Давай останемся никем - Элла Александровна Савицкая

Незнакомый номер.

Отчего-то в груди спирает. Хватаю телефон и встаю с дивана. Пока выхожу из гостиной, жму на зелёную трубку.

- Алло?

Тишина. Сердце удар пропускает.

- С днём рождения!

Несмелый мелодичный голос запускает волну трепета под кожей. Меня захлестывает. Резко останавливаюсь.

- Оливия! – выдыхаю, крепче впиваясь пальцами в телефон.

- Не забыл, - улыбается, и у меня сердце сходит с ума. Несётся вперёд, пыхтя как чёртов паровоз.

- Где ты? Скажи адрес!

- Не надо, тебя все равно не пустят. Тут прямо почти тюрьма для провинившихся детей.

- Тебя обижают? – напрягаюсь всем телом.

- Нет, ты что! Обычная школа, только без интернета, связи. В гости пускают только родителей и то по предварительной записи. Телефон я взяла у дочки уборщицы. Мы подружились, но я ненадолго.

Меня выкручивает всего. Дико хочу её видеть.

- Как ты? – в голосе смятение и неуверенность.

- Хреново, Оливия.

- Почему? Что-то случилось?

- Мхм. Ты далеко.

Снова улыбается. Слышу по тому, как учащается её дыхание, и чётко вижу красивое личико перед собой, как наяву.

- Так значит, ты еще не нашёл другую?

- Дурочка, - смеюсь, сжимая переносицу, и счастливо опираюсь спиной на стену, - какую нафиг другую, если о тебе только думаю. Календарь планирую завести и дни зачеркивать до момента нашей встречи.

- Правда? – в голосе появляется уверенность. Неужели она реально думала, что я могу найти другую?! Боялась этого?

Глупая моя девочка!

- Конечно!

- Ты где живёшь?

- У деда твоего. Все в порядке у меня.

- Я обещала тебе вместе встретить Рождество, - вздыхает моя девочка, - я так и не подарила тебе подарок.

- Ты подарила намного больше, Оливия, чем просто подарок.

Понижаю голос, а у самого спазмом грудь сводит.

- Мне не хватает тебя.

Затихает и почти шепотом:

- А мне тебя. Я так скучаю.

- Я тоже. Скажи адрес, я приеду. Хоть через забор тебя увижу.

- Нельзя. Если охрана узнает, тут же доложит отцу, а я хочу, чтобы он думал, что мы больше не вместе. Так он успокоится, и, возможно, когда закончится учёба, нам удастся как-то увидеться. Ты так и планируешь поступать в Огайо?

- Оливия, я…

- Ой, мне бежать надо, идут, Скайлер, - быстро шепчет Оливия, шурша чем-то около трубки, - я люблю тебя!

- Звонить можно на этот номер? – быстро выпаливаю.

- Нет, ты что?! Ни в коем случае!

- Люблю тебя!

- Пока.

И тишина.

Медленно выдыхаю, пялясь ещё несколько секунд на экран, а потом улыбаюсь.

Один месяц пройден …

- Ну что? Как там моя внучка? – раздаётся внезапно сзади.

Разворачиваюсь и натыкаюсь на полный любопытства взгляд.

- Я не подслушивал. Услышал только последние слова, - оправдывается Уильям, подходя ближе.

- Всё в порядке, говорит. Только … что ж это за жизнь за закрытой стеной?

- Ничего. Иногда небольшая чёрная полоса нужна, чтобы белая стала еще ярче. – Мужчина подходит и сжимает моё плечо. – Всё будет нормально. Оливия больше не та маленькая девочка, которая боялась собственной тени.

- Знаю. Просто я даже не в курсе в какой универ она будет поступать. Собиралась в Колумбийский, туда же, где и Зак. Но Патрик может заставить выбрать другой. А я даже не в курсе.

- Разберемся. Подашь в несколько, а там будем думать.

Киваю, а у самого в груди горячая лава плещется. Если раньше я не хотел поступать в Лигу Плюща, то сейчас сделаю что угодно, лишь бы постараться оказаться в том, где будет Оливия. Хоть какой-то плюс от моего статуса беспризорника – льготы на поступление в любое высшее учебное заведение. Они не гарантия поступления, но возможностей дают немного больше. И я обязательно этим воспользуюсь!

Глава 59

Оливия

Начало июля

- Ты как, Ливви?

Дедушка кладет мой чемодан в багажник, а после открывает для меня дверь. Забираюсь в салон и дождавшись, когда он сядет за руль, пожимаю плечами.

- Нормально. Даже не верится, что уже почти студентка.

- Моя внучка выросла, - смеется дедуля.

Я тоже улыбаюсь и выглядываю в окно. В сердце сосет тоска.

Я по примеру Зака ушла из дома. Дедушка сказал, что поможет мне во всем, если что-то нужно будет, и я решила, что так больше продолжаться не может.

Было очень страшно, но после шести месяцев, которые я провела сама в закрытой школе, я поняла, что не такая уж я и слабая. Ребята там были разные, приходилось стоять за себя. В такие моменты я вспоминала Скайлера и мысленно каждый раз благодарила его за то, что он научил меня быть сильной и не позволять остальным себя подавлять.

Именно так я поняла, что могу справиться без родителей. Да, мне нужны деньги на обучение, пропитание и в целом на жизнь, но дедуля поддержал. Мама правда очень плакала, а отец только кричал и во всем обвинял Скайлера.

Скайлер… в груди все сжимается при мысли о нем. В последний раз мы общались около двух месяцев назад. Оказывается, девочка, которая давала мне телефон, делилась им и с другими учениками. Кто-то сдал её, и в итоге её отчислили, а мать уволили, оставив нас всех без единственного средства связи. С тех пор позвонить Скайлеру я не могла. Он знал, что поступать я буду в другой университет, который находится в совершенно другом штате, подальше от родителей, но сам так и не ответил куда будет подавать документы.

Где он сейчас? Я не знаю. Скайлер съехал от дедули около месяца назад.

Я же, после того, как вернулась домой на прошлой неделе и получила обратно свой телефон, позвонить ему боялась. Я ждала.. Каждую минуту, секунду, день… Ждала, что вот-вот раздастся звонок…. Знала, что ему должно прийти извещение о том, что я появилась в сети, но он так и не набрал. Вероятно, за это время действительно что-то понял о нас, или… или нашёл кого-то, с кем проще.

Думать об этом безумно больно, но я его не виню. Отец ошибся, назвав цифру в девять месяцев. Мы не виделись семь, но даже этого оказалось непомерно много… Я не раз задавала себе вопрос - как мы будем потом, после окончания школы? Но всегда оставляла его без ответа. Понимала, что никак. Мы будем учиться в