Лайза Браун - Внук Дьявола

– Это был я, – бесцветным голосом отозвался Колли, спокойно глядя в пылающие гневом глаза Уэя Блэкберна.

– Вы негодяй, Ролинс. Я с самого начала должен был учесть, что вы ни одному мужчине не позволили бы приблизиться к Лейни.

– Могли бы и учесть, – невозмутимо согласился Колли.

Он отпустил руку Лейни, и Уэй встал между ними.

– Если бы я мог, то размазал бы вас по стене таким тонким слоем, что никому не удалось бы вас отскоблить, – с вызовом сказал он.

– Прекрати, Уэй! – воскликнула Лейни.

– Лейни, да он…

– Знаю. Но ты ничего с ним не сделаешь. Это мое дело, потому что меня он… Неважно. Это касается только меня, поэтому предоставь действовать мне.

– Ты женщина!

– И этот факт мне известен. Не будь я женщиной, я бы не испытала этого позора. – Щеки Лейни побелели. – Не надо устраивать шумных сцен. За эти дни наши семьи принесли друг другу вполне достаточно вреда. Не будем начинать все сначала.

Уэй отступил на шаг, помолчал, затем сказал:

– Очень советую вам, Ролинс, побыстрее уладить ваши с ней отношения.

– Я это и собирался сделать, – ответил ему Колли. – Что бы она ни решила, я подчинюсь.

Уэй поправил кобуру на поясе, многозначительно взглянул на Лейни и отошел, не сказав больше ни слова.

Едва он скрылся из виду, как Лейни бросилась бежать, повинуясь глупому порыву. Она взлетела на заднее крыльцо, захлопнула за собой дверь кухни и задвинула шпингалет. Конечно, защита ненадежная, взрослый мужчина без труда справится с задвижкой. Остается надеяться, что Колли не станет этого делать.

Забившись в угол, Лейни приготовилась к встрече с неизбежным. Сквозь стеклянную дверь она видела, как Колли поднялся на крыльцо, дернул дверь на себя и тут же опустил руку. Глаза их встретились.

– Клянусь богом, – заговорил Колли так громко, что Лейни услышала его без труда, – я знаю, как плохо я поступил. Я пришел к «Магнолии», чтобы встретить Престона и отправить его прочь в том случае, если он осмелится появиться. Я прятался возле погреба. А потом я увидел тебя, когда ты входила в дом, и… потерял голову. Ты была…

– Замолчи, я не хочу тебя слушать, – прервала его Лейни.

– Хорошо, я буду молчать. Лейни, открой дверь, впусти меня…

Ему внезапно изменил голос. Он припал лицом к стеклу, и она разглядела жесткую линию его скул.

– Нет, – выдохнула она. – Ты пришел и взял меня…

– Неправда! – яростно закричал Колли. – Я спросил тебя. Вспомни. Ты попросила меня остаться.

И она вспомнила. Вспомнила с поразительной ясностью. Тихий голос Колли из той ночи опять звучал у нее в ушах.

– Ты меня обманул, – удалось ей проговорить в ответ.

Он прижался лбом к стеклу.

– Да, обманул. И заплатил за это. Я решил, что ты узнала меня, потому что ты шептала мое имя. А потом, когда все закончилось, ты назвала меня Престоном. Лейни, это же был я, я! Неужели ты могла меня не узнать?

– Не будем говорить, что было тогда со мной, – возразила Лейни. – Тогда ты не спрашивал меня, что я чувствовала. Ты пришел, увидел в постели женщину и взял ее.

– Все было не так!

– Ты сделал это.

– Я увидел не какую-то женщину. Я увидел тебя, Лейни. Ни к кому на свете я бы не прикоснулся так, как прикасался к тебе. Давай все наконец исправим!

– Исправим?! – закричала, выйдя из себя, Лейни. – Как же ты думаешь все исправить?

– Выходи за меня замуж.

– Едва ли мне нужен рядом такой человек, как ты, – нерешительно произнесла она.

Он замер, потом оттолкнулся от двери.

– Такой человек, как я?

– Ты…

– Мы уже говорили с тобой. Я не убивал твоего отца. Мог бы убить, но не убил. Впрочем, какое это имеет значение теперь…

– Папа был прав! – закричала Лейни. – Он говорил когда-то, что ты не согласишься видеть меня с другим. Тебя все боятся, Колли.

– И отлично!

Он вдруг расхохотался и рванул на себя дверь. Хлипкий шпингалет отлетел, дверь распахнулась, и Колли вошел в кухню. Лейни взвизгнула.

– Я же говорю, что ты…

– Зверь, ты это хотела сказать? Правильно. Когда я вижу тебя, думаю о тебе, то становлюсь зверем. Волк должен драться за волчицу. Конь может затоптать другого коня ради подруги. Такова природа.

– Я – женщина, Колли.

– Моя женщина. – Он шумно выдохнул, сделал шаг и протянул к ней руки. – Разве же это не правда? В детстве ты была моей, когда мы играли с тобой, и три года назад в хижине – тоже. Но ты забываешь другое. Я тоже твой, потому-то я и осмелился в субботу…

– Я не помню…

– Я помню, – перебил ее Колли. – Давай сделаем то же самое еще раз. Тогда и ты запомнишь. Ты убедишься, что это правильно, когда мы вместе.

– Перестань! – Ее лицо сделалось пунцовым. – Вот почему я всегда говорила, что ты не умеешь достойно вести себя.

Оскорбленный, он вскинул голову.

– Хорошо, давай разберемся. Ты решила переспать с Престоном, хотя тебя воротило от него. Я оказался рядом с тобой, и ты позвала меня. Потому что тебе был нужен я, а не он. И все-таки ты назначила свидание ему. По-твоему, это означает вести себя достойно?

– Мне известно, почему я так поступила.

– Тебе также известно, почему я поступил так в субботу.

Его обвиняющий взгляд жег ее. Лейни отвернулась и тупо уставилась на фирменный знак на дверце холодильника.

– Уходи, – сказала она.

– Я почти всю жизнь провел вдали от тебя.

– Мне нужно подумать. Дай мне время.

– Время? О, времени у вас в «Магнолии» хоть отбавляй. «Магнолия» сожрала все то время, что Оливия дожидалась Дьявола, и все то время, что я дожидался тебя. Лейни, долго еще ты намерена тратить жизнь впустую? Много ли еще времени ты собираешься потерять даром?

Она обернулась к нему:

– Ты сможешь еще раз взять свое, когда я засну.

– В тот раз ты не спала. Ты была пьяна. Тебе пришлось напиться, чтобы лечь с Престоном в постель.

Колли протянул руки и обнял ее, но она, похоже, даже не заметила этого.

– Ты даже не сожалеешь о том, что сделал, – сказала она.

– Верно. Жалею я о другом: о том, что ты не знаешь, как я тебя люблю. И я снова поступил бы так же.

Колли прижал ее к себе, и губы их встретились. Таким же поцелуем он обжег ее в ту ночь. Она не в силах вынести эту страсть и не в силах оторваться от него.

Первым оторвался Колли, но из объятий ее не выпустил. Он зашептал ей на ухо:

– Хочешь, я скажу тебе, что надо сделать? Ты пригласишь меня к себе, меня, слышишь? Ты будешь звать меня, точно знать, что с тобой я, а не другой, ты будешь любить меня. Меня, а не Престона. – Он отпустил Лейни, и ее вдруг обдало холодом. – Вот чем я отличаюсь от зверя. Даже внук Дьявола Ролинса, тот, которого люди сделали изгоем, хочет, чтобы женщина, к которой он придет, узнала его. Мне нужно, чтобы ты любила меня.