Елена Колина - Хорошее настроение (сборник)

Карен пожала плечами:

– У меня тоже есть такое место, я нашла его в ту пору, как начала мастурбировать. На пальцах вряд ли смогу объяснить, но поверьте на слово, при стимуляции определенного участка я чувствую… коротко говоря, на меня обрушивается буквально следующее осознание: «Мир такой большой и такой маленький».

– Ничего себе!

– Я хоть немного помогла вам?

– Спасибо, это бесценно. Пойду к себе, запишу кое-что. Ведь вы разрешите использовать рассказ?

– Разумеется. Если только не собираетесь вводить в текст персонаж Карен Розенталь, пятидесяти двух лет от роду, врача. – Она сдержанно улыбалась.

Мардж улыбнулась в ответ и с порога помахала рукой.

«Ну надо же, какова штучка, – думала Мардж, расстегивая кофточку, – понятно, что все дрочат, но от некоторых как-то совершенно этого не ждешь. Интересно, какой она была девочкой… И, надо бы спросить, сколько весила до Изменения. Ведь это много говорит о человеке – теперь. Осчастливлен результатом или ничего особенного с ним не произошло, это важно…» Раздеваясь, кружила по комнате и в какой-то момент приблизилась к окну, хотела его прикрыть, но в сумерках уловила движение. Окошко располагалось совсем низко, и она предположила, что это ветер покачивает кусты, хотя ночь обещала быть довольно тихой… И в ту же секунду что-то глухо ударило в стекло, и Мардж с отвращением увидела длинный белый плевок, медленно стекающий к раме. В общем, ничего особенного, но она не сдержалась и закричала от ярости. Тихое уединение предыдущих дней нарушилось самым гнусным образом.

В комнату ворвалась Карен, оттолкнула ее от окна и попыталась свалить на пол. Мардж опешила, но потом сообразила, что ее хотят уберечь от пуль. Тело доктора оказалось довольно тренированным, она бы, пожалуй, легко уложила Мардж, но разница в весе была значительной, поэтому Мардж лишь пошатнулась, отступила на пару шагов и рухнула в кресло.

– Что??

– Мне… мне в окошко кто-то плю-у-у-унул. – Собиралась посмеяться над незначительностью причины переполоха, но ей стало так обидно и противно, что слезы сами закапали на голые круглые коленки. Оказывается, юбку тоже успела сбросить и теперь сидела перед Карен в лифчике и хлопковых белых трусах размера XXL. Она прежде не стыдилась своего тела и, уж конечно, не стеснялась бы врача, но мысль о том, что ее нагота противна кому-то до такой степени, чтобы гадливо плеваться, была невыносима.

Карен подошла к окошку, отчего-то хмыкнула и взяла со стола чистый листок. Аккуратно стерла потек и положила бумажку в карман, вместо того чтобы выбросить.

Движением тореадора сдернула с кровати покрывало и укутала Мардж. Неожиданно опустилась перед ней на колени, нежно тронула покрасневшее лицо и попыталась заглянуть в глаза:

– Мардж. Посмотрите на меня. Мардж. Не хотели поговорить две недели назад, но сейчас я вынуждена настоять. Вы не урод или монстр, никогда им не были и теперь уже точно не станете. Вы красивая женщина, но главное, желанная женщина. Самая желанная женщина на этой долбаной Земле.

Мардж посмотрела на нее с изумлением – непонятно, что больше потрясало, суть сказанного или грубое слово, прозвучавшее из уст всегда корректного доктора.

– Не утешайте, Карен, я ценю вашу доброту, но на меня только что плюнули, плюнули, понимаете?

– Вы ведь уже не девочка, дорогая. Посмотрите сюда, это сперма, узнаете? – Она сунула ей под нос бумажку.

– Чего-о-о?

– Дорогая, кто-то мастурбировал под окном, пока вы тут разгуливали полуголой. Кто-то дрочил, глядя на роскошное тело, последнее настоящее женское тело на Земле. И, если уж хотите знать, думая о вас, этим занимаются миллионы мужчин.

– Вы рехнулись? Что за чудовищные сексуальные фантазии? Это после нашего разговора вы так завелись?! – Мардж в ужасе попыталась отодвинуться и плотнее завернулась в покрывало.

«А если она на меня полезет?!»

– Успокойтесь, пожалуйста. Вы когда-нибудь испытывали недостаток в любовниках?

– Еще чего!

– Вот именно, на пухленьких женщин был спрос во все времена. А теперь их нет, вдумайтесь, на Земле нет ни одной женщины с нормальной задницей. Кроме вас. Отчаянные вшивают имплантаты, а потом не могут нормально сидеть! Мужчины будто обезумели, им подавай то, чего на свете больше не существует!

– Не врите! В «Макдоналдсе» я видела в глазах людей только брезгливость и страх! – Незаметно для себя обе перешли на крик.

– Конечно, вы слишком закомплексованы, чтобы заметить еще что-то! Каких-нибудь ревнивых бабенок, возможно, и перекосило. Да и мало ли дур, которые до безумия рады сжирать свинячьи порции и не толстеть. Но мужчины-то хотят другого. В тот раз вас разве что всеобщий шок спас. Знаете, сколько сейчас стоит новая фотография Марджори Касас? А знаете, сколько они согласны заплатить за возможность вас увидеть? Это тело, – Карен бесцеремонно ткнула ее в бок, распаляясь еще сильней, – национальное достояние, и уже есть люди (а со временем их будет все больше и больше), которые готовы умереть – слышите, Мардж? – сдохнуть они готовы, – если только перед смертью смогут вам засадить!

Мардж не выдержала, перегнулась через подлокотник, и ее вырвало тушеной брокколи и красным вином.

Здравствуйте, Марджори.

Это Хьюго, лесник, помните? Отправляя первое письмо, я надеялся на ответ и долго потом размышлял, почему же его нет. В том, что вы вежливо отвечаете поклонникам, я не сомневался. Может, вас насторожило несоответствие стиля – ведь я и не подумал сообщить, что до того, как сбежать в лес, был славистом и писал толстые исследования, которые никто не читал.

Потом началась вся эта заваруха, и, поверьте, я никогда не забывал о вас, такой беззащитной среди взбесившихся толп. Пытался узнать ваш домашний адрес, но не смог. Очень боялся, что вы погибли в Первые сутки.

А потом, потом вас стало очень легко найти – фотографии теперь везде. Не знаю, могу ли я помочь и нужна ли помощь. Есть маленький шанс, что вы, естественная, как цветок, сумеете приспособиться и научитесь получать удовольствие от происходящего. Кто знает? Надеюсь, мои страхи не подтвердятся.

Но если все так, как я думаю… Марджори, умоляю, поверьте: я не маньяк и не лгун. Если вдруг понадобятся убежище и защита, я помогу. Прилагаю все мои адреса и телефоны, пусть будут у вас на всякий случай.

Глава 4

Снилось, что она бродит по кондитерской фабрике, где нет ни одного человека, но машины продолжают работать, густой коричневый шоколад льется по желобам, смешиваясь со сливками, ванильная пастила плывет по конвейеру, а чаны с горячей карамелью источают плотный сладкий запах. От запаха и проснулась. У кровати стоял огромный букет белых лилий, среди стеблей виднелся кусочек картона.