Ложь грешника - Кайли Кент

не имея ни малейшего представления о том, куда он меня везет.

Глава 51

Год спустя

— Ксавьер, мне нужно выбраться отсюда. Скажи мне, все пойдет по-нашему? — спрашиваю я его.

— Думаю, у нас получится, Гейб, — говорит он.

Я киваю. Мне нужно выйти. Я не видел Дейзи и не разговаривал с ней с того дня, как мне вынесли приговор. Прошел чертов год. Она не пыталась связаться со мной. Больше писем не приходило, никаких требований вернуть ее в список посетителей. Ничего.

И всякий раз, когда я спрашиваю о ней своих братьев, они все отмалчиваются, выдавая мне обычные ответы: С ней все в порядке. У нее все хорошо. Она скучает по тебе.

Но я знаю, что они чего-то недоговаривают.

Я понимаю, что не должен рассчитывать на то, что она будет ждать меня. Но что мне делать, если она ушла и, возможно, встретила кого-то другого? Я не могу… Если так произойдет, это будет только моя вина.

Я знаю только, что она не притронулась ни к одному центу из тех денег, которые я ей дал. Ксавьер отслеживал мои счета и сказал, что с них ничего не снималось. Он также сказал мне, что она не живет в доме, который я ей купил. Что заставляет меня гадать, где она, блять.

Она все еще живет с моими братьями?

Я, блять, надеюсь на это. Мне не следовало вычеркивать ее из списка посетителей, но я не мог вынести, когда видел ее в этой гребаной комнате. Слезы на ее глазах из-за меня. Из-за того, что я сделал с ней и с нами.

— Пойдем, давай покончим с этим. — Я делаю шаг вперед, но останавливаюсь на месте. — Если все будет одобрено, сколько мне придется ждать освобождения?

— Это может занять до недели, — говорит Ксавьер.

Мы заходим в маленький зал суда. Я оглядываюсь и вижу всех четырех своих братьев и Эл. Но ее здесь нет. Мое сердце замирает. Дейзи здесь нет, блять. Она не ждет меня. Я знаю, что просил ее не ждать меня. Но, блять…

Я разворачиваюсь и сажусь на стул рядом с Ксавьером. Он ведет все переговоры, и, в конце концов, выносится решение. Мне даруют условно-досрочное освобождение.

Я заключаю его в объятия.

— Спасибо, — шепчу я хриплым от эмоций голосом. Затем поворачиваюсь, смотрю на брата и усмехаюсь. — Скажи Дейзи, что я возвращаюсь домой.

Губы Джио растягиваются в натянутой улыбке, когда он кивает мне. Он чего-то недоговаривает. Я хочу спросить его, что происходит, но охранники оттаскивают меня назад и ведут в противоположном направлении.

Через несколько дней меня выпустят, и я смогу увидеть ее. Я говорю себе, что мне просто нужно убедиться, что с ней все в порядке. Даже если она не хочет иметь со мной ничего общего. Это не страшно, лишь бы с ней все было в порядке.

После того, как слушание по условно-досрочному освобождению прошло в нашу пользу, я подумал: Что такое еще одна неделя?

Я в этой тюрьме уже чуть больше года. Могу подождать еще неделю.

Я ошибался. Это была, наверное, самая долгая неделя в моей жизни. Намного хуже, чем весь предыдущий год. Зная, что я возвращаюсь домой, зная, что снова увижу свою жену, каждая минута тянулась ужасно долго. Будто время замедлилось или полностью остановилось.

Наконец-то время пришло. Я стою в том же костюме, который был на мне в день ареста. Я мог бы попросить Джио или кого-нибудь из ребят принести мне что-нибудь другое, но не стал утруждать себя. Я не планирую никуда идти, кроме как домой.

Ворота открываются, и я выхожу. На свободу. На шаг ближе к ней. Не могу солгать и сказать, что не разочарован тем, что не она ждет меня у внедорожника. Вместо нее меня приветствуют Джио, Санто и Марсель. У всех на лицах огромные улыбки, когда я подхожу к ним.

— Добро пожаловать домой, брат, — говорит Джио, обхватывая меня руками и заключая в крепкие объятия. Это самая сильная эмоция, которую я видел от него за долгое время. Но этот парень — эксперт, когда дело доходит до сдерживания своих чувств. Ему не нужно произносить слова, чтобы я понял, как много для него значу. Это проявляется во всем, что он сделал для нас в детстве. В каждом ударе, который он получил от старика за нас.

Санто и Марсель следуют его примеру, по очереди заключая меня в свои объятия.

— Увезите меня к чертовой матери подальше от этого места, — говорю я им, садясь на заднее сиденье машины.

Марсель запрыгивает следом за мной и достает фляжку, откручивает крышку и протягивает мне.

— Cinque? — спрашиваю я его.

— Конечно, а как же иначе? — отвечает он.

Я делаю глоток виски, радуясь тому, что оно обжигает мне горло.

— Где Вин? — Я хочу спросить, где Дейзи, но не делаю этого. Часть меня не хочет знать ответа на этот вопрос. Хочу еще немного пожить в надежде.

— Ему нужно было выполнить поручение. Он будет дома ближе к вечеру, — говорит Джио.

В машине повисает неловкое молчание, пока я не могу больше этого выносить.

— Ладно, какого хрена вы все мне не рассказываете? Где Дейзи? С ней все в порядке?

— С ней все в порядке. Ее просто… нет дома, — говорит мне Джио.

— Где она?

— Не знаю, — признается он, и морщины на его лбу почему-то становятся еще глубже от стресса. — Она так и не вернулась после вынесения тебе приговора.

— Ее не было целый гребаный год, а ты только сейчас говоришь мне об этом?

— И как бы тебе это помогло, Гейб? — ворчит Джио. — Она ушла. Может, она не создана для такой жизни.

— Отъебись, — шиплю я. — Она, блять, ни в чем не виновата.

— Нет, это моя вина, блять, — говорит он.

— Нет. — Я не виню своего брата