресован вам, милорд, — сообщил дворецкий, возвращаясь к Адаму и вручая ему конверт.

Адам вскрыл конверт и вытащил оттуда записку.

«Понтефракт, — было грубо нацарапано на листке бумаги, — в наших руках ваша дочь Аманда. С ней ничего не случится, если вы не станете выступать в палате лордов о рабовладении. А если выступите, Аманда умрет».

Под запиской стояла подпись: «Друзья Конфедерации».

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Часом позже Адам, одетый в свою обычную одежду, остановил свою карету у дома номер четыре Уайтхолл Плейс. Он выпрыгнул из экипажа и бегом бросился к двери в приемную Скотланд-Ярда.

— Маркиз Понтефракт хотел бы видеть инспектора Куэда, — выпалил он дежурному. Молодой полицейский вытаращил глаза.

— Лорт Понтефракт? — переспросил он. — Герой Каунпура?

— Он самый.

Дежурный чуть не подпрыгнул на скамье, чтобы дотянуться и пожать руку Адама.

— Это большое событие в моей жизни, сэр! Для меня честь познакомиться с вами. Моего дядю убили при Мееруте, да, кровожадные шакалы.

— Да, эх, будьте любезны — срочное дело.

— Вы правы! Пройдите сюда. Вот это да, лорд Понтефракт! Когда я расскажу жене об этом, она же не поверит.

Он провел Адама по короткому коридору к небольшому кабинету с правой стороны.

— Инспектор, вас желает видеть лорд Понтефракт.

Адам, сняв шляпу, вошел в кабинет, который был уставлен книжными шкафами с юридической литературой и томами об уголовных расследованиях, включая две последние публикации: «Записная книжка детектива» и «Дневник бывшего сыщика». Обе работы написаны неким Чарльзом Мартелем. А также статья Чарльза Диккенса, опубликованная в периодическом издании «Слова для дома» под заголовком «Современная наука поимки воров». Лежали также несколько экземпляров нового вида изданий — полицейских романов. Адам уже больше четырех лет не видел инспектора Куэда, с тех пор как они вместе распутывали дело «Убийство на торфяниках», но инспектор за это время нисколько не изменился. Приземистый, жилистый мужичок с каштановыми волосами, с ярким румянцем на щеках… довольно косым взглядом. Правда, с тех пор он отрастил себе усы. Он обошел заваленный бумагами стол, чтобы пожать Адаму руку.

— Милорд, счастлив опять увидеть вас. Надеюсь, что не возникло новых осложнений?

— В том-то и дело, что возникли. Вот эту записку принесли в мой дом час назад.

Адам, одетый в теплый плащ, вынул из внутреннего кармана пиджака бумажник, извлек оттуда листок бумаги и подал его инспектору, который быстро прочитал записку.

— Аманда — ваша дочь от миссис Кавана? — спросил он.

— Да, хотя я пытаюсь не разглашать это. Я направил телеграмму в Эр с просьбой подтвердить, действительно ли она была похищена, но у меня нет в этом сомнений. У меня также нет сомнений, что за этим стоит тот же самый негодяй, который выдвинул лживые обвинения против матери Аманды.

— Генерал Уитни? Да, я слышал, что он сейчас в Англии.

— «Друзья Конфедерации», несомненно, указывают на то, что это он. По дороге в Скотланд-Ярд я остановился у гостиницы «Кларидж», где Уитни снял себе номер. Он выехал четыре дня назад и отправился в Манчестер. Оставил свой новый адрес — зятя миссис Кавана, Гораса Белладона, до востребования.

— Из компании «Белладон Текстайлз»? У нас есть кое-какие материалы на него. Простите, милорд, если меня не подводит память, мы завели на него досье.

Инспектор ушел в помещение, где находилась картотека. Адам с нетерпением ждал его. Он знал, что столичная полиция была создана тридцать лет назад сэром Робертом Пилом для борьбы с уголовщиной в Лондоне. Ее центральное помещение было названо Скотланд-Ярдом потому, что оно разместилось на том месте, где во времена саксонских королей останавливались короли Шотландии. Он знал также, что все преступления в Лондоне расследовались горсткой из восьми одетых в гражданское инспекторов, которые зарабатывали сто фунтов стерлингов в год. Лучшим из них считался инспектор Куэд, который помог Адаму спасти Лизу от виселицы.

— Вот это досье, — сказал Куэд, кладя принесенную папку на стол. — Так я и думал. Мистер Белладон кичится званием председателя Ассоциации производителей Северной Англии. Но он настоящий негодяй. Два года назад произошла общая забастовка на двух его фабриках — у него чуть ли не самые низкие заработки в этой отрасли промышленности, между прочим. Через четыре дня он пригласил парней Рога.

— Кто они такие?

— Банда злодеев, которые нанимаются в качестве профессиональных штрейкбрехеров. Использование такого рода людей — довольно распространенная практика среди промышленников. В последовавших скандальных схватках пострадало в общей сложности четырнадцать рабочих Белладона, включая двенадцатилетнего мальчишку, которому проломили череп.

— Двенадцатилетний мальчик? А как же с законом лорда Шафтесбери о запрещении использования детского труда?

Куэд стрельнул в него взглядом.

— Милорд, если вы думаете, что эти законы претворяются в жизнь, то вы либо наивны, либо плохо информированы. Такие беспринципные фабриканты, как Белладон, творят, что хотят. Если их застукают, они платят штраф и продолжают вести дело по-своему. К тому же Белладон делает большие взносы в кассу либеральной партии. Считается, что член палаты общин от Манчестера у него в кармане, так же как и мэр. Белладону сходит с рук многое…

— Он может быть причастен к этому похищению?

— Такой его поступок не удивил бы меня. Факт состоит в том, что он уже раньше использовал парней Рога, поэтому не исключается, что он нанял их опять. И если это так, то у нас, возможно, имеется зацепка. Я направлю телеграмму начальнику полиции Манчестера. Возможно, завтра утром у меня будут для вас новости. Я направлю также телеграмму в полицейский участок, но боюсь, что на данный момент большего мы сделать не сможем. Полагаю, что никто из ваших слуг не заметил человека, который доставил эту записку в ваш дом?