Гречишный мёд (СИ) - Гринвэлл Ольга

— Максим Викторович... — в последней попытке выдохнула она, на миг отстраняясь.

— Никогда не называй меня так, слышишь? Для тебя я Макс, понятно?

Он вновь приник к ее губам, жадно сминая их, тиская, уже жёстче и с нетерпением. Бретельки ночной сорочки упали, почти обнажая грудь.

— Не надо, не надо, я прошу тебя…

Макс не хотел ее слышать. Он словно сошёл с ума. Вдруг понял, что все эти годы скучал по этому сладостному телу, хотел целовать только ее — эту девушку, и что все, кто были до неё и после — шелуха, не стоящая внимания.

Ульяна всё-таки нашла в себе силы и оттолкнула его, и, быстро открыв дверь, шмыгнула к себе. Макс остался стоять с глупой мечтательной улыбкой на слегка припухших от поцелуев губах.

Глава 28

Я долго стояла в душе под почти холодной водой, пытаясь остудить внутренний жар. Где-то в голове отчаянно бился сигнал об опасности, мигала красная лампочка — мне необходимо отказаться от работы с этим клиентом... но, черт побери, я не хотела уходить от него. Почему-то казалось, что только я могу защитить Максима от любой грозящей ему опасности.

Весь вбитый в меня за последние семь лет холодный профессионализм сгинул в единый момент. Должна была признать, что никчемный телохранитель, но только пусть об этом буду знать я одна.

Дрожа от холода, вышла из душевой кабины и закуталась в огромное полотенце. Ещё раннее утро, и я подумала, что небольшая прогулка по окрестностям будет самое то, что надо, прояснит мой мозг.

Я позвала Весну, и она, лениво потягиваясь, вылезла из-под стола. Совсем старая стала, морда седая, мутноватые от катаракты глаза. Я оделась в спортивный костюм и кроссовки, потрепала верную псину между ушей и, прихватив с собой пару теннисных мячиков, мы отправились на прогулку.

Решила, что пробежки в пару километров будет достаточно для моей старушки Весны. Затем я собиралась позаниматься в спортивном зале. Надеялась, что успею все это до завтрака, потому что сразу после него у Максима запланированы встречи.

Как же я соскучилась по физическим упражнениям! У меня никогда не было перерыва в занятиях больше одного дня, а тут уже половина недели прошла. Хороший личник должен постоянно быть в отличной форме, постоянно тренироваться, несмотря на то, что за всю карьеру вряд ли удастся хоть раз применить оружие или приемы рукопашного боя. Просто всегда нужно быть начеку. 

Наконец, я спустилась в спортивный зал. Небольшой, конечно, но для меня достаточно. Вот и долгожданная боксерская груша, зависшая в ожидании моих направленных ударов, маты, где я стану отрабатывать кувырки и броски. Жаль только бросать мне здесь некого.

Оставив Весну на пороге, я закрыла дверь, стянула толстовку, оставшись в спортивной майке. Начала с растяжки. Затем, немного побила грушу ногами. Пока наносила по ней удары, напрочь забыла про завтрак и все на свете. Перед глазами стояла наглая ухмыляющаяся рожа Макса, и я старалась вкладывать больше силы в каждый удар.

Внезапные аплодисменты за моей спиной заставили резко остановиться. Около дверей стоял он. С той самой улыбочкой, которую в своём воображении я так старательно пыталась стереть с его лица последние полчаса.

— Мне кажется, тебе нужен партнёр. Спарринг-партнёр, — Макс медленной походкой направился ко мне. — Думаю, завтрак не успеет остыть. Пять минут — и ты будешь готова, если только я сам не поддамся. Ну?

Он встал в стойку. Зараза! Знал как задеть за живое. Я ведь прекрасно понимала, что Макс нарочно злит меня, но... как же хотелось утереть ему нос!

Давно уже я не теряла самообладание из-за мужика, а этот просто бесил меня.

Он пружинисто наступал, удар — я ушла в сторону. Макс ошибся — завтрак остынет, и его придётся выбросить. Я ведь не собираюсь уступать ему. Теперь уже я проделала джеб, и кросс, и удар ногой с разворота. Ну, пожалуй, он достойный противник, и это меня только ещё больше завело.

