Елена Веснина - Превратности судьбы

— Ты лучше потребуй, чтобы Маша в его комнате убирала. Она, конечно, заботится о Леше, но неряха страшная.

— Машу мы наняли в сиделки, а не в домработницы, — объяснила сестре Полина.

— От нее бы не убыло, если бы она пару раз в неделю прибирала. За что пьем?

— За Лешкино будущее, — ответил Яков.

Я с вами, — подняла бокал Ирина и повернулась к Якову. — По глоточку — и домой. Не будем хозяевам надоедать.

Когда гости ушли, Самойлов вернулся к Косте:

— Ты где шлялся? Что у тебя за вид?

— Я не шлялся. Я был у себя в аптеке. Самойлов подошел к сыну и требовательно сказал:

— Ну-ка, дыхни. Все ясно. Пил.

— И что? В угол поставишь? — равнодушно прокомментировал Костя.

— Приведи себя в порядок и марш в милицию. Я обещал Григорию, что ты придешь. Ему нужно с тобой поговорить.

— О чем нам снова говорить? Пап, я чувствую себя хреново. Не хочу никуда идти.

— Тогда Григорий подумает, что тебе есть что скрывать.

— Глупости. Мне абсолютно нечего ни от кого скрывать.

Самойлов хмуро посмотрел на сына и вышел из комнаты.

После ухода мужа Таисия, не находя себе места, одиноко бродила по дому. Она стояла у окна в гостиной, когда зашла улыбающаяся Катя. Дочь подошла к матери и обняла ее.

— Так приятно видеть тебя веселой. Похоже, у твоего нового приятеля с чувством юмора все в порядке. Довольна свиданием? — спросила Таисия.

— Просто цирк приключился. Причем устроил его папаша Жоры, — улыбаясь, ответила Катя.

— Что устроил?

— Этот папаша — редкий псих. Представь,, он нас с Зосей прогнал со своего маяка.

— Почему?

— Решил, наверное, что мы его сыночков пришли развращать. Мы только зашли на маяк, а тут он. И ну нас с лестницы спускать! А Жора…

Катя залилась смехом, не в силах говорить дальше. Успокоившись, она продолжила:

— А Жора вдруг стал такой испуганный, задрожал, как маленький. Мы с Зосей чуть не умерли от смеха.

— Катюша, ты должна быть осторожнее. Могло гораздо хуже все закончиться, — озабоченно предупредила Таисия.

— Буду, мам. Теперь я поняла, чем может закончиться попытка «встретить судьбу за углом».

— Тебя покормить? — заботливо спросила Таисия.

— Нет, я сейчас убегаю.

— Опять? Куда? — в голосе Таисии звучало разочарование.

— Пойдем с Зоськой по мячам постучим. Я только за ракетками и формой забежала.

— Понятно… — грустно протянула Таисия.

Катя встала с дивана, взяла сумку, но потом повернулась к матери и заметила, что у той слезы на глазах.

— Мамуль, ты что, плачешь? — участливо спросила девушка.

Таисия молчала, от еле сдерживаемых рыданий у нее дрожали губы.

— Да, в общем, ничего особенного, — справившись с собой, ответила она. — Просто я осознала, как испортились наши отношения с папой.

— Мам, они всегда у вас были… не очень.

Таисия кивнула, и Катя начала укладывать форму в сумку.

— Но теперь он вообще перестал меня воспринимать, совершенно не считается с моим мнением, — пожаловалась Таисия.

— Папа всегда принимал решения, ни с кем не советуясь.

— Но он мне грубит! Кажется, я его очень раздражаю. А теперь я догадываюсь, почему.

Катя как раз сложила сумку и задумалась, все ли взяла.

.-Ив чем, по-твоему, причина? — рассеянно поинтересовалась она.

Таисия замолчала, собираясь с духом, а затем выпалила:

— Думаю, он мне изменяет.

— Что?! Папа тебе изменяет? Мам, этого не может быть! — Катя забыла о сумке и удивленно посмотрела на мать.

— Но ничем другим я не могу объяснить его поведение.

— Но с кем он может тебе изменять? Ты просто подозреваешь или знаешь точно?

Таисия помедлила, потом кивнула.

— Вот причина, по которой я не хочу, чтобы ты завязывала отношения с братьями Самойловыми! У твоего отца связь с их матерью, Полиной!

Катя потрясенно посмотрела на мать:

— У папы роман с Полиной? Мама, этого не может быть!

— Может, Катя. Их роман не закончился двадцать лет назад. Он продолжается. Я знала, чувствовала это! Полина — гадюка, она все время лезет в нашу жизнь, рушит ее!

— Теперь я понимаю твою нетерпимость к Косте и Леше, — пробормотала потрясенная Катя, подошла к матери и села рядом с ней.

— Они — сыновья Полины. Такие же, как и их мать. Ни с кем из них ты не будешь счастлива! Ты должна выбросить их из головы! — мрачно подтвердила Тая.

— Ты права. Леша — инвалид, Костя мне просто не интересен… — подумав, согласилась Катя, и Таисия ее обняла.

— Папа ведь не уйдет к Полине? Я не переживу этого.

— Надеюсь, нет. Не ушел же он за эти двадцать лет, — вздохнув, предположила Таисия, но в голосе ее не было уверенности.

— Мы с тобой этого просто не допустим! Я — за тебя.

— Спасибо, доченька, — с благодарностью сказала Таисия.

Еще минуту они сидели вместе на диване, обнявшись, а потом Таисия спохватилась:

— Ой, тебя же Зося ждет! Иди, детка. Удачной игры. Катя молча посмотрела на мать и после минутного колебания взяла сумку и выбежала из гостиной.

Баба Зина готовила у себя на кухне. В дверях появился Сан Саныч и с порога радостно начал:

— Зинуля, какой же я был дурак раньше, что не хотел жить на твердой земле! Оказывается, это так замечательно: гуляешь везде, люди вокруг…

— Слава богу, дошло, — иронично прокомментировала Зинаида.

— Мне нравится на пенсии. И в этом — твоя большая заслуга.

Сан Саныч подошел к Зинаиде, хотел поцеловать, но Зина молча отстранилась.

— Что с тобой? — удивился Сан Саныч.

— Со мной все в порядке.

— Тогда с Машей? Где она?

— Ушла Маша. За ней Леша пришел. Позвал, она и побежала, — раздосадованно ответила Зинаида.

— Как пришел? Его кто-то привез? — удивился Сан Саныч.

— Нет. На своих двоих. Он выздоровел.

— Вот так чудо! Радоваться надо, Зина, такой хороший парень выздоровел! — обрадовался Сан Саныч.

— За него-то я рада, а вот за Машу сердце болит.

— Но почему? Ей хорошо с Лешкой.

— Ой, Саныч! Тебе этого не понять. Расскажу — все равно не поверишь! Скажем так — предчувствие у меня нехорошее…

Их прервал неожиданно вошедший Женя. Поздоровавшись, он с порога заявил:

— Сан Саныч, у меня к вам разговор.

Но Сан Саныч решил сначала довести до конца разговор с Зинаидой.

— Ты — умная женщина, Зина, — сказал он, — учительница, а придумываешь всякую ерунду.

— Я видела, как плохо влияет на Машу общение с Лешей! — ответила Зинаида и повернулась к Жене. — Извини, Жень, у нас тут…

— Я во дворе могу подождать, — »смутился юноша.

— Ладно, хватит ругаться. Пошли, Жека. Поговорим на чердаке, — предложил Сан Саныч и вышел. Женя кивнул и пошел за ним.