Черил Ривз - Подари мне радугу

– На барбекю. И не мне, а Кэтрин. Джо, а почему миссис Уэббер вдруг собралась к нам сегодня в гости?

– Потому что Деллы нет дома, а я собираюсь вернуться поздно.

– Когда?

– Фриц, я и сам не знаю… Просто поздно. И я не хочу тревожиться из-за того, что вы с Чарли остались одни.

– Мы с Чарли прекрасно сами о себе позаботимся. Ты же знаешь, от Деллы никогда не было никакого толку.

– Хватит заговаривать мне зубы, ладно?

– А что это такое?

– Это значит – не пудри мне мозги!

– Ага… А ты протер лицо лосьоном для бритья, который я подарила тебе на родительский день? Кэтрин он нравится. Знаешь, откуда я узнала?

– Нет, откуда?

– Я сказала ей, что купила тебе на родительский день, а она сказала, что я молодец и что ей всегда нравился этот лосьон.

– Хорошо, что подсказала. Сегодня важна любая мелочь.

– А то ты опять наговоришь лишнего, и Кэтрин выставит тебя за дверь.

– Запросто, – согласился Джо. – По-твоему, я действительно неплохо выгляжу?

– Неплохо – не то слово, Джо!

– Прекрасно! Кажется, миссис Уэббер уже стучит к нам в заднюю дверь! Беги открывай! Нет, стой, сначала поцелуй меня на удачу!

Перед отъездом Джо достался еще один поцелуй на удачу – от миссис Уэббер, и рукопожатие с напутствием – от Чарли.

– Не забывай, папуля, – выговаривал он отцу, – на карту поставлена репутация рода д’Амаро!

– Не забуду, – пообещал Джо. Он решил, что благодаря такому количеству напутствий и стойкому аромату лосьона после бритья может считать себя во всеоружии.

Чтобы доехать до Кэтрин, ему пришлось пересечь старую часть Уилмингтона с недавно отреставрированными старинными особняками. Черт побери, вот бы заработать столько денег, чтобы перевезти семью в один из этих чудесных домов! Но увы – пока об этом можно только мечтать. За Деллу вот-вот потребуется платить в колледже.

Делла. Она так и не пожелала его выслушать. Господи, как больно ранило Джо такое непонимание со стороны любимой дочери. Его так и подмывало выложить всю правду о Маргарет, чтобы Делла знала: у ее тетки есть свои – причем не очень-то красивые – причины всеми способами отделаться от воображаемой соперницы. Но если Делла узнает правду – она тут же лишится последней, пусть даже выдуманной, опоры в лице Маргарет. С самого начала Делла избрала для себя неверный путь. Это понимали и отец, и дочь, и оттого обоим было еще больнее.

Тем временем Джо припарковал пикап напротив “Майского сада” и направился на другую сторону улицы, всматриваясь в окна на третьем этаже. У Кэтрин было темно, однако он все равно вошел в вестибюль, готовый к тому, что миссис Донован попросит его убраться. Интересно, сколько раз сюда приходил Джонатан после их стычки на лестнице? Пожалуй, у Джо хватило бы великодушия пожалеть незадачливого малого – если бы он не опасался, что скоро придется жалеть самого себя.

Как ни странно, но именно в эту минуту миссис Донован не следила за тем, кто бродит по вестибюлю. Джо понимал, что, если Кэтрин нет дома, ему просто нечего здесь делать – и тем не менее хотел дождаться ее несмотря ни на что. Он постучал в дверь, не получил ответа и терпеливо опустился на верхнюю ступеньку.