— Так что за подарок я тебе дарила? — спросила, пытаясь отвлечь, и одновременно применила чин-кик. Макс скрежетнул зубами от боли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как же так? Не помнишь? — я едва ускользнула от его правого хука. — Сиреневый такой камешек.

— Не выбросил? — мои губы растянулись в улыбке — мне все-таки удалось приложить его в ухо.

— Черт! Мм… Лежит под подушкой.

— Уф! — его удар откинул меня на пару метров. Мужчина со скоростью приближался, загоняя меня в угол. Ха, думает подавить меня? Ну уж нетушки! Я увеличила обороты, увидела, как он слегка растерялся — не ожидал. У меня своя методика.

— Кстати, а за что Марина передавала тебе благодарность? — спросил.

Я растерялась. Болтливая баба. Тут же поплатилась за это — Макс снова зажимал меня короткими ударами.

— Ну так за что?

— За все хорошее! — Я тут же залепила ему ударом ноги в солнечное сплетение. Мужчина согнулся, и я добила его апперкотом.

— Ах ты, злая ведьма... — сквозь зубы просипел он. Похоже, его здорово проняло. Мужчина попытался атаковать меня сбоку, но мои блоки не так просто пробить.

— Так что с Мариной? Я слишком хорошо ее знаю — она редко бывает благодарной.

— Помогла я ей. Вот так! — и тут же вмазала ему прямо в челюсть. — И так! — ногой со всей силы по голени.

Мне показалось, Максим начал выдыхаться. Я усмехнулась и ускорила удары. Пора заканчивать. В конце концов, после такого спарринга завтрак не помешал бы.

— А это, интересно, у тебя откуда? — заметила на его груди наш фамильный оберег.

— Не твоего ума дела. — В этот момент он сделал мне подножку, и я плашмя упала на мат. — Расскажи мне о Марине, а я скажу, откуда у меня эта вещица. 

Макс завис надо мной. Мы оба тяжело дышали. Я попыталась выкрутиться из его хватки, но он крепко удерживал меня. И мне почему-то расхотелось вырываться. К черту. Мат мягкий и удобный, а мужчина сверху такой горячий.

— Я победил, Ульяна.

Ну уж нет, так просто меня не заполучить! Едва его губы прикоснулись к моим, я вцепилась в них зубами.

— Ай, противная девчонка! — он отпрянул, и в это время я вставила колено промеж его ног. Нет, только чуть испугать — бить в причинное место не хотела. Тем более со смущением почувствовала, как оно стало твердеть.

— Ладно, скажу тебе в обмен на твоё признание.

— Откуда взял этот оберег?

— Твоя ближайшая родственница подарила несколько лет назад.

— Бабушка?

Он кивнул, посмеиваясь и видя, как я начала паниковать — его причиндалы стали твёрдыми, как камень.

— Она пришла ночью и подарила. Ещё сказала, чтобы я отдал тебе твою Силу. Только вот я не знаю как.

Я закусила губу. Не буду же я просить его, чтобы он полюбил меня. Мужики вкладывают в «полюбить» совершенно другой смысл и, я знала: Макса хлебом не корми, только дай волю. А он будто прочитал мои мысли — ещё теснее прижался ко мне и уже стал нежно поглаживать пальцами ямочки под локтями.

— Ну а теперь ты, злючка, — прошептал мне в рот. Наверное, уже боялся лезть с поцелуями.

— Я просто посоветовала ее переломать себе кости.

— Зачем? Чтобы она осталась здесь? — Я кивнула. — Она же так хотела стать женой олигарха...

Мне было сложно удержаться от вздоха. Неужели Макс не знает, как его отец обращается со своей женой?

— Прости, но на ее месте я бы тоже, скорее, что-нибудь с собой сотворила.

Я увидела, как облачко пробежало по его лицу.

— А это, — он что-то достал из кармана рубашки и поднёс к моим глазам. — Откуда у тебя это?

Я увидела тот самый медальон, который когда-то нашла в кустах около нашего с бабушкой дома.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Пусти, — попыталась выскользнуть из-под него, но Макс сам скатился с меня. Вопросительно продолжал смотреть, ожидая ответа. — Откуда у тебя это? — я попыталась вырвать медальон из его рук.

— Этот же вопрос я хочу задать тебе, Ульяна.

Я села, подтянула к груди колени.