Кэти Келли - Уроки разбитых сердец

— Я знаю. — Лицо Джейми окаменело.

— Прекрасно, значит, вы знаете, какая она замечательная девушка. — Лили и сама не понимала, зачем это делает, зачем предлагает Джейми переключиться на Дайану. Просто в этом морском офицере было все, что нравилось Дайане в мужчинах, а Лили любила подругу как родную сестру. Дайана искала свою любовь, а Джейми (Лили невольно вздохнула, признавая это) подходил ей как нельзя лучше. В нем было нечто особенное.

— Вы отсылаете меня танцевать с Дайаной? — Похоже, предложение Лили показалось Джейми забавным. Уголки его губ чуть дрогнули.

Заметив это, Лили неожиданно разозлилась. Что тут смешного, скажите на милость?

— Дайана подходит вам куда больше, — отрезала она. Черт, это прозвучало двусмысленно. — Я хотела сказать, у вас общие…

— Общие корни, — подсказал Джейми.

— Да.

Они отошли от танцующих в другой конец комнаты, где гости сидели на диванах и стульях, беседовали и пили коктейли.

— А для вас это важно? — спросил Джейми. — Я имею в виду корни?

— Готова поспорить, что это важно для вас.

— Вовсе нет. Главное, что за человек рядом.

— Что ж, желаю удачи в поисках подходящего человека. — Лили снисходительно кивнула и присела рядом с Дафной, незамужней тетушкой Дайаны, совершенно глухой, хоть и носившей слуховой аппарат.

«Так ему и надо», — мстительно подумала Лили, выкрикивая приветствия на ухо тетушке Дафне и все же краем глаза наблюдая за Джейми, который по-прежнему стоял рядом и улыбался самым нахальным образом. Он заметил взгляд Лили и слегка изогнул темную бровь, словно хотел сказать: «Меня не проведешь, дорогая, я вижу тебя насквозь».

— Чудная музыка, — крикнула Лили в ухо тетушке и тут же мысленно отругала себя: бедняжка Дафна почти ничего не слышала и меньше всего интересовалась музыкой.

— Что? — громко переспросила пожилая леди, приложив ладонь к уху (в другой руке она держала бокал с коктейлем из джина и вермута, который предупредительно смешал для нее Уилсон).

Лили провела в обществе Дафны примерно полчаса, украдкой следя глазами за Джейми, когда вдруг мимо стремглав пролетела Сибил с мокрым от слез лицом. Лили проводила ее взглядом, и необъяснимое чувство тревоги сменилось облегчением: если Филиппу предстоит вернуться в часть сегодня вечером, Джейми скорее всего уедет вместе с ним. Тогда можно будет вздохнуть спокойно.

Минут пятнадцать спустя оставшиеся гости уже стояли в холле и прощались, там же была и Сибил с покрасневшими глазами.

— Я не стану бросать букет, — завывала Сибил, повернувшись к расстроенной матери, которая пыталась промокнуть ей лицо платком.

— Выше голову, милая, — успокаивала ее Эванджелина.

— Я не могу!

— О, дорогая, мы устроим еще одну вечеринку по случаю нашей свадьбы, и совсем скоро, обязательно, — послышался голос Филиппа.

— Обещай, — проворчала невеста, хлюпая носом.

— Обещаю.

— Бедный малый, мне его жалко, — шепнула Мейзи на ухо Лили. Она, похоже, перебрала с коктейлями и выглядела опьяневшей, сонной, с розовыми щеками. — Думаю, он не понимает, во что ввязался. Но ничего, скоро узнает.

— Начинаем! — крикнула Сибил.

— Девочки, внимание! — подхватила Дайана.

Букет взлетел высоко в воздух, Лили запрокинула голову и увидела, как он падает прямо на нее, в последнюю секунду она успела схватить Мейзи за плечи и подтолкнуть на свое место.

— Боже! — взвизгнула Мейзи, когда ей на макушку свалились цветы.

Все весело рассмеялись, и Лили громче всех. Тут сильные мужские руки обхватили ее за талию, сминая синий крепдешин, и Лили сквозь одежду ощутила исходивший от них жар.

— Я хотел попрощаться, сестра Кеннеди, — сказал Джейми, склонившись над ней и почти касаясь губами ее волос.

Гости двинулись к дверям, и в толпе Лили с Джейми оказались притиснуты друг к другу.

Их губы встретились в страстном, обжигающем поцелуе, и в следующее мгновение Джейми отпрянул.

— Итак, до встречи?

Лили только глядела на него, не в силах произнести ни слова. Джейми с Филиппом вышли за дверь и смешались с толпой друзей и родственников.

— Вот идет невеста, — нетвердым голосом запела Мейзи, размахивая букетом. — Чудесная свадьба, правда? — вздохнула она и подхватила под руку Лили.

Лили неподвижно смотрела на дверь, за которой скрылся Джейми.

— Чудесная, — повторила она, касаясь пальцами губ там, где их только что поцеловал Джейми.

Лили приходилось и раньше целоваться, но не так. Зачем ей только понадобилось играть с лейтенантом в эти глупые, детские Игры? Зачем было убегать во время танца?

Лили была страшно зла на себя. Вечно она все портит, а потом только и остается, что рвать на себе волосы. Джейми уехал, и кто знает, когда они теперь увидятся?

Сентябрь 1944 года

Сибил жаждала непременно повторить свадебное пиршество и предвкушала нечто грандиозное, но ее надежды не оправдались, пышного празднования не получилось.

Вместо вечеринки с танцами ей пришлось удовольствоваться скромным ужином в доме бабушки Филиппа на Саут-Одли-стрит, в величественном особняке, который с 1942 года стоял запертым, с укрытой полотняными чехлами мебелью. После ужина все отправились в «Четыре сотни», шикарный, хотя и мрачноватый ночной клуб, который Дайана часто упоминала в своих рассказах и где Лили ни разу не была.

— Думаю, будет здорово, — жизнерадостно воскликнула Сибил вдень вечеринки, пока Дайана с Лили хмуро оглядывали дом бабушки Филиппа, не зная, за что хвататься. Гостиная выглядела такой заброшенной и нежилой, что у подруг невольно опустились руки. Сибил обосновалась здесь накануне вечером, но так и не удосужилась хотя бы немного убраться: повсюду толстым слоем лежала пыль.

— Чтобы привести в порядок этот дом, потребуется весь день, и к вечеру мы будем совершенно измочалены, — резко бросила Дайана. Как и Эванджелина, она была страшно сердита на Сибил из-за нелепой затеи со свадьбой. — В Лондоне сейчас небезопасно, Сибс, — укоризненно добавила она. — Даже Филипп говорит, что нужно остерегаться «Фау-2». Не понимаю, почему бы тебе не послушать маму и не устроить небольшую вечеринку дома в Рождество.

Со дня высадки союзных войск в Нормандии даже те, кто давно привык к вою воздушной тревоги, опасались беспилотных самолетов-снарядов. А в последние дни появилась еще одна угроза — ракеты «Фау-2», новое смертоносное оружие нацистов. Эти ракеты неслись с такой огромной скоростью, что ни на объявление воздушной тревоги, ни на перехват времени не оставалось. Они обладали огромной разрушительной силой. Мощные взрывы превращали в развалины целые улицы, оставляя убитыми и искалеченными сотни людей.