Lina Mur - Без правил (СИ)

— Всё будет, как ты скажешь, — отвечаешь ты, продолжая

стонать внутри, изводить себя и резать вены.

— Тогда, прошу милости в мой дом, — улыбается Винс. —

Донни, домой, — даёт указания шоферу и машина плавно

отъезжает.

Тёплая рука находит твою, ставшую куском мрамора, и

поднимает к губам, оставляя поцелуй. И опять ничего. Химии не

возникает и это для тебя самое страшное. Все процессы ты

подарила Гарри, не оценившего ни один.

Но роль требует продолжения, и ты тепло улыбаешься своему

спутнику, позволяя ему обнять тебя и положить на свою грудь.

И опять боль затухает, пустота в сердце и неизбежное

унижение стали твоими верными друзьями. Но игра не сыграна,

есть возможность отплатить той же монетой…Но нужно ли тебе

это?

Примечания:

*Перевод:

Ты за этим уже приходил

И вернулся, чтобы получить ещё,

Но на этот раз всё будет иначе.

Глава 37.

You call the shots babe

I just wanna be yours.

Arctic Monkeys – I Wanna Be Yours.*

POV Гарри.

— Тебе билеты достались бесплатно, — прошептал я, смотря

на клочок бумаги в моих руках.

Я поднял лицо к небу, безмолвно моля о прощении кого-то

наверху, о благословении и помощи. Из закрытых глаз что-то

потекло, и я удивлённо открыл их, дотронувшись до щеки. Что за

херня? Слёзы. Я стоял посреди улицы, у входа в один из самых

элитных ресторанов и ревел. Действительно ревел, потому что

боль, которая была внутри вышла за пределы сосуда, именуемого

моим телом.

Каждое слово ловко и точно хлестало меня, но даже не это

заставило промолчать, не дать себе упасть ещё ниже, не умолять

её быть со мной. Голос и выражение лица, вот что стало главным.

Я вглядывался и желал найти хоть одно подтверждение утренней

Ливи, но не было. Передо мной стояла надменная и холодная

принцесса, явно продемонстрировавшая мне, что я моральный

урод, и никогда не стану достоин такой, как она.

И целовалась…целовала Винса у меня на глазах, после всего

что между нами было. Гадко, действительно ощущение, что меня

использовали, мной играли, а я как рыбка, попал на крючок.

Помимо боли в теле поднималась ревность, одновременно

любовь, и последнее и немаловажное — злость. Откуда она

узнала? Какой мудак ей рассказал? Это было не по правилам…

Хотя кто их когда-то соблюдал?! Нет, так просто не отпущу, пока

не выясню всё! Дал слабину, но хватит! Моя! На ней моя печать,

и никого иного. И пусть недостоин, но стану таким. Похрен на

боль, которая штормит внутри.

Широким шагом прошёл до такси и сел в него, назвав адрес

клуба. Неужели это конец? Неужели я больше никогда не смогу

дышать полной грудью, улыбаться и просто жить? Как раньше…

до её приезда.

Нет. Не смогу. Поэтому должен, должен вернуть.

«Тебе этого не понять, ты не создан для любви. Только для

секса и не более того.»

Почему такая сильная боль внутри именно от этих слов?

Я схватился за голову и начал дышать, жмурясь, чтобы не

дать этим дебильным слезам выкатиться снова. Это

неконтролируемый процесс.

Нежность, которую ощущал утром, сейчас казалась

глупостью. Ведь чувствовал, что изменилось что-то в ней.

Сожалела обо всём. Но не дал ей уйти, потащил за собой. Не

должен был уезжать, если бы не расставался с ней… Нет,

хорошо, что расстался, иначе просто поседел бы с этим вечером.

Но сука, как болит внутри, — я услышал свой стон. Мужик не

должен реветь, не должен любить… Должен. Всё он должен. Это

убивает и даёт силы. И ведь сам всё испортил, надо было сказать.

А теперь…опять один. Без надежды, без неё.

Теперь ярость и злость вступили в игру, и я поднял голову,

как только машина остановилась. Убить, уничтожить. Халк,

блять! Вылетев из такси, я прошёл мимо уже заметившего меня

охранника, и просто разбрасывал людей, ища глазами нужный

столик.

Без слов, сжал кулак и, подойдя к улыбающемуся Найлу, со

всего своего идиотизма врезал, затем ещё раз. Перекинул через

стол, вокруг люди завизжали, начался переполох. Но я не видел

ничего. Он был виноват в этом. Глаза залило от

несправедливости, от предательства друга.

— Какого черта ты ей сказал? — заорал я, пытаясь

накинуться на него, но меня уже за руки держала охрана.

— Охренел совсем? Никому, ничего я не говорил, — сплюнул

кровь Найл и поднялся.

— Она мне звонила, Гарри. Я сказала, но Лив уже все знала,

— подбежала к своему парню Деми и начала обтирать его

мокрым полотенцем.

— Да отпусти меня, — вырвался я из рук. — Всё хорошо, —

пообещал я и подошёл к столику.

— Откуда она узнала? В курсе были только ты, я, Лиам и твоя

шлюшка, — получил пощёчину, но она не принесла боли, только

скривился.

— Мудак, и хорошо, что Лив все узнала. Она клевая, а ты

придурок конченный! — ругалась Деми.

— Блять, — снова эта чертова боль в области груди. Она

заставила сесть на пол.

— Гарри, ты чего? — тихо спросила Деми.

— Ничего, — фыркнул я и достал телефон из кармана брюк,

набрав номер Лиама. Не отвечал. Получается, что остаётся

только он. Больше некому.

— Я ничего не говорил, Гарри, — прохрипел Найл. — Мне

позвонил парень и сказал, что у тебя есть письмо, и просил дать

согласие на встречу тут. Я оставил сообщение для тебя Дороти...

Без слов встал и вылетел из клуба, садясь в новое такси

теперь до квартиры.

— Лиам! — заорал я, входя в апартаменты.

— Гарри, что орешь, как бешеный? — сонно подал голос

парень из гостиной.

— Ты урод ей сказал про спор? Ты позвонил Найлу? —

продолжал я орать, пока друг приходит в себя.

— Чего?

— Лив все знает, и она бросила меня. Она убила меня, блять!

Лиам! Как ты мог?! На хрена ты это сделал? Решил мне

отомстить? За что, мать твою?!— в моём голосе уже была

паника, потому что только сейчас осознал, что потерял её. Что

нет решимости, нет ничего. Пусто и больно.

— Ты же знаешь, что я весь день был дома. Вчера вы

подложили мне такую свинью, никому я не звонил. Вообще, не