Гарольд Карлтон - Рай, ад и мадемуазель

Саманта оттолкнула парня.

Они ждали в кабинете. Де Кузмин опаздывал.

— Ой, вот и он! — Саманта побежала от двери к своему креслу.

Мгновение — и месье ввалился в комнату, сел за стол и вопросительно оглядел девушек из-под черных густых бровей.

— Сначала хотелось бы объяснить: это не официальная встреча. Я дал слово Шанель поговорить с вами после ее смерти. Вы были для нее дорогими друзьями, а не просто работниками.

Дамы кивнули. Моник заплакала.

— Вначале я хочу услышать от каждой, как вы понимаете моду. Что это такое? — Мужчина взглянул на модель. — Софи?

— Мода — это… — Софи посмотрела на потолок, словно ангел-хранитель мог подсказать ответ. — Секс. Способ сделать женщин желанными.

Де Кузмин кивнул.

— Саманта?

Девушка встала.

— Если дом станет моим, я продвину «Шанель» в следующее десятилетие с помощью рекламной кампании. Я… — Она несколько раз прерывисто вздохнула и упала на стул, хватаясь за горло.

Директор налил бедняжке стакан воды.

— Саманта, дом не станет твоим, — проговорил мужчина, передавая ей питье.

И посмотрел на Моник. Та качала головой.

— Моник, — произнес Эдуар.

Швея подняла глаза.

— Мода — это мастерство, месье, — заявила она. — Нужно быть абсолютно преданным своему делу, чтобы идеально выполнять работу.

Саманта подняла руку, хватая ртом воздух.

— Дайте мне закончить. Мадемуазель Шанель не умерла. Мы сохраним ее дух, ее наследие для потомков! А в ответ на вопрос: мода — это…

Она нахмурилась. Как там говорил отец? «Неважно, что ты думаешь! Говори мужчинам то, что они хотят услышать!»

— Мода — это… деньги! — выпалила девушка. — Роскошный способ заработать много денег!

— Понятно. — Месье де Кузмин провел рукой по длинным усам и отхлебнул воды. — Высказались все. Поскольку мадемуазель так трепетно к вам относилась, вы первыми узнаете, что преемником нашей старушки, следующим влиятельнейшим дизайнером в мире станет…

Мужчина глубоко вдохнул, прокашлялся и снова отпил воды.

Саманта до боли закусила губу, чтобы не закричать, сверлила де Кузмина глазами и чуть ли не до крови впилась ногтями в руку. Еще мгновение — и ее жизнь изменится навсегда.

— Со следующего сезона коллекции дома «Шанель», — проговорил Эдуар, — будет создавать… Жан Филлип.

Саманта стала озираться, словно кого-то потеряла.

— И кто, черт побери, он такой? — завопила девушка.

— Раньше он работал помощником в «Диор», — объяснил де Кузмин.

— Помощником? — продолжила орать Саманта. — Издеваешься?

Другие приняли новость спокойно.

— Кому достанется дом? — нетерпеливо спросила американка, поднимаясь на ноги. — Кому достанется дом? — завизжала она.

Де Кузмин с грустью посмотрел на Саманту.

— Дом остается под руководством семьи Вертхеймер, которая управляет им вот уже пятнадцать лет. — Он закрыл папку. — Завещанием будут заниматься швейцарские юристы мадемуазель Шанель.

— Завещанием? — Американка засмеялась и повернулась к остальным. — Не падайте духом!

— Саманта… — Моник потянулась, пытаясь взять подругу за руку — казалось, девушка готова напасть на де Кузмина. — Сядь…

— Я собрал вас здесь, чтобы прояснить ваше положение в доме, — продолжал директор. — Софи, мы хотим, чтобы ты оставалась лицом «Шанель». Мадемуазель Фар, мы надеемся, что вы продолжите безупречную работу в мастерской.

Мужчина замолчал и скрестил руки.

— Это все.

— А я? — пронзительно крикнула Саманта.

— В твоих услугах мы больше не нуждаемся, — ответил де Кузмин.

Саманта встала перед месье, нацелив на него свой самый убийственный взгляд.

— Увольняете, значит? Мадемуазель верила в меня! Она хотела, чтобы я…

— Директора считают, что дом «Шанель» успешен сам по себе. Ему не нужен рекламный агент.

— Значит, я вам не нужна? — закричала американка. — Ах ты, высокомерная французская скотина!

Она наклонилась к де Кузмину и прошипела:

— Ты мог бы помочь. Мог бы замолвить за меня словечко. В моих силах лишить тебя жизни! Даже не думай еще хоть раз попасться мне на глаза!

— Все свободны, — сказал директор.

Саманта долго смотрела на него, потом приблизилась. Мужчина вздрогнул.

— С этого момента за оральные услуги тебе придется платить! — прорычала девушка ему на ухо.

И вышла из кабинета, задрав нос.

Подруги последовали за ней.

— Больше ни за что в жизни! — взорвалась Саманта, когда они вышли на улицу.

Кристофер ждал их, держа на руках Габи. Он поцеловал любимую и подруг.

— Я подумал, что должен быть здесь, — сказал юноша. — Все в порядке? Клаус ждет в кафе.

— Все нормально, — ответила Софи.

— Нет, не нормально! — воскликнула Саманта. — Меня уволили! Снова! — негодовала она, проталкиваясь через толпу фотографов. — Ребятки, дайте пройти, дышать нечем!

— Но вы велели нам ждать здесь, — возразил парень, похожий на Жан-Поля Бельмондо.

— Я ожидала сенсации… — Она злобно посмотрела на него. — И ошиблась. Убирайтесь!

Друзья последовали за Самантой в кафе. Девушка рухнула на стул рядом с Клаусом и зарыдала. Мужчина приобнял ее.

— Я же предупреждал…

— Скотч! — выдохнула американка.

Моник коснулась ее плеча.

— Для алкоголя еще рановато. Выпей горячего шоколада, — посоветовала швея.

— Черт побери, мне нужна выпивка покрепче! — закричала Саманта.

Моник заказала скотч. Жертва увольнения бормотала что-то о судебных исках. Кристофер и Софи заказали кофе. Когда напитки принесли, Саманта залпом выпила свой и подала официанту знак повторить.

— Не могу поверить… — начала она.

— Саманта, мне жаль, что Шанель не оправдала твоих ожиданий, но она была очень одинока, — объяснила Моник. — Старушке казалось, что она должна чем-то платить за дружбу.

Американка проглотила второй скотч, будто это была кола.

— Уволил у всех на глазах, — пробормотала она. — Я расправлюсь с ним, клянусь! У отца есть связи с наемными убийцами. Всего каких-то пять тысяч баксов. Смерть этого гада стоит каждого потраченного цента!

— Саманта! — закричала потрясенная Моник.

— Успокойся, — утешал девушку Клаус. — Ты найдешь работу не хуже.

— Ох, куда можно пойти после «Шанель»? — простонала та.

— Есть и другие дома, — заверила ее Моник. — Гаю нравится у Сен-Лорана.

— Ага, Сен-Лоран! И что он придумал? — усмехнулась Саманта. — Костюм для сафари? «Шанель» — смысл моей жизни. — Она взяла еще выпить. — Даже во снах я возглавляю лечебный центр для помешанных на Коко. Это звучит нелепо, но…