Изумрудные ночи. Дилогия - Вирджиния Браун

отказалась отвечать, когда солдат поинтересовался, нет ли у нее каких-либо пожеланий.

Пожав плечами, солдат переступил через каменный валун у него на пути.

— Прекрасно, сеньорина, мы поглядим, сколько потребуется времени, чтобы вы начали умолять…

Адский грохот прорезал воздух, подбросив солдата кверху, разрывая его на куски. Повсюду летали камни, перемешанные с частями человеческих тел. Бетани кричала от ужаса. Наконец, судорожно глотнув воздуха, она притихла и отважилась оглядеться вокруг. Никого стоящего на ногах не осталось, облако пыли пеленой застилало глаза.

— Видимо, фитиль был длиннее, чем я думал, — спокойно заметил Трейс. — Надо было проверить.

Медленно повернув голову, она долго смотрела на него. Плечо сильно кровоточило, кровь стекала по руке, пропитывая рубашку. Явственно ощущался запах крови и смерти, с резкой едкой примесью взрывчатки. Камни все еще с шумом скатывались вниз вдоль петляющего туннеля, падая на приготовленные кучи сокровищ в пещере.

Трейс нахмурился при виде застывшего выражения ее припухших глаз, похожих сейчас на синяки на ее бледном лице.

— Ты в порядке?

С всхлипом прижавшись к нему, Бетани зажмурилась. Она была на пределе своих сил. Трейс знал об этом. Морщась от боли, причиняемой малейшим движениям, он толчком усадил ее.

— Слушай, надо убираться отсюда. Сейчас некогда плакать. Прости.

Сопя, не вполне элегантным движением она промокнула глаза и вытерла нос краем рубашки.

— Хорошо. Я готова.

— Молодец. Я не знаю, сколько еще народу уцелело. Вокруг вроде бы никого нет. Они не хотят, чтобы в них швыряли динамит. Давай соберем побольше амуниции и сматываемся отсюда.

— Куда мы пойдем? — спросила она, когда они осторожно выглянули из пещеры и вышли под проливной дождь.

— Куско звучит неплохо.

Она скептически осмотрела его.

— В твоем состоянии?

— В моем состоянии я буду недолго. Ты вытащишь из меня пулю, как только мы найдем место для ночлега.

— Я ни разу не, делала ничего подобного!

— Великолепная возможность поучиться. К тому же, у тебя не такой большой выбор. Если ты ее не достанешь, я скорее всего отдам концы, что тогда будешь делать ты?

Бетани перевела взгляд с его рваного, окровавленного плеча на лицо. Несмотря на привычную смуглость, оно было серого оттенка, и она поняла, что он не шутит. Вздохнув, она кивнула.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Знаю. — Он обнял ее за плечо, опершись на него. — Давай побыстрее что-нибудь найдем. Кажется, долго мне так не протянуть.

Ужаснувшись от мысли, что может потерять Трейса, Бетани изо всех сил поддерживала его, пока они спускались по скользким, слякотным камням, то и дело рискуя свалиться в поток из грязи и веток. Через одну-две мили земля под ними начала вибрировать с глухим зловещим грохотанием, деревья задрожали. Лужи покрылись рябью от колебаний почвы.

— Землетрясение, — болезненно поморщившись, прохрипел Трейс. — Только этого нам и не хватало.

Бетани казалось, что они вот-вот полетят вниз вдоль крутых склонов горы в месиво тяжелых валунов и грязи. Тряска усилилась, повсюду раздавались вопли птиц и лающие крики зверей.

— Что нам делать?

— Прятаться. — Он увлек ее за собой, укрываясь от каменной лавины, несущейся по склону. Осколки камней задели их, когда лавина пронеслась мимо, с грохотом докатившись до основания горы, но не причинили особого ущерба.

— Жалко, что мы не можем так же быстро спуститься, — едва дыша, заметила Бетани, когда угроза миновала. Земля под ногами стала нетвердой, и она с чувством странного любопытства ждала, когда разверзнется твердь и проглотит их целиком.

— Можем, — отозвался Трейс сквозь сжатые от боли зубы. — Хотя это вряд ли будет полезно для здоровья.

— Вряд ли.

— Идем. Посмотрим, сколько мы сможем пройти до следующего толчка.

Но тропинка, которую он имел в виду, пропала, уничтоженная обвалом камней. Он сделал паузу, с большим трудом удерживаясь на ногах, пытаясь соображать сквозь пульсирующую, овладевающую всем телом боль.

— Думаю, надо искать другую дорогу, — закрыв глаза, через силу выговорил он. Его мокрые от дождя волосы облепили череп, глаза болезненно блестели.

Бетани проглотила ком в горле.

— Мы потерялись?

— Мы нет. Мы там, где надо. Это дорога потерялась, — пробормотал Трейс, попытавшись улыбнуться. — Не беспокойтесь, принцесса. Я найду, как спускаться. Мы всегда можем просто покатиться вниз.

Улыбка далась Бетани с трудом. Она оглядела негостеприимную гору и густой зеленый лес вдоль ее склонов. Если бы только дождь перестал! Ужас словно ножом пронзил ее, ужас от того, что они никогда не окажутся в безопасности и никто не обнаружит их тел.

Послышался рокот повторного толчка, накатывающегося волной, им удалось устоять на ногах, пока волна не прокатилась.

— Что делать? — спросила она Трейса, когда они вновь остановились. Он выпрямился, с белыми губами и глубокими морщинами, вдруг изрезавшими лицо, встретил ее взгляд.

— Сейчас нам нужно найти место для ночлега. Потом будем думать, как спускаться.

Они принялись искать что-нибудь относительно сухое и защищенное, но все укрывающие ночные тени, быстро сменяющие и без того блеклый день, не оставили возможности для поисков.

— Это сойдет, — наконец пробормотал Трейс, забираясь под навес скалы, частично, но не полностью укрывающий от дождя. — Дальше я не могу идти.

Дрожа от холода, Бетани следовала за ним. У них не было с собой ничего, кроме нескольких спичек, размокших динамитных шашек, ножа и четырех заряженных пистолетов. Ни пищи, ни вещей, ни одеял. Возвращение в Куско было проблематичным.

Наступила бесконечная ночь. О том, чтобы вынимать пулю в такой темноте, не могло быть и речь, и единственное, что могла сделать Бетани — это согревать его своим телом. Она чувствовала, как он дрожит в ознобе и как подымается температура. Начинался жар. Пулю необходимо срочно удалять!

Так она провела всю ночь, с полубессознательным Трейсом на руках, прислушиваясь к рычанию ягуаров, воображая при каждом шорохе смертельную змею или игуану. Она пыталась не поддаваться страху и слезам, но это было непросто. Если Трейс умрет, она не выживет в джунглях.

Но если Трейс умрет, сказала она себе, она не захочет выживать.

— Выпей. — Бетани приставила флягу с горячей водой к его губам. Его удивительно длинные ресницы изумленно распахнулись.

— Вода? Это что, новое средство от боли?

— Это все, что у нас есть, — кротко отвечала она, — и это не от боли. Это чтобы поддержать в тебе жизнь.

— Как ты согрела ее?

— На костре. — Она указала на небольшое пламя, подрагивающее под навесом скалы. — Трудно было найти сухие дрова.

Он слабо улыбнулся.

— Но тебе удалось.

— Не совсем. — Она пожала плечами. — Я сожгла свои панталоны. Это самое сухое, что я смогла найти. Ими я обернула поленья. Кажется, у меня получилось.

Трейс чуть