Джуди Кэролайн - Мэгги и Джастина

— Это будет история Дрохеды и ее обитателей, — с улыбкой говорил он, когда Мэгги рассказывала ему о том, что было до войны и во время ее, как ее братья ходили воевать и чем жила в это время Австралия, о том, какие перемены произошли после войны.

Поскольку вечера в доме Уилкинсонов — а Мэгги теперь стала миссис Уилкинсон, потому что со связями Джозефа нетрудно было добиться упрощенного прохождения некоторых формальностей, связанных с церковью — так вот, вечера в доме Уилкинсонов были в основном заняты делами. Поэтому Мэгги рассказывала Джозефу о своей жизни по утрам, после завтрака, когда они сидели за столиком в гостиной, украшенной картинами и гобеленами.

Мэгги никогда не думала, что станет такой вдохновенной рассказчицей. Казалось, она копила в себе это целую жизнь.

Да, когда-то она должна была все это рассказать, чтобы Дрохеда осталась не только в ее памяти, чтобы о ней знали другие, чтобы ничего, что произошло с ней за последние пятьдесят лет, не забылось. Именно поэтому она так долго и подробно рассказывала обо всем.

40

Временами Джозеф откладывал в сторону ручку и, с восхищением глядя на Мэгги, произносил:

— Я всегда был согласен с утверждением о том, что у мужчины должно быть будущее, а у женщины — прошлое. Мне невероятно повезло, когда я встретил тебя в Джиленбоуне. Даже не знаю, что бы я мог делать без такой женщины, как ты.

Он наклонился и поцеловал Мэгги руку. Такая нежность исходила от этого человека, такая любовь и преданность, что у Мэгги даже затрепетало сердце.

Неожиданно раздался телефонный звонок. Джозеф подошел к трубке и, несколько раз повторив «да», произнес: «Скоро буду».

Закончив разговор, он обратился к Мэгги:

— Через полчаса нам нужно быть в аэропорту.

— А что случилось? — обеспокоенно спросила она.

Джозеф улыбнулся:

— Ничего особенного. Приезжает принц Уэльский. Если ты помнишь, через два дня мы должны открывать традиционную ежегодную регату королевских яхт в Мельбурне. Принц Уэльский будет присутствовать на торжественной церемонии.

— А почему он так рано приехал?

— Он хочет посетить базу военно-морских сил и встретить там два военных корабля королевских ВМС Великобритании, они заходят к нам с дружественным визитом. Как, должно быть, тебе известно, принц Уэльский является номинальным главнокомандующим королевскими военно-морскими силами Великобритании, а это, разумеется, возлагает на него определенные обязанности. Еще вчера вечером я разговаривал с ним по телефону, но он планировал прибыть в Австралию только завтра. Очевидно, какие-то планы изменились. Мне нужно встретить его личный самолет. Разумеется, там было бы желательно и твое присутствие.

Мэгги не слишком охотно поднялась со стула.

— Ну что ж, если это необходимо, я буду готова через пять минут.

— Хорошо, — кивнул Уилкинсон. — Я буду ждать тебя в машине. А пока спущусь вниз, скажу телохранителям, чтобы были сегодня особенно внимательны.

— Нам что-то угрожает?

— Нет. Надеюсь, что нет. Но во время последнего пребывания принца Уэльского в США была сделана попытка покушения на него. Насколько мне известно, это уже не первый такой случай. Наверное, это один и тот же человек. Служба безопасности предполагает, что раньше он работал в охране принца, а затем был уволен по причине профессиональной непригодности. Считают, что он таким образом пытается свести счеты со своим обидчиком, которым, конечно, считает принца Уэльского. Нужно быть предельно осторожными.

Мэгги торопливо направилась к себе в спальню, снова почувствовав ту необъяснимую тревогу, которая терзала ее в последнее время. Однако теперь причины этих мучительных сомнений обретали более ясный и отчетливый характер. Да, над ними нависла угроза. Вряд ли есть смысл копаться в предположениях о том, что случится в следующий час, день, неделю. Просто нужно знать, что опасность где-то рядом.

Может быть, все обойдется. Может быть, не стоит придавать этому столь большого значения. Но совсем забывать о том, что с Джозефом что-то может произойти, ей нельзя.

Однако церемония встречи принца Уэльского в аэропорту Канберры прошла совершенно спокойно. Принц, высокий мужчина средних лет в военно-морском мундире и фуражке с большой кокардой, медленно спустился по трапу самолета, который вырулил на специально отведенную полосу в дальнем углу аэропорта.

Служба безопасности сработала четко, и ни одного лишнего человека среди встречавших главу британских ВМС не было. Поскольку визит принца носил неофициальный характер, государственным чиновникам было необязательно присутствовать на его встрече, а это значительно облегчало жизнь охране. Здесь были лишь посол Великобритании и генерал-губернатор с супругой.

Мэгги поздоровалась с принцем Уэльским, который, к ее удивлению, оказался значительно моложе, чем она предполагала. Очевидно, Джозеф был в близких дружеских отношениях с британским гостем, потому что принц с такой радостью бросился к нему в объятия, что человек со стороны мог бы подумать, что наблюдает за встречей родных братьев.

Из аэропорта принц Уэльский направился в дом генерал-губернатора Австралии, где и отобедал. Мэгги с огромным любопытством слушала разговоры за столом, которые касались в основном современной политической ситуации в Британии и Австралии, а также здоровья королевы-матери и остальных членов правящей фамилии.

Принц оказался остроумным и тонким собеседником, который с присущим, наверное, только англичанам юмором рассказывал о последних событиях в Лондоне и Букингемском дворце.

После обеда в доме Уилкинсонов принц пригласил Джозефа вместе с ним посетить британские эсминцы, которые зашли с визитом вежливости, а Мэгги, сославшись на плохое самочувствие, осталась дома. Не то чтобы она действительно плохо чувствовала себя, однако тревожные ощущения последних дней и напряжение, связанное с этим, сказались на ее здоровье.

Они с Дженнифер поужинали в одиночестве, и Мэгги рано легла в постель, но так и не могла заснуть до самого утра. Ужасно болела голова, а стоило закрыть глаза — ее начинали тут же навещать какие-то ужасающие видения, и она мгновенно подскакивала на подушке.

Уже начинало светать, когда в очередной раз провалившаяся попытка уснуть заставила ее подняться с постели. Несмотря на то, что стояла ранняя весна, было еще прохладно. Ветер дул с северо-запада, и Мэгги, распахнув окно, долго стояла, вглядываясь в начинающую светлеть темноту.

Может быть, она прислушивалась к ветру, который не смущала опустившаяся ночь и который все больше набирал силу и все настойчивее вторгался в сознание. В этом шуме ветра было что-то особенное. Его порывы налетали с северо-запада бесчисленными волнами, и когда такая ветровая волна проходила мимо, в ее общем звучании ясно выделялись три тона: дискант, тенор и бас. Словно три голоса разговаривали с Мэгги, пытаясь рассказать ей о чем-то.