Было уже далеко за девять часов, когда он наконец услышал внизу шаги Кэтрин. Джо настороженно замер: а вдруг она пришла с Джонатаном или с кем-нибудь еще? Но Кэтрин была одна. Она так же прижимала к груди бумажный пакет, как в тот раз, когда он впервые поджидал ее, сидя на лестнице. И Джо не мог налюбоваться ею – милой, усталой женщиной с мягкой улыбкой. Вот и сейчас при виде Кэтрин у него захватило дух. Она показалась ему самой прекрасной в мире, той, что носит под сердцем его ребенка. Его появление явилось для Кэтрин неожиданностью, однако она не пыталась избежать встречи. Не сводя с Джо широко распахнутых глаз, Кэтрин поднялась на последние ступеньки, и он забрал из ее рук пакет.

– Я соврал, – с ходу сообщил Джо.

– Когда?

– Когда сказал, что больше не приду сам – только если ты сама меня позовешь, – ответил он с виноватой миной.

– А… Ты, наверное, объяснишь мне, почему все-таки решил прийти?

“Потому что люблю тебя больше жизни! ” – кричало все у него внутри. Но вслух Джо сказал:

– Потому что мне захотелось побыть с тобой, потому что мне трудно без друга. Я перебрал всех своих знакомых и понял, что лучше тебя у меня никого нет.

Кэтрин не сразу нашлась что ответить.

– Ну, – смущенно промолвила она, – пожалуй, тогда лучше войти?

Джо следом за ней переступил порог и остановился в темноте, не выпуская из рук бумажный пакет, пока Кэтрин зажигала свет в гостиной и гирлянды на своем необычном рождественском дереве. Она сняла пальто и повесила на крючок в передней. Джо впервые видел на ней это темно-красное платье.

– Ты чудесно выглядишь, – вырвалось у него. Ему хотелось спросить, где Кэтрин задержалась так поздно, но он не посмел. А вдруг она была где-то с Джонатаном? Лучше вообще об этом не знать!

– Ты тоже. Я не шучу, – отвечала Кэтрин, забирая у него пакет с покупками.

Джо улыбнулся и даже покраснел от удовольствия. Надо же, он еще не совсем разучился краснеть! К тому же Джо отлично знал, зачем вырядился в парадный костюм. Пусть видит, что и Джо д’Амаро может выглядеть вполне прилично, так что с ним не стыдно куда-нибудь пойти – если, конечно, она вообще захочет иметь с ним дело.

– Как всегда, накупила целый мешок яблок, – заметил он, кивнув на бумажный пакет.

– Нет, этой мой рождественский мешок. У вас в Дорчестере не дарят детям рождественские мешки?

– Нет, – ответил он, не спуская глаз с Кэтрин.

– Значит, у тебя не было детства! Когда я была маленькой, нам всем дарили по такому вот мешку в церкви на Рождество. Вот видишь, – она приоткрыла пакет, демонстрируя его содержимое, – яблоки, апельсины, мандарины, орехи в меду, жвачка, шоколадки, два карандаша и коробка изюма. – И она добавила со счастливым смехом: – Просто шикарно, правда? Я как-то рассказала об этом Пэт, и она подарила мне этот рождественский мешок. Если хочешь – угощайся!

– Ну, с этим у меня все просто, – отвечал Джо. – Потому что больше всего я хочу тебя!

Ее улыбка мгновенно потухла:

– Джо, мне…

“Глупо! – одернул он себя. – ДАмаро, ты сморозил глупость!”

Джо набрался храбрости и поднял на нее глаза.

“Кэтрин, Кэтрин, перестань на меня так смотреть!”

Ничего удивительного, что Джонатан вообразил, будто Кэтрин его боится!

– Кэтрин, ты ведь не считаешь, что я могу… сделать тебе больно? Ты не боишься меня, правда? Я не хотел тебя пугать!

Он и сам не сообразил, как это случилось – да и какая, собственно, разница, – но Кэтрин вдруг оказалась у него в объятиях, а рождественский мешок был зажат между ними. Стараясь держать себя в руках, Джо осторожно взял его и опустил на пол, чтобы прижаться к Кэтрин так, как он хотел. Она обнимала его изо всех сил. Она была такая теплая, податливая… Джо спрятал лицо у нее на плече. Он всей грудью вдыхал ее родной, милый запах.