Джилл Мэнселл - Только ты и я

— Ой, Бетти, взгляни на себя. — От облегчения Тилли разрыдалась.

Она протянула руки к Бетти, но та, как и ожидалось, предпочла остаться на руках у Джека.

— Она попала в заячью нору. Наверное, убегала от лисы и провалилась в нее, а потом не смогла выбраться. Я звал ее, звал и вдруг услышал тихий лай, — рассказывал Джек. — Трава приглушила звук. Мне пришлось лечь на землю, я сунул руку в нору, ухватил ее за передние лапы и вытащил. Почти так же, как теленка, когда помогаешь корове разродиться.

— Ах, радость моя, какой ужас. — Тилли ласково погладила собаку по голове, покрытой, как и все тельце, слоем липкой грязи. — Тебя надо искупать.

Джек усмехнулся:

— Спасибо.

— Не тебя. — Тилли помолчала. — Слава Богу, ты приехал. Бетти погибла бы, если бы ты ее не нашел. Ты спас ей жизнь. — Уже сказав эти слова, Тилли осознала их скрытый смысл. Вот она, ирония. Роуз умерла, спасая жизнь собаке своих родителей.

К счастью, Джек никак это не прокомментировал. Он просто внимательно посмотрел на нее и сказал:

— Я тебе помогу.

Наверху, в ванной, они чистили и мыли Бетти шампунем, стоя по обе стороны от ванны. Процедура не вызвала у собаки никакого энтузиазма, и она начала было сопротивляться, однако проиграла эту битву. Через двадцать минут Джек завернул ее в банное полотенце, а потом тщательно вытер. Бетти, изнуренная переживаниями, быстро заснула у него на руках.

Внизу Джек уложил ее в корзинку. Мельком заметив свое отражение в кухонном окне, Тилли в очередной раз удивилась способности Джека выглядеть неотразимым даже в мокрой одежде, в то время как она сама напоминала жалкую оборванку. Хотя сейчас это не имело значения. Она уже прошла тот этап, когда прихорашивалась для него.

— Что ж, еще раз спасибо. — Все перипетии были позади, и Тилли очень хотелось, чтобы Джек поскорее ушел. Она протянула ему его куртку. — Надеюсь, мы не испортили тебе вечер?

Он забрал у нее куртку.

— Мне уезжать, да? Я доказал свою полезностью, и теперь ты меня выдворяешь?

«Да. Потому что, знаешь ли, мне не очень-то легко».

Вслух Тилли сказала:

— Поздно. Наверняка тебе хочется домой. — Поспешно, чтобы не дать ему возможности возразить, она добавила: — Я страшно устала. — И изобразила зевок.

По взгляду Джека она поняла, что он раскусил ее игру.

— Тилли, — он медленно покачал головой, — почему ты продолжаешь усложнять мне жизнь?

О Господи.

— Я ничего не усложняю. Я просто устала. — Она подошла к двери и открыла ее.

«Пожалуйста, уходи».

Джек вслед за ней подошел к двери, а потом вдруг обхватил ладонью затылок Тилли и поцеловал ее.

Тилли показалось, будто она вернулась домой. Прикосновение его губ, теплых и сухих, наполнило ее восторгом и одновременно мукой. Ее тело хотело его, а сознание кричало, что нельзя — ни под каким видом — это допустить. По этой же причине она всю жизнь сдерживала себя. Боязнь боли требовала, чтобы она контролировала любые отношения, и до настоящего момента ей это удавалось. И об утрате этого контроля было даже страшно подумать, особенно в отношениях с человеком, который мог заполучить любую женщину, которую пожелает. С чего это вдруг он выбрал именно ее? Даже сейчас, когда ее сердце бешено билось в груди, когда все тело звенело как натянутая струна, Тилли понимала, что радость от этих коротких мгновений будет раздавлена уготованными ей страданиями.

Джек другой рукой обнял ее за талию и проговорил:

— Видишь, я не так плох?

Тилли закрыла глаза. Как легко согласиться. Она балансировала на натянутой проволоке, наклоняясь то в одну сторону, то в другую. Малейшая ошибка — и она рухнет на землю. И вряд ли ей удастся без последствий оправиться от этого падения.

«Ну, давай решай». Одна ночь, может, пара ночей, может, даже целая неделя с Джеком. Против месяцев и лет изматывающих душу страданий и сожалений. Потому что именно эти чувства будут владеть ею и потому что именно так и случится.

— Я хочу, чтобы ты ушел.

И опять тот же взгляд, та же слегка изогнутая бровь — признаки того, что он раскусил ее игру.

— Серьезно?

— Да, серьезно. — Тилли уперлась рукой ему в грудь и отступила. Ей стоило неимоверных усилий сохранять спокойствие.

— Почему?

— Потому что я так хочу.

Джек пристально посмотрел на нее.

— Я что-то не понимаю. Сначала тебе было противно, потому что ты думала, будто я переспал с сотнями девиц. Сейчас ты знаешь, что ничего этого не было. Я предполагал, что ты этому обрадуешься. — Он покачал головой, все еще не веря, что все это происходит на самом деле. — Боже, я действительно предполагал, что ты будешь в восторге.

Тилли сглотнула. Чему тут удивляться — с самого начала было ясно, что сплетня быстро разнесется по городу и обязательно дойдет до него.

— Но ведь есть и другая сторона, правда? — Конечно, было приятно выяснить, что он не переспал практически со всем Роксборо, однако не это главное. Тилли пояснила: — Есть еще доверие и самоотдача. Я знаю, что никогда не смогу доверять тебе, а ты знаешь, что у тебя проблемы с самоотдачей. Ну, мы оба это знаем. И я не виню тебя после всего, что произошло с Роуз. Только я не хочу связывать себя с человеком, когда знаю, что ничего из этого не выйдет.

— Кто говорит, что не выйдет? Все может получиться. — Он улыбнулся, очевидно, не собираясь принимать «нет» в качестве ответа. — Я действительно считаю, что может получиться. То, что я чувствую к тебе… в общем, это по-другому. Послушай, я не мастак говорить подобные вещи, но я действительно считаю, что между нами происходит нечто особенное. Полагаю, и ты так же считаешь.

Именно так и должен считать мужчина, который не примет «нет» в качестве ответа.

— Ты хочешь заставить меня поверить в то, что думаешь именно так, как говоришь? Этому не бывать.

Джек раздраженно развел руками:

— Что мне сделать, чтобы заставить тебя изменить свое мнение?

Как же все грустно. Тилли покачала головой:

— Ничего.

— Один вечер. Одно свидание. Только скажи «да», и я докажу тебе, что не лгу. Назначь день, — предложил Джек. — Любой.

— Свидание? Ну, я бы могла назначить завтрашний вечер…

— Отлично. Договорились. — Он кивнул, и его еще мокрые волосы упали на лоб. — Завтра.

— Но я ничего не назначу, — продолжала Тилли, — потому что бессмысленно ожидать, что свидание состоится, так как ты можешь не прийти.

Джек шумно вздохнул.

— Так было один раз. Я же не знал, что ко мне в дверь постучатся родители Роуз.

Ладно, это был удар ниже пояса. Она несправедлива. Однако в тот вечер она поняла, что не переживет, если он когда-нибудь отвергнет ее. Просто не вынесет страданий